– Ну вот. Как себя чувствуешь?

– Будто щекочет что-то изнутри, – улыбнулся он. – Прикольно.

– Тогда попробуем. Видишь, на башне есть карниз? Твоя задача – долететь до него так, чтобы я смогла на него встать. А потом медленно, аккуратно спуститься обратно на террасу. На всякий случай я расстелила тут маты, но я уверена, они не пригодятся. Ты сейчас настоящий сильный маг! Просто не торопись, хорошо?

– То есть мне надо… тебя… кхм… обнять?

– Да, – улыбнулась я. – Ведь я не умею летать! Давай!

И мы взлетели! У Никиты это получилось удивительно легко, играючи. В первый момент мы оба звонко рассмеялись, но, подавив приступ веселья, я велела юному магу не шуметь, чтобы не выдать нас.

Оказавшись на узком карнизе, вцепилась в выступы кладки и чуть было не передумала. И как я здесь болталась в прошлый раз?! Кажется, тогда не было настолько страшно!

Вниз умница Никита отлевитировал без проблем. Махнув ему рукой, я поползла вдоль башни. Почти буквально поползла, елозя животом по стене и очень медленно переставляя ноги. Пожалуй, тут мне повезло во второй раз. Сильного ветра даже на высоте не было, и я достаточно быстро очутилась у окна. Закрытого окна. На этом этапе мой гениальный план давал сбой. Как проникнуть внутрь, я не продумала! От осознания своей оплошности меня бросило в жар, на кончиках пальцев вспыхнули огненные язычки. Хмыкнув, я приложила их к раме, подождала немного, а потом надавила. Получилось! С небольшим скрипом окно открылось.

Внутри оказалось даже темнее, чем снаружи. И к счастью, никого не было. Ни стражников, ни каких-нибудь приставленных дежурить целителей. Последнее, впрочем, и радовало, и огорчало одновременно. Как могли родители так легко пренебречь давним другом? Запереть? Бросить тут совсем одного?

Ощупывая стены, я довольно скоро обнаружила неприметную дверь, ведущую в потайную комнатку, отделанную особо толстым слоем трафка. Открыла. И в первый момент решила, что меня обманули и Анира здесь нет. От волнения снова сами собой вспыхнули огненные язычки. Все-таки я не привыкла пользоваться магией. Любой нормальный маг первым делом запустил бы светлячок. Даже мы, бездарные студенты факультета обрядовой магии, проходили его в самом начале! А я вот запылала. Впрочем, этого оказалось достаточно.

Анир лежал на узкой кровати, скрючившись в какой-то неестественной, явно неудобной позе. Он отрывисто, временами сипло дышал и, как и я, то и дело покрывался рыжими огоньками.

– Анир, – позвала я тихо.

Меня охватили злость и острая жалость. Все это несправедливо, неправильно.

– Анир, давай убежим? Куда угодно. Раздобудем где-нибудь верм и сбежим, пусть даже на Землю. Только вернись ко мне. Слышишь?

Он не слышал.

Слезинки покатились по щекам.

– Я тебя не брошу, ни за что. Они просто не понимают…

Я опустилась рядом с кроватью, коленями упираясь в пол, дотронулась до его плеча, нашла ладонь и переплела наши пальцы.

– Ну тогда я останусь с тобой, – прошептала я.

На смену злому отчаянию пришла опустошенность, почти безразличие. Я как будто чувствовала то же, что Анир, – устала бороться. И наверное, в этот момент поняла, что мне все равно: бежать или сдаться, главное – вместе с ним. Отец хочет изгнать Анира, считая опасным? Пусть, я уйду с ним. Да, между Королевством с навязанным долгом и любимым я выберу любимого! В конце концов, я всегда была неправильной принцессой!

Принятое решение принесло спокойную уверенность: все правильно. Быть с ним – единственно правильно для меня.

Язычки пламени, снова вспыхнувшие на руке Анира, вдруг перетекли ко мне на ладонь. Удивительно, но я ощутила их как свои собственные, усилием воли образовала из них поток, который змейкой обвил руку и побежал выше. Потом развернулся и поплыл обратно к Аниру, где неожиданно впитался в его кожу.

Я прикоснулась к его руке там, где недавно было пламя, провела по гладкой коже, прислушиваясь к своим ощущениям. Потом улыбнулась и мысленно тихо позвала его пламя. Наши руки запылали одновременно. Невероятно. Получается, моя магия и его – буквально частички одного целого, и во мне не какая-нибудь переработанная своя сила, а магия дракона. И они тянутся друг другу, как эти язычки, сплетаются в общем танце, но в итоге остаются разделенными. Почему? Будто это так и задумано, чтобы часть мощи Армагара теперь всегда была во мне. Но почему тогда она жжет Анира? Пугает меня саму?

Пока размышляла, неосознанно поглаживала Анира по рукам, плечам, груди – повсюду, куда могла дотянуться, – и в какой-то момент заметила, что он стал дышать ровнее, да и пламя на его коже хоть и не погасло, но уже не казалось таким хищным.

А потом…

– Ты мне снишься, моя принцесса? Я знаю, это ты. Жаль, не могу рассмотреть, во снах так бывает.

