Угроза. Конечно. Наследник меняет расклад сил, рушит чьи-то планы на трон.

— Спасибо за предупреждение. Иди, повеселись. Ты заслужила.

Вернулась к Кайрону. Он сразу заметил перемену — привык читать моё лицо.

— Что случилось? Плохие новости?

— Наоборот. Но потом расскажу. А сейчас — танцуй со мной.

— Здесь? При всех?

— Именно. Пусть видят — император и императрица едины. И счастливы.

Он улыбнулся — той мальчишеской улыбкой, которая появлялась всё чаще — и повёл меня в центр площадки.

Мы закружились под звёздным небом. Император и императрица, празднующие объединение народов. Вокруг танцевали варвары и имперцы, уже не различая друг друга в общем веселье.

И тайно мы праздновали новую жизнь. Будущего императора, который родится в мире без предрассудков. Или хотя бы с меньшим их количеством.

Сын двух миров — старого и нового. Наследник империи и дитя перемен. Интересно, каким он вырастет под моим психологическим воспитанием?

Кайрон прижал меня ближе, шепнул на ухо:

— Ты сияешь. Что-то хорошее произошло?

— Самое лучшее. Но это секрет до утра.

— Мучительница.

— Терпение, мой император. Хорошее стоит ожидания.

И пока мы танцевали, я думала — Елена Марковна превратилась в Лирану-объединительницу. А теперь становится Лираной-матерью.

Сколько ещё ролей мне предстоит сыграть в этой второй жизни?

Столько, сколько потребуется.

И я готова к каждой из них.

Глава 28: Восточная угроза

Глава 28: Восточная угроза

Утро после праздника принесло похмелье для половины двора и плохие новости для всех. Гонец от восточной границы ворвался в зал совета, едва держась на ногах от усталости.

— Принц Дамиан собирает новую армию! — выпалил он, падая на одно колено. — Нанимает наёмников со всего континента! Обещает тройное жалование!

Пот струился по его лицу, оставляя дорожки на пыльной коже. Загнал лошадей, не спал двое суток — классические признаки критической важности сообщения.

— Сколько? — спросил Кайрон, и температура в зале упала на градус.

— Около ста тысяч, ваше величество. И число растёт.

Совет замер. Тишина была такой плотной, что слышалось тяжёлое дыхание гонца и потрескивание свечей.

— Сто тысяч... — прошептал Маркус, и в его голосе впервые за всё время я услышала страх. — Даже с варварами у нас только восемьдесят. И не все обучены...

— Качество против количества, — сказала я, стараясь звучать увереннее, чем чувствовала. — Наёмники сражаются за золото. Наши — за дом, семьи, будущее. Мотивация решает больше, чем численность.

Хотя статистически при превосходстве больше чем 3:2 мотивация перестаёт быть решающим фактором. Но им знать это необязательно.

— Но численное превосходство есть численное превосходство, — возразил Варгас. — Математика войны безжалостна.

— Есть способы его нивелировать. География, тактика, психология.

Я развернула карту на столе, придавила углы кинжалами. Старая карта, детализированная, с пометками высот и проходов.

— Смотрите. Единственный путь для такой армии — через Соколиный проход. Ширина — не больше сотни метров. Отвесные скалы с обеих сторон. Идеальная точка для обороны. Триста спартанцев, — пробормотала я по-русски, вспомнив Фермопилы.

— Что? — Кайрон наклонился ближе, пытаясь понять чужие слова.

— Историческая аналогия из моего... из древней истории. Малое число защитников может сдержать огромную армию в узком проходе днями, даже неделями.

Фермопилы. Правда, там все защитники погибли. Но здесь у нас есть преимущество — магия и дракон.

— Кайрон, твоя ледяная магия. Можешь перекрыть проход ледяной стеной?

Он задумался, прикидывая возможности.

— Ненадолго. Их маги растопят за день-два. Огненная магия против льда...

— А если комбинировать? Лёд снизу, камнепады сверху, драконий огонь для закрепления?

Аурум поднял массивную голову, и в древних глазах блеснул интерес.

"Я могу расплавить сами скалы. Создать лавовую реку в проходе. Пусть попробуют через неё пройти."

