Чарна вела себя так, будто уже поняла – раз толку из этой встречи не выйдет, стоит хотя бы порадовать себя сладким. Но Юрген не собирался сдаваться.

– Хорошо-о, – протянул он, прижимая ко лбу кулак. – Ладно… А вещи какие-нибудь от Чеслава остались? Рубашки? Обереги?

– Не думаю, – произнёс Хведар, и Мацоха кивнула, слегка закатив глаза.

– Ничего не осталось. – Посмотрела надменно. – Лет двадцать уже прошло, побойся богов. – (Сразу видно, что из-под Стоегоста – богов поминала.) – Чеслав был страшным человеком и исчез без следа.

– Да вы шутите. – Юрген развёл руками. – Ни клочка одежды не оставили? На память?

Может, так он сумел бы хоть что-нибудь наворожить. Маловероятно, но вдруг бы получилось?

– Ю-юрген, – напомнила о себе Чарна: все губы – в земляничном варенье. – Хватит уже. Заканчивай.

Юрген не знал, какие чувства у кузнеца вызывал его расспрос, и не был уверен, что тот сейчас не рассвирепеет. Но как же не хотелось верить, что все поиски были напрасными!

Он вернулся за стол и положил перед собой кулаки.

– Пойдём от обратного. Не пропадало ничего? Скотина не болела? Сами не хворали особенно сильно?

Мацоха ответила ему, раздражённо прицокнув: нет. Полюбопытствовала, не угрожает ли он им сейчас.

– О Тайные Люди. – Чарна возвела глаза к потолку. – Давайте я расскажу, а то Юрген больше спрашивает. Чеслав ваш, – задержалась взглядом на Мацохе, – был чародеем исключительной силы, Юрген на него до сих пор молится. Доброта добротой, но видно, – лёгкий кивок Хведару, – расстались вы не по-дружески. И если бы Чеслав решил наведаться к вам, чтобы свести счёты, едва ли бы он стал размениваться на больную скотину. Ну я бы так сделала, если бы была могущественной чародейкой и пришла поквитаться с теми, кто меня обидел…

Отодвинула варенье.

– Спасибо. – Выскользнула из-за стола. Шутливо поклонилась. – Да вы не переживайте, – это побледневшей Мацохе, – никто вам зла не сделает. Если бы Чеслав был жив и хотел вам отомстить, от этого дома бы уже мокрого места не осталось.

Юрген спрятал лицо в ладонях.

– Пойдём. – Чарна ногтями легонько поскребла его по спине. – Ничего ты тут больше не узнаешь.

– А что говорят у вас, – мерный голос Хведара теперь звучал ниже и глуше, – у чародеев? Чеслав пропал или всё-таки умер?

Юрген убрал руки, посмотрел на кузнеца. Нельзя было сказать, что тот расчувствовался или распереживался – только сидел, согнувшись. Опирался локтями о колени и задумчиво гладил подбородок большим пальцем.

– Считается, что его убили, – ответил просто. – Пятнадцать лет назад. Но мне казалось, это может быть неправдой. – Печально усмехнулся. – Я надеялся, что он уцелел, и раз уцелел, то заглядывал сюда.