Вот это – сердце Лапзура. Не Башня Вора, не Бандур.

И не я.

Я достала амулет Бандура. От прикосновения к обсидиану по мне с ревом прошла ударная волна, обжигающая ледяным пламенем. Словно он знал, что его хотят уничтожить.

Я склонилась над колодцем.

– Стой! – просипел Бандур, появляясь с другой стороны колодца. – Меняю жизнь чародея на амулет.

Мое демонское зрение переключилось на Эдана. Он по-прежнему был внизу, в окружении врагов, пытавшихся схватить его за горло. Метеоритный кинжал вспыхнул, оставляя за собой серебристо-голубые дуги света, пока Эдан яростно отбивался от призраков. Одно прикосновение – и он станет одним из них.

– Они чуют слабость, – напомнил Бандур. – И его слабость – это ты, Майя. Ни один смертный не может долго сопротивляться. А теперь он смертен.

Я вздрогнула.

– Верни мне амулет, или Эдан умрет.

– Нет, – прошептала я, мои глаза загорелись, кровь забурлила от злости. Используя демонское зрение, я вновь спустилась вниз, где Эдан сражался с призраками.

– Я теперь страж Лапзура! – крикнула я. – Отпустите его!

Призраки растерянно замерли. «Сентурна…»

– Я – Сентурна. – На этот раз мой голос прозвучал так же громогласно, как у Бандура. Глаза засияли ярко, как две кроваво-алые звезды. – Отпустите его.

«Сентурна». Они покорно поклонились и отошли от Эдана.

– Убейте его! – рявкнул Бандур. – Она пока еще не страж!

По команде демона они снова сплотились, но Эдан успел развернуться и уже бежал к вершине башни. Призраки кинулись за ним.

Мое сердце сжалось. Мы оба знали, насколько рискованно было возвращаться в Лапзур.

«Если мы отправимся туда, – сказала я Эдану, – то только ради того, чтобы уничтожить Бандура. Навсегда. Даже если это значит, что один из нас не выживет, – или оба».

Я убрала пальцы с амулета, и видение прекратилось.

Мелькание клыков и когтей послужила мне единственным предупреждением перед тем, как Бандур врезался в меня. Я закричала и чуть не упала в колодец, но демон поймал меня за запястье и притянул к себе.

– А сейчас мы завершим церемонию, Сентурна, – он поцарапал мою руку острыми, как лезвие меча, когтями, и из раны засочилась кровь. – Как только Лапзур получит кровавое подношение, ты станешь новым стражем.

Он поднял мою руку над колодцем. Рукава платья обвивались вокруг него, ткань заискрилась, опаляя серый мех. Впав в неимоверную ярость, Бандур зацарапал платье и дернулся за своим амулетом, но я держала его вне досягаемости над колодцем.

– Верни мой амулет.

Его слова резали мне слух – жестокие, как нож, затачиваемый о кость. Они эхом отразились от бесконечных каменных стенок колодца.

– В нашу прошлую встречу я обменяла твой амулет на пузырек, – сказала я. – В этот раз я не буду такой глупой.

– Если уронишь его, то умрешь вместе со мной.

Я опустила взгляд. Внизу царила кромешная тьма – чернее, чем морское дно, и безграничная, как ночь. Складки моего платья мерцали, но даже их звездного сияния не хватало, чтобы озарить эту бездну.

Амулет Бандура раскачивался в такт биению моего сердца. Я запоздало заметила темный ручеек, сбегавший по моей руке и собиравшийся в одну большую каплю в изгибе локтя. Я рванула в сторону, и она капнула на камень. Но я никак не могла предотвратить того, что моя кровь начала стекать по стенкам вниз, вниз… Как только она коснется дна, я стану стражем Лапзура.

Зная, что Бандур тоже это видел, я повернулась к нему со стальной улыбкой на лице.

– Что ж… будь по сему.

И уронила его амулет в колодец.

Глава 23

Глава 23

Обратившись вихрем из теней и дыма, Бандур нырнул в колодец за амулетом.

Меня пронзила паника. Я не могла позволить демону достать его.

Я кинулась за ним, царапая клочки серого меха. Среди кромешной тьмы небытия колодца разразилась неистовая битва. Бандур был сильнее, но я была более решительной.

Тут я снова увидела мелькнувшую вспышкой плоть и, впившись в нее ногтями, поймала его. Вытащив Бандура из колодца, я крепко держала его, пока не услышала, как амулет упал в воду и погрузился в ее мутные глубины.

Затем раздался еще один тихий всплеск. Моя кровь.

Бандур яростно извернулся и, схватив меня за шею, поднял над колодцем.

Я находилась достаточно близко, чтобы учуять запах пепла в его дыхании и дыма, источавшегося от опаленной шкуры. Складки моего платья зажили собственной жизнью и били по нему; буря из звездного света хлестала демонскую плоть. Алые глаза Бандура тлели от дикой ярости, и его когти крепче сжались на моей шее.

Почему он не умер? Я же уничтожила амулет!

– Поздравляю, Сентурна, – прохрипел он. – Теперь ты страж Лапзура.

