Девушка порылась в платьях в шкафу. Они тоже были высочайшего качества: из бархата и шелка, с замысловатыми корсетами и широкими юбками. На деньги от их продажи она смогла бы безбедно прожить несколько лет вместе с Иден и Джейми.

Но не стоит зацикливаться на таких вещах. У нее не получится привезти их все домой, да еще и в идеальном состоянии. К тому же Торн нужно исполнить условия сделки и найти цветок, необходимый заказчику, а он стоит гораздо больше, чем тридцать прекрасных платьев. К тому же сомнительно, что мужчина, заплативший ей, спокойно отнесется к ее неудаче.

Торн заплела мокрые волосы в косу, а затем вышла из спальни и отправилась на разведку.

К ее разочарованию, в кабинете совсем не нашлось книг. На стеллажах вдоль стен располагались только скучные архивные записи, счетные книги о закупках, жалованье и другие мелкие записи давно ушедших лет. Бо́льшую часть комнаты занимал массивный письменный стол, поверхность которого покрывал толстый слой пыли.

Ничего необычного.

Комната казалась пустой, если не считать двух стульев и некогда роскошного ковра на деревянном полу. Торн так и не приблизилась к разгадке того, кем являлся ее похититель, или того, что случилось с замком.

Спустя какое-то время занятия уборкой девушка открыла верхний ящик письменного стола и едва не порезала руку об осколок разбитого зеркальца.

– Почему все зеркала разбиты? – размышляла вслух Торн, сгорая от любопытства. – Это как-то связано с тем, что он вечно прикрывается? И горничная тоже…

На время Торн оставила эти размышления. В конце концов, ей предстояло вымыть пол. Хорошей работой она завоюет доверие остальных и приблизится к свободе.

Час спустя Торн стояла на четвереньках и яростно оттирала засохшее пятно на полу. В темноте ее дурная голова, конечно же, подумала, что это кровь.

– Может, это просто вино, – пробормотала она.

– Вино? – прогрохотал низкий голос.

Торн вздрогнула и замерла, увидев своего похитителя, стоящего в дверном проеме. Она ждала, что он скажет что-нибудь о вчерашнем вечере. Однако мужчина обошел ее и сел на один из стульев.

Он сидел молча, наблюдая за ней, сложив пальцы домиком.

Тактика устрашения? Или ему просто понравился открывшийся вид на ее ягодицы?

Торн развернулась так, чтобы ее задняя часть не попадала в его поле зрения, и вернулась к работе. Она не будет обращать на него внимания. Он его не заслуживал. Стоит быть выше его детских выходок. Она выжала воду из тряпки, наблюдая за водной рябью в ведре, и полностью сосредоточилась на пятне на фиолетовом ковре, хотя его уже почти не было видно.

Секунды проходили в тишине. Минуты. Торн оставила пятно и отошла к стене, держась как можно дальше от своего похитителя. Она чувствовала, как его глаза следят за каждым ее движением. Ее уши запылали, когда она представила, как он рассматривает ее шрамы – именно на них все постоянно смотрели.

Давай, скажи что-нибудь. Рискни.

Вместо этого первыми словами, сорвавшимися с уст мужчины, стали:

– Ты обменяла свою жизнь на жизнь своего возлюбленного.

Не совсем ожидаемо. Девушка молчала и продолжала работать. Ему не удастся так просто вывести ее на разговор.

Затем он тихо добавил:

– Больше не веди себя так, как вчера. Я в любом случае получу то, что мне от тебя надо.

Она знала, что ее следующее действие будет иметь последствия, но ей и раньше встречались мужчины, которые думали, что имеют право обладать всем и всеми. Она никому не позволит так с собой обращаться.

Торн вскочила на ноги, схватила ведро с водой и выплеснула содержимое на мужчину. Какое-то время он сидел неподвижно, промокший насквозь в своем огромном темном плаще, а затем скривил губы в оскале и прорычал.

Торн не сдвинулась с места. Она не чувствовала страха, лишь злость.

– Я предложила отработать долг Джека, – отрезала она. – Я ни в коем случае не продалась тебе. Если тебе нужна компаньонка, предлагаю нанять ее, а не заставлять меня исполнять твои прихоти, иначе, поверь мне, результат тебе не понравится.

Дрожа всем телом, он сидел в кресле. Наконец мужчина медленно поднялся и, отряхнувшись, приблизился к ней. Она не дрогнула, когда он остановился рядом.

– Сказала, что хотела? – спросил он. – А теперь убери за собой.

Он стремительно покинул комнату, хлопнув за собой дверью.

Торн уставилась на дверь. Он слишком любил ими хлопать. Поэтому все в замке сломано? Огромный грубиян вел себя слишком импульсивно.

– А ты поучись манерам! – парировала она.

Она оглядела беспорядок, который они устроили.

– Теперь еще и это убирать, – вздохнула она, глядя на залитый пол и стул, где ранее сидел ее похититель. Но она улыбалась.

Простая и ясная победа. Торн никогда не подчинится приказам человека в капюшоне, и теперь он тоже об этом знал.

Глава двадцать третья

Глава двадцать третья

Лука

Маленькая гарпия облила его грязной водой.

Он мчался в свои покои, пока вода с тихим звоном капала на каменный пол. Кем она себя возомнила? Нарушительница служила ему. Как она смеет прыгать выше своей головы?

Лука распахнул дверь в покои и скинул ботинки. Промокшие носки оставляли мокрые пятна на красном коврике между камином и кроватью. Разозлившись, их он тоже снял и бросил к огню сушиться, затем стащил с себя перчатки, плащ и остальную одежду.

Обнаженный, он прошел в гардероб.

– Дариус! Ты мне нужен.

Дворецкий бесшумно вошел и начал выбирать новый наряд на день. Дариус всегда находился поблизости. Не имея талаганских кровей, он впечатляюще тихо передвигался. Луке приходилось усердно прислушиваться, чтобы определить местоположение своего дворецкого.

– Решили принять ванну? – спросил Дариус, помогая Луке одеться.

Он посмотрел на своего слугу: тот даже глазом не моргнул, старательно натягивая рукав на предплечье Луки, покрытое чешуей.

– Незваная гостья вылила на меня ведро воды.

Дворецкий замер, один раз дернув седыми усами, а затем продолжил застегивать пуговицы на жилете Луки.

– Я поговорю с ней.

– Будь добр.

От этой девки разило неприятностями. Он как чувствовал. Или, может, в этом и заключался ее план: вести себя своенравно и раздражающе, чтобы он отпустил ее домой. Такого никогда не произойдет. Она должна ему целую жизнь. Если она хочет поиграть, то он может присоединиться к ней.

Дариус отошел, снял длинный черный плащ с вешалки в дальней части гардероба и протянул ему.

– Могу я спросить, почему юная леди вылила на вас ведро воды?

Лука выхватил плащ из рук слуги и надел его, чувствуя, как жар поднимается по шее. Он развернулся на каблуках и вышел из гардероба, а Дариус последовал за ним.

– Она сказала, что не собирается делить со мной постель. – Он фыркнул. – Как будто я могу вообще когда-нибудь захотеть такую похабную девку.

Лука плюхнулся на сундук, стоящий у кровати, и хмуро посмотрел на дворецкого. Дариус выглядел так, словно только что надкусил лимон.

– Говори уже.

Слуга кивнул и переплел пальцы за спиной.

– С чего у нее сложилось такое впечатление?

Скрестив руки на груди, Лука пожал плечами.

– Откуда мне знать, что у нее на уме? Я хотел проверить, как она справляется, и сел рядом. Одно мое присутствие, казалось, выводило ее из себя. Она даже отошла в другой конец комнаты.

– И она мыла полы? – мягко спросил Дариус. Слишком мягко.

Лука прищурился, глядя на своего дворецкого.

– Что?

– Просто, во-первых, в высшей степени неприлично оставаться с ней наедине. К тому же, когда она моет полы, то уязвима. Представьте, что вы были бы на ее месте. Если бы огромный мужчина подошел к вам со спины…

Он моргнул.

Она стояла на четвереньках.

С точки зрения какого-нибудь придурка можно было бы подойти, задрать юбки и…

– Я бы никогда так не поступил!

Он нахмурился. В его глазах любой мужчина, изнасиловавший женщину, заслуживал медленной смерти. Он считал подобное варварством.

– Я об этом знаю, но она – нет. – Дариус подергал кончики своих завитых усов. – Это все равно не объясняет воду. Что вы сказали?

– Только то, что это мой дом. Я ее хозяин, а она моя служанка. Если я захочу ее присутствия, она подчинится. Я не потерплю еще одной катастрофы, подобно вчерашней.

Слуга застонал.

– Полагаю, она восприняла ваши слова не очень хорошо.

– Нет! – Лука указал на тянущуюся дорожку из сброшенной одежды. – Она облила меня водой и велела нанять компаньонку, потому что она здесь не для этого.

– Мой дорогой мальчик, – сказал Дариус. – Вам нужно поработать над тем, как разговаривать с другими.

– Она была неправа.

– Да, и я поговорю с ней об этом. Но вам нужно подумать о том, как ваши слова могут воспринимать окружающие. Девушка подумала, что вы захотели сделать ее своей.

– Ни за что на свете, – сказал Лука, поднимаясь. Он шагнул к окну и окинул взглядом пещеру, которая стала ему одновременно убежищем и тюрьмой. Теперь и для нарушительницы она стала тем же.

Его гнев поутих, и он нахмурился, глядя на грязное стекло.

– Я поговорю с ней.

Хотя Луке все еще не нравилась эта девушка, он не хотел, чтобы она принимала его за какого-то грязного охотника.

Он – не его отец.

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать четвертая

Торн

Ее удивило приглашение на ужин. Новый «хозяин» – тот еще упрямец, уж это ясно. Но Торн всю свою жизнь имела дело с упрямыми мужчинами. Хоть этот и превосходил ее размерами раза в два и скрывал свою внешность, но все равно оставался просто мужчиной.