Добредя до конца пещеры, она без страха перебралась через выступ у замка, а затем лишь бежала, бежала и бежала. Торн замедлила шаг только у комнаты Луки. Она вошла внутрь как раз в тот момент, когда Дэмиен сыпал проклятиями и раздавал приказы Дариусу, будто замок принадлежал ему.

Торн подошла к кровати и закатала рукава.

– Что я могу сделать, чтобы помочь?

Необычный взгляд зеленых глаз Дэмиена предупреждающе впился в ее лицо.

– Ты, – прошипел он, схватив Торн за волосы и хорошенько ее встряхнув. – Что ты наделала? Как ты могла его предать?!

– Я… я не предавала! Клянусь, не предавала! Этот мужчина… он был моим клиентом еще до того, как я встретила Луку!

Она схватила его за руку, но когти дракона впились в кожу головы. Чертовски больно, но она не осмеливалась отстраниться или пожаловаться. Дэмиен имел полное право злиться на нее и относиться с подозрением. Она понимала, как все выглядело со стороны.

Оборотень прищурился и глубоко вздохнул. Резко отпустив ее, Дэмиен подошел к другу и вытер его лоб. После того как дракон нанес Мимикию на рану Луки, его дыхание немного восстановилось.

– Объясни, – приказал Дэмиен, убедившись, что Лука погрузился в сон.

Торн с опаской посмотрела на Оборотня и иглу с ниткой в его руке.

– Дариус! Мне сейчас же нужна горячая вода.

Дворецкий поднес миску с горячей водой, а Бриджет принесла простыню. Торн наблюдала, как Дариус промывает рану.

– Что я могу сделать?

– Ты и так сделала достаточно, – проворчал Дэмиен. – Говори уже, не выводи меня из себя.

Она взглянула на лицо Луки, до ужаса бледное и безжизненное. Выглядела ли она так же на пороге смерти?

– С самого начала. Во всех подробностях.

Итак, Торн заговорила.

Она рассказала Дэмиену все с самого начала. Сперва говорить рядом с Лукой, который лежал там едва живой из-за нее, было сложно, но потом слова просто полились из нее сами по себе.

Торн любила Луку. Дэмиен должен это понять. Она бы никогда, ни за что ему не навредила.

Наконец девушка завершила свой рассказ, и между ними повисло долгое, напряженное молчание.

Дэмиен нарушил его первым.

– Тебе повезло, что ты буквально пахнешь правдой, иначе я бы без колебаний убил тебя на месте. Никто не имеет права причинять боль моим близким.

Она в этом не сомневалась.

– Ты должна уйти до того, как он проснется, – добавил Дэмиен, вздохнув. Он бросил на нее предупреждающий взгляд, когда она открыла рот, чтобы возразить. – Такого рода испытание для Оборотня навсегда связывает двух людей… честно говоря, я удивлен, что связь до сих пор не появилась, учитывая то, что случилось с тобой месяц назад. – Пауза. – Перед тобой стоят обязанности и люди, которых ты любишь. Лука это понимает. Вот почему он тебя отпустил. Но поверь мне, он ни за что не сможет поступить так же, если увидит тебя после пробуждения. Это разобьет ему сердце. Итак, возьми оставшиеся цветы и спаси своих родных, а я позабочусь о своих.

Торн ничего не оставалось, как только молча последовать совету Дэмиена. Он прав. Конечно, прав. Но от этого ничуть не легче.

– Ты можешь подождать, пока я не зашью его рану, а потом попрощаться.

Горло сдавило, но она не могла оторвать взгляда от Луки, лежащего с пепельно-серым лицом и скорее мертвого, чем живого. По ее вине. Она чуть не убила его. Дэмиен прав. Она должна уйти.

Дракон зашил рану и взглянул на нее.

– Я дам тебе пять минут. Если не выйдешь сама, я приду за тобой.

Она кивнула и перестала обращать на него внимание, полностью сосредоточившись на мужчине, которого любила. Торн убрала с его лица влажные волосы, ненавидя себя за то, что причинила ему страдания.

– Прости меня, – прошептала она. – Я никогда не хотела ничего такого. Поправляйся. – Торн нежно поцеловала его в губы. – Я люблю тебя.

Не в силах больше оставаться с ним, она вышла из комнаты.

Дэмиен ждал в коридоре.

Он протянул ей мешочек, и она взяла его. После этого мужчина обнял ее за талию.

– Давай. Мы полетим к подножью горы, но дальше ты сама.

При иных обстоятельствах Торн запечатлела бы в памяти каждое мгновение полета на спине гигантского дракона. Но она все еще была в шоке, поэтому почти ничего не запомнила. Холодный горный ветер бил в лицо, пощипывая щеки и замораживая слезы. В конце концов Дэмиен спустился и поставил Торн на землю.

– Держи, – сказал он, сменив облик. Он протянул ей мешочек с золотом.

– Что это? – спросила она спокойно.

– Что-то, что обеспечит тебе комфорт и безопасность. И в какой-то степени успокоит моего кузена.

Она не хотела брать деньги.

– Я не хочу их принимать.

– У тебя нет