Невозможно! Колодец поглотил его амулет прежде, чем принял мою кровь. Он должен был умереть!

Мой страх перерос в невыразимый ужас. Я вытащила ножницы из-за пояса и беспомощно попыталась ткнуть ими в его руки, сердце, горло.

– Как…

Вопрос сменился криком, когда Бандур схватил мой амулет и впился в него своими чудовищными когтями. Я выгнулась, а затем обмякла.

Посмеиваясь, Бандур забрал ножницы из моих вялых пальцев.

– Амулет – это твое сердце, Сентурна. Забрав мой, ты могла подчинить меня своей воле, но ты не знала об этом, верно?

Он поднял меня выше, и я снова закричала, но с моих губ не сорвалось ни звука. Я задыхалась и не могла вдохнуть воздух.

– А теперь… ты умрешь.

Темные воды колодца закружились, собираясь в ужасающий водоворот. Его стены рушились, вниз полетели галька и булыжники. Каким-то образом увидев, как буйствует колодец, я поняла, что не стала стражем. Иначе я была бы сильнее Бандура. Я бы получила силу над призраками Лапзура и приказала бы им оставить Эдана в покое и прийти мне на помощь.

Бандур хитрил. Но зачем?

Секунды растягивались в вечность. Платье лихорадочно нападало на демона, пытаясь забрать мой амулет, пока тот не упал в колодец.

Бандур отмахивался от платья ножницами, их металл гудел и жужжал от силы. Но ножницы отказывались резать; не он их господин.

Зарычав, Бандур кинул меня – и мой амулет – в колодец.

И, падая, я внезапно поняла. Уничтожив амулет Бандура, я не убила его, а сделала смертным. Поэтому он так отчаянно хотел от меня избавиться и покинуть остров.

«Потому что он знает, что ты можешь его убить, Сентурна, – прошептал этот мрачный, соблазнительный голос внутри меня. – У тебя есть платья Аманы. Ты сильнее. Поддайся и убей его ».

В кои-то веки я прислушалась.

Устремившись за амулетом, я поймала его в кулак. Моя юбка замерцала, освещая темный колодец. И, поборов стиснувший мое сердце страх, я расслабилась и позволили крови звезд поймать меня и поднять наверх.

Я взмыла из колодца со скоростью падающей звезды и запрыгнула на спину Бандура.

Демон изумленно развернулся и попытался скинуть меня, но мои рукава воспрепятствовали ему, хлеща и обвиваясь вокруг шеи. Я выхватила у Бандура ножницы… и ранила его прямо в сердце.

Бандур издал душераздирающий вопль и принялся извиваться. Попытался вытащить ножницы из своей груди. Собрав остатки силы, он швырнул меня в другую часть крыши. Я выронила ножницы и больно приземлилась на холодный каменный пол.

С губ Бандура стекал дым, его тело рассеивалось. Он заметался, но его руки и шкура истончились до тени, алые глаза расплавились в ручейки крови. А затем его поглотил огненный вихрь.

И Бандура не стало.

Из колодца взлетели камни и начали падать в мою сторону. Я перевернулась на живот и прикрыла голову, чтобы защититься. Крыша рушилась вокруг меня, открывая вид на лестницу и Эдана, который мчался наверх с блестящим от пота лицом. Даже несмотря на то, что Бандур умер, призраки продолжали гнаться за ним.

Я встревоженно подскочила, но земля подо мной сотряслась, вновь сбивая меня с ног. Боковым зрением я увидела, как мои ножницы подпрыгнули на краю колодца и упали внутрь.

Я сдавленно вскрикнула.

– Мои ножницы!

– Забудь о них, – Эдан схватил меня за запястье. – Нужно уходить!

Из колодца вспыхнул такой яркий свет, что он выбелил весь остров. Длилось это не дольше секунды, но все призраки исчезли.

От Бандура осталась только горстка пепла. Ветер подхватил его с каменного пола и развеял над вздымающимися волнами внизу.

Вспышка света полностью уничтожила колодец с кровью звезд. Теперь на его месте лежала груда разбитых камней. Мусор кружился по крыше, галька больно впивалась мне в кожу. Эдан прикрыл нас своим плащом.

– Нужно выбраться из башни! – крикнул он, когда ветер усилился.

Неподалеку что-то взревело, напоминая урчание живота жуткого зверя. Мне потребовалась секунда, чтобы осознать, что сам остров рушился.

Земля снова содрогнулась. Мир так резко накренился, что я потеряла равновесие.

Я покачнулась назад, но Эдан поймал меня за руку.

Внизу озеро Падуань бушевало и ходило ходуном. Эдан лихорадочно пытался развернуть ковер. Я прошлась взглядом по многочисленным дыркам и рваным кисточкам, по отметинам от когтей и зубов…

– Он не взлетит, – сказала я, коснувшись руки Эдана.

Без ножниц я не могла заштопать ковер. Моя демонская магия была создана для разрушений, а магию Аманы я не могла контролировать. Только ножницы были мне понятны – я знала, как ими пользоваться и направлять их чары в сшитые мною наряды… но они исчезли.