Мой дракон выглядел растерянным, его глаза покрывала полупрозрачная, чуть белесая пленка. Растрепанный, осунувшийся, он казался таким милым, родным.

– Ты не спишь, – улыбнулась я сквозь слезы.

Анир приподнялся на локтях, завертел головой, потер глаза.

– Тогда почему я ничего не вижу?

Я сосредоточилась и создала магический светлячок, потом еще несколько таких же маленьких и один побольше. Велела им рассредоточиться по комнате, а самому большому зависнуть над нами. Красиво. И достаточно светло.

– А так? – спросила с надеждой.

– Тина, я не понимаю. – Он протянул ладонь к свету, растопырил пальцы.

– Что-то случилось с твоим зрением, пока ты был у Санума. Возможно, это какое-то побочное действие от его магии. Или…

– Или?

– Подчинения, – нехотя выдохнула я.

– Расскажи мне. Я помню только момент осознания, что учитель мертв. Как смутный сон. Это ведь был не сон?

Тихий вопрос упал камнем.

– Нет, – шепнула едва слышно. И, помолчав, добавила: – Ты обратился драконом и улетел. Но Санум с помощью артефакта подчинил дракона.

– И как же я оказался здесь? И где это «здесь», кстати?

– В башне, – вздохнула я. – По приказу отца тебя заперли в комнате из трафка.

– Разумно.

– Вовсе нет!

– Что я натворил, Тина?

– Не ты, а дракон! И к счастью, почти ничего необратимого. Я… Ты ведь меня знаешь, правда? Я сначала делаю, а потом думаю.

Анир хмыкнул. Нашел рукой мое лицо и погладил по щеке.

– Что-то мне подсказывает, что тебя здесь быть не должно.

– Ну… И это тоже. Только мне плевать!

– Бедный твой отец: не дочь, а сущее наказание.

– Смеешься? Это хорошо, я даже не буду возражать, – заявила я и прижалась к его боку. Как же приятно!

– Как же мы выбрались? – через некоторое время спросил Анир.

Я молчала. Не хотела об этом говорить, не знала, как такое сказать.

– Тина?

– Санум приказал дракону убить меня.

Анир напрягся, и я потерлась щекой о его плечо.

– Только не говори, что артефакт подчинения не сработал и вместо тебя я убил Санума.

– Увы. И это был не ты! Ты совсем ничего не помнишь?

– Смутные образы. Даже не образы – обрывки ощущений. Ярость, досада, бессилие, а потом и вовсе странное: интерес, принятие, радость. Даже не могу толком определить последовательность. И все-таки?

– Вмешался Лестор, – призналась я. – Опять предлагал разделить с ним власть над миром, а когда я отказалась, запер в подземелье. Через какое-то время туда же приволокли тебя, уже в теле человека. Думаю, дракон не может чересчур долго оставаться материальным.

– Этого я тоже не помню.

– Ты был без сознания. А когда очнулся, почти сразу вновь стал драконом. Разнес клетки и… Опять потерял сознание. Нас нашел Ерик, слегка подлатал, и мы перенеслись сюда, в Академию.

– Ерик? Тот пропавший друг Зары?

– Да, он, видимо, сбежал, когда мы устроили там неразбериху, и все это время прятался. Даже стащил верм, благодаря которому мы переместились.

– Тина, почему у меня такое чувство, что ты не договариваешь. Я что-то сделал с тобой?

– Я в порядке, просто немного изменилась. Даже хорошо, что ты меня не видишь.

– Тина…

Анир стал ощупывать меня и вертеть. Сначала порывисто, нервно, а потом, то ли успокоившись, то ли забывшись, уже нежно и обстоятельно. Его пальцы скользили по моей коже, и за ними бежали язычки пламени. Он гладил шею, по плечу спускаясь вниз, потом вновь поднимался и очерчивал по контуру мое лицо.

– Ты прекрасна.

Слезинка зачем-то скатилась из уголка глаза, и Анир, тут же безошибочно определив это, собрал ее губами. А затем невесомыми поцелуями покрыл все лицо, потерся носом. Его руки блуждали по моим плечам, спине. Ласкали даже сквозь одежду, заставляя сердце трепетать, а кровь быстрее бежать по жилам.

– Ты невероятная. Самая красивая. – Горячее дыхание опалило кожу, а пальцы зарылись в волосы, чуть потянули, вынуждая запрокинуть голову.

Я облизала губы и потерялась в обрушившемся на них поцелуе. Жадном и чувственном, пробуждающем жар желания. Тело отозвалось пьянящей дрожью и нетерпением. Я чуть прикусила его губу, и Анир, застонав, сжал меня крепче.

А потом вдруг рывком отстранился.

– Прости, – прошептал он и отвернулся.

Анир тяжело дышал и выглядел отвратительно виноватым.

Так. Кажется, это мы уже проходили.

– Анир, не надо.

– Я не имею на тебя права, принцесса. Твой отец… Сейчас он точно против.

– Ладно, – ответила я.

– Ладно?

Кажется, удивился.

– Угу, – подтвердила я. Придвинулась, коснулась его подбородка, поворачивая лицом к себе. И еще прежде, чем он смог что-нибудь возразить, поцеловала.

– Тина…