— Гениально! Природный барьер, который не преодолеть магией!

— Но это временное решение, — возразил Варгас, барабаня пальцами по столу. — Они найдут другой путь. Обходной, через горы.

— Конечно найдут. Но это займёт недели. А нам нужно время для подготовки.

Миранда, молчавшая до этого момента, подняла руку — жест странно школьный для опытного шпиона.

— Есть другой вариант.

— Какой?

— Убить принца Дамиана.

Тишина упала как гильотина. Резко, окончательно. Все смотрели на неё — кто с ужасом, кто с интересом.

— Покушение? — уточнил Кайрон.

— Я могу проникнуть в его лагерь. У меня подходящая внешность после трёх лет среди варваров, знаю восточные диалекты, манеры. Выдам себя за наёмницу.

— Слишком рискованно. Ты слишком ценна, чтобы потерять тебя.

— Вся война — риск, ваше величество. Но обезглавленная армия наёмников разбежится за день.

Она права. Убрать лидера — классическая тактика. Жестоко, но эффективно. Хотя...

— Есть третий вариант, — сказала я. — Психологическая операция. Опять.

— Опять? — Варгас закатил глаза. — Ваше величество, не всё решается разговорами и манипуляциями.

— Принц Дамиан параноик. После истории с "проклятием императрицы" он панически боится магии. Спит в круге из соли, носит двенадцать амулетов, меняет пробующих еду каждый день. Что если усилить его страх до критической точки?

— Как?

Повернулась к Селине, которая стояла у стены с отсутствующим видом.

— Селина, можешь создать видение? Не настоящее пророческое, а иллюзию для конкретного человека?

Девушка очнулась от своих размышлений, наклонила голову — птичий жест, который стал её привычкой.

— Одна — нет. Но если Аурум поделится энергией... Драконья магия плюс мой дар... Да, могу. Персональный кошмар наяву.

— Отлично. Создадим принцу серию видений. Смерть от предательства. Армия, поворачивающаяся против него. Проклятие, пожирающее изнутри.

— Это может свести его с ума, — сказал Кайрон, и в его голосе была смесь восхищения и тревоги.

— Или заставит отступить. Безумный лидер хуже отсутствующего — принимает иррациональные решения.

Психологическая война в чистом виде. Атака на разум эффективнее атаки на тело. Сломленный дух не вылечить магией.

— Но есть кое-что ещё.

Голос от дверей. Все повернулись.

Марина Петровна стояла в дверном проёме. Выглядела усталой — тёмные круги под глазами, новые морщины. Дорога из Северной башни была не из лёгких.

— Марина Петровна! — воскликнула я. — Что привело вас в столицу?

— Тревожные знаки. Мои расчёты показывают странные возмущения в магическом поле. Как рябь на воде, но... снаружи.

— Снаружи?

— За пределами нашей реальности. Словно кто-то наблюдает через окно между мирами. Елена Марковна, вы понимаете, о чём я?

Холодок пробежал по спине. Я кивнула.

— Те, кто создал миры. Архитекторы. Селина тоже что-то чувствует.

— Они придут, — тихо сказала Селина, и её голос звучал не как её собственный. Глубже, древнее. — Не сейчас, но скоро. Когда решится судьба войны. Проверить свой эксперимент.

— Эксперимент? — Кайрон нахмурился. — Мы что, подопытные крысы?

— В каком-то смысле, — ответила Марина. — Три души из другого мира изменили слишком много. Нарушили заданный ход истории.

Три души. Я, Марина, и та, что придёт. Триада агентов изменений.

— Тогда нам нужно показать, что изменения к лучшему.

— Как? — спросил Маркус.

— Победить. Но не уничтожением врага, а объединением. Показать, что мир может развиваться через сотрудничество, не вечный конфликт. Что разум и эмпатия сильнее меча и магии.

Марина кивнула, в глазах понимание.

— Именно. Эта война — не просто конфликт империй. Это тест. Экзамен на право этого мира существовать дальше.

— То есть, если проиграем... — начал Варгас.

— Мир может быть "перезапущен", — закончила Марина. — Или просто стёрт. Мы не знаем точно.