– Любопытный ты, мальчик, – зло мурлыкнула она. – Как колдунов привечать, так пожалуйста, а всё равно относишься к нам как к нелюдям?
– Чарна, – попросил Юрген.
– Думаешь, – продолжала она, развернувшись к Фебро, – мы все к мастеру от хорошей жизни попадаем? Потому что у нас тоже есть богатые дома, где нас любят? – Она смотрела на Фебро в упор, и тот смущённо отвёл глаза от её красивого ядовитого лица. – Куда мог пойти твой брат, если его выгнали, – в разбойники? Или сразу должен был повеситься?
Магда откашлялась, привлекая внимание Чарны – и этим давая понять, что таких разговоров со своим сыном не потерпит.
– Полегче, юная гостья, – произнесла она обманчиво-спокойным голосом. – Никто не выгонял моего пасынка. Наоборот, – жест в сторону мужа, – отец всё для него делал. Но тот был сущим зверёнышем. Знаешь, чем он отплатил нам за доброту? Попытался убить Фебро в колыбели.
Хведар всё так же молчал у окна.
Юрген посмотрел на Магду с прищуром.
– Сдаётся мне, – сказал он, – ты говоришь про другого Чеслава. Потому что тот, которого знал я, много возился у моей колыбели – и как видишь, я жив. Не могу представить, чтобы Чеслав поднял руку на младенца. Более того. – Посмотрел на Хведара. – Утверждать не берусь, но я всегда думал, что Чеслав не стал бы чинить зло из зависти. Ученики всегда желали добиться благоволения моего мастера, и когда я подрос, то понял, что Йовар относится ко мне теплее, чем к другим. И в сто, тысячу раз лучше, чем к Чеславу, – Чеслав тоже это понимал, но ни разу не поставил мне это в вину. Я запомнил его как доброго и отзывчивого человека.
Глянул с вызовом. Если от Чеслава остались одни воспоминания, Юргену казалось важным поделиться своими с его отцом.
– Я ценю твою преданность, – уронила Магда с полуулыбкой. – Она похвальна. Но я верю тому, что видела сама.
А видела ли, засомневался Юрген, или у страха глаза велики?
– В ту ночь Чеслав пытался задушить моего сына, – пояснила Магда.
Ма… Мо… Юрген всё пытался вспомнить её прозвище. Духи, да какое же оно было?
– И нарисовал колдовские знаки на его груди, – буркнул Хведар, точно издалека.
– Так задушить пытался или проклясть? – Юрген вскинул брови.
– Какие знаки? – оживилась Чарна. Предположила со смешком: – Если это деревце из целебной мази, то мне бабушка-знахарка такое рисовала. От кашля.
Глаза Магды странно сверкнули, и Юргену это не понравилось. Может, мужу она те знаки не показывала? Быстро стёрла, боясь, как бы взаправду не столкнулась с порчей, – или потому что желала замести следы?