Тэмпест

Греясь в лучах летнего солнца, она стояла на широком балконе, где восемь месяцев назад вышла замуж за свою пару. Легкий ветерок трепал ее волнистые волосы цвета барвинка. Ей все еще казалось непривычным их распускать. Солдатская жизнь приучила ее к удобным косичкам.

Тэмпест почувствовала его присутствие до того, как две руки утянули ее в объятия. Пайр ухватился за каменные перила и подался вперед, уткнувшись лицом в изгиб ее шеи.

– Длинный день? – тихо спросила она.

– Длиннее некуда, – пробормотал он, вдыхая ее запах. Он оставил нежный поцелуй под ее челюстью, а затем крепко обнял.

Она откинула голову на грудь мужчине и прижалась к нему.

– С волками все решилось? Они не протестовали?

– Если тебя интересует, убил ли я кого-нибудь, то нет. Все головы остались на плечах владельцев. – Пауза. – Пока что, – проворчал он.

– Ты молодец. – Она удержалась от сарказма в тоне. Едва.

– Прозвучало убедительно, но я тебя знаю. Ты дразнишься.

– Я бы никогда…

Девушка пискнула, когда Пайр резко развернул ее. Он прищурил свои янтарные глаза и дернул ушами на макушке.

– Ты всегда, – прорычал он, обнажив клыки.

Тэмпест обвила руками его шею и улыбнулась.

– Как скажешь.

Муж улыбнулся в ответ.

– Как прошел твой день, любовь моя?

И снова ее охватило разочарование. Девушка искала новую зацепку по основному поставщику Мимикии. Корона конфисковала все фермы и теперь регулировала производство, но торговля наркотиками в их королевстве так и не остановилась. След терялся где-то в Мержери.

– Есть подозрение, что в северных провинциях что-то знают, но все лорды молчат.

– Я бы вел себя так же, если бы зарабатывал столько денег, – вставил муж.

Тэмпа смерила Пайра взглядом и убрала руки с его шеи, откинув волосы с лица.

– От тебя никакой помощи. Мне нужен человек, не связанный с нами и способный работать под прикрытием в Мержери.

– Они поддерживают Ансетт.

Тэмпа бросила на Пайра насмешливый взгляд.

– Мы с тобой оба знаем, что лорды Мержери – самые настоящие змеи. Они бросаются перед Ансетт красивыми словами, а затем за спиной планируют ее свержение. Возможно, у нас недостаточно доказательств, но я знаю это наверняка.

– Ты говорила с отцом?

Она кивнула.

– Он работает над ситуацией с Хинтрелэндом. Им кажется, что наши территории уже можно подмять под себя. Мы должны разобраться с этим самостоятельно. Что подводит меня к следующей теме… – Тэмпест снова обвила руками его шею и нежно поцеловала. Перед следующими словами к нему нужно немного подлизаться. – Нам нужна помощь, и я хочу, чтобы Дэмиен взялся за эту работу.

Ее кицунэ напрягся, скривив губы и рыкнув:

– Нет.

– Он лучше всех подходит для этой работы. Он может быстро передвигаться в отличие от всех нас.

– Он дегенерат.

– Прямо как ты.

Пайр усмехнулся.

– Его интересуют только дела Оборотней.

– Он у меня в долгу, – терпеливо ответила она.

– Чертов дракон оставил на тебе свою метку! – взорвался ее супруг.

– Всего один раз. С тех пор прошло много времени. – Она подняла запястье и потерла им об его шею. – Видишь? На мне только твой запах. А теперь прекрати нести собственническую чушь, свойственную всем Оборотням. Я никогда тебя не оставлю.

Пайр коснулся подбородка Тэмпест и, приподняв голову любимой, потерся носом о ее нос.

– Прости. Я работаю над собой.

– Ты можешь загладить свою вину, если свяжешься с неуловимым драконом.

Пайр хохотнул.

– В тебе нет ни капли жалости, женщина.

– И тебе это нравится, – сказала она с усмешкой. – А теперь пойдем тренироваться. Никс научила меня новому приему, и думаю, на этот раз я смогу пробить твою защиту.

Он прижал ее к своему боку и, развернувшись, повел к открытым дверям.

– На твоем месте я бы особо не надеялся.

– Просто подожди. Ты проиграешь.

Глава тридцать девятая

Глава тридцать девятая

Месяц спустя

Торн

Месяц пролетел так быстро, что Торн даже оглянуться не успела. Благодаря заботе и вниманию Луки она чувствовала себя гораздо лучше. Лекарство, которое он ей давал, не просто способствовало выздоровлению, но улучшило ее самочувствие. Просто потрясающе.

Девушка задавалась вопросом, добавлял ли Лука в ее пищу тот же препарат, чтобы ускорить заживление стопы, когда она только стала его пленницей. Тогда Торн улучшения показались странным, теперь же она удостоверилась, что в ее ускоренном выздоровлении виноват кто-то еще.

Отношения между Лукой и Торн изменились к лучшему. Лука теперь не накидывал на лицо капюшон, хотя по-прежнему носил свой гигантский плащ. Такие изменения облегчили Торн жизнь. Теперь, вступая с ним в разговор, она имела возможность видеть его лицо. Но возможность видеть его привела к другим неожиданным побочным эффектам.

Она не могла отвести от него глаз, и ее чувства росли.

Раньше ей нравился Лука, но теперь… в ней росло нечто большее.

– Значит, ты полюбила читать из-за отца? – спросил Лука в один из дней.

Торн моргнула, отвлекаясь от своих мыслей, и отвела взгляд от невероятных фиолетовых волос. Они притягивали ее внимание. Руки покалывало от желания провести по ним пальцами.

Возьми себя в руки.

Она кашлянула и смущенно посмотрела на него, собираясь с мыслями. На ответ ушло до неловкости слишком много времени.

– Из-за обоих родителей, – ответила она. – Мой отец отовсюду привозил книги, а мама мне их читала. После ее смерти отцу пришлось взвалить на себя обе роли, хотя я поставила перед собой задачу научиться читать как можно быстрее, чтобы самой знакомиться с историями. – Она мягко улыбнулась.

У Торн сохранилось всего несколько воспоминаний о маме, но она ими очень дорожила.

Лука тихо рассмеялся, согревая сердце Торн. Его смех, причиной которого являлась она, девушка воспринимала как личную награду. Она считала, что в его жизни было мало смеха, и от этого становилось досадно. Ведь смех у него чудесный.

– Вполне в твоем стиле. Читать отцу, чтобы ему не приходилось заниматься этим самому. Мне жаль, что ты провела так мало времени со своими родителями.

Его глаза остановились на ее шрамах, что он делал достаточно часто, но Торн вовсе не смущалась.

– Лучше так, чем вообще ничего, – сказала она, стараясь не покраснеть. – Жаль, что я не понимала этого в детстве… тогда я, возможно, не пыталась бы украсть волшебные бобы.

– Тогда ты не была бы собой, и мы, возможно, не встретились бы.

Торн не ответила, позволив словам Луки повиснуть между ними. Он, конечно же, прав, но, хоть она и могла с уверенностью заявить, что рада встрече с Лукой, счастлива узнать его получше, а также провести с ним время и быть в его жизни, – ей не хотелось думать о том, при каких обстоятельствах они познакомились. Их история построена на лжи, предрассудках и жестокости.

Она посмотрела в одно из окон.

Несмотря на обретенное счастье, Торн не могла забыть причину, по которой оказалась здесь.

Все ли в порядке с Иден и Джейми? Полностью ли Джек восстановил свое здоровье? Неужели еще одна команда охотников за сокровищами подвела ее клиента? Охотился ли он за ней?

Теперь она больше не пленница и вполне здорова, поэтому может вернуться к своей семье. Но что-то удерживало ее здесь. Кто-то удерживал. Часть ее понимала, что если Торн вернется в деревню, то может никогда больше не попасть в замок Луки. Однако семья всегда стояла у нее на первом месте. Если она уйдет, окажется ли все это сном? Сказкой?

Неправильно ли с ее стороны желать, чтобы и Лука стал частью ее семьи?

– Торн? – Она посмотрела на Луку, и он вздохнул. – Ты снова витаешь в облаках. Ты ничего не хочешь мне сказать?

Она покачала головой.

– Нет, ничего такого.

Лгунья.

Он долго всматривался в выражение ее лица, а затем поднялся на ноги.

– Пойдем, – сказал он, протянув руку. – Покажу тебе кое-что, что может поднять настроение. Ну или, по крайней мере, немного тебя отвлечет.

Торн хохотнула, удивившись его проницательности. Она взяла Луку за руку и поднялась.

– Ты слишком хорошо меня знаешь. Так что ты собираешься мне показать?

– Сюрприз. – Аметистовые глаза блеснули. – Просто иди за мной.

Он держал ее за руку чуть дольше, чем следовало, а затем отпустил и направился к выходу из библиотеки. Она поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы он отпускал ее. Держать его за руку казалось одновременно волнующим и успокаивающим опытом.

Торн последовала за Лукой прочь из библиотеки, спустилась по лестнице и пересекла главный вестибюль замка. Когда он свернул налево, в королевское крыло, любопытство Торн по-настоящему разыгралось.

– Как интригующе, – пробормотала она. – Запретное крыло?

Лука обернулся и ухмыльнулся.

– Не притворяйся, что ты никогда не пробиралась в эту часть замка.

Она пожала плечами, не желая признаваться. То, чего Лука не знал, ему вовсе не навредит.

Мужчина повел ее по коридору, который заканчивался тупиком. Торн улыбнулась, когда он отдернул гобелен, открыл потайную дверь и вошел внутрь. Остановившись у двери, Торн провела рукой по черным железным розам. Они прекрасны.

– Не отставай, – позвал Лука, опережая ее на несколько шагов.

Она отошла от двери и широко распахнула глаза, когда в каменный коридор хлынул свет. Вокруг послышался сладкий аромат цветов, и девушка, разинув рот, вошла в застекленную оранжерею. Она оказалась большой, размерами напоминающей крытый двор. Внутри нее росло множество различных цветов и трав, как знакомых, так и экзотических.