Светлый фон

– Когда же ты наконец уйдешь и оставишь всех в покое? – прошипел Фокс.

– Если ты еще не понял, то я не собираюсь этого делать.

– От тебя одни проблемы! – закричал он, потеряв самообладание. – С тех пор как ты появилась в штабе, только и делаешь, что мешаешься! Лекции тянутся бесконечность, потому что Болду приходится специально для тебя повторять материал. Тренировки превратились в хаос из-за твоих постоянных ошибок. Организация похоронила целый отряд только ради того, чтобы спасти твою никчемную жизнь! Когда же ты поймешь, что здесь ты никому не нужна? Тебе среди нас не место!

Браун с силой встряхнул меня, и я ударилась затылком о пол. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не застонать.

– Фокс, прекрати уже!

Кто-то из бойцов рискнул вмешаться. Однако Браун его проигнорировал.

– Ну правда, Фокс, – низким голосом пробурчал Шон Гибсон и положил руку на плечо друга.

– Если так хочется драться, то лучше это делать официально в зале, а не здесь, – присоединился Сун, испуганно глядя из-под длинной прямой челки. – Ты же знаешь правила штаба. Если нас кто-то увидит из старших или Каллум, то…

– Плевать мне на ваши гребаные правила! И Каллума я здесь тоже не вижу! – зарычал Фокс, когда парни попытались стащить его с меня. – Не мешайте! Пусть никто не вмешивается!

Скосив взгляд, я отыскала в толпе Эйприла. Он смотрел на меня горящими глазами, неосознанно прикасаясь к наушнику.

История повторялась.

История повторялась.

Вот она я. Вновь проигрываю Фоксу и позволяю себя всячески унижать. Больше месяца назад мы подрались. Точно так же. Тогда меня спас Каллум. Но сегодня его рядом не было.

– Это только между тобой и мной, Шторм. – Фокс в очередной раз наклонился к моему лицу настолько близко, что я ощутила его горячее дыхание на щеках и почувствовала запах цитрусов, пересушенных снаружи и гнилых внутри. – Сегодня я в последний раз поставлю тебя на место, девчонка.

Я сделала глубокий вдох, продолжая брыкаться. Однако парень был слишком тяжелым, чтобы скинуть его с себя, а его хватка – чересчур крепкой, чтобы высвободить хоть одну конечность.

– И что потом, Браун?

– А потом ты отправишься домой.

– Почему? – спросила я, вдруг расслабившись. Мое тело приказало перестать сопротивляться, и я поддалась интуиции.

– Что почему? – Буквально на секунду лицо Брауна озарилось удивлением.

– Почему ты меня так ненавидишь? – Мои попытки высвободиться совсем прекратились. – Ты презираешь меня с самого начала. Я хочу знать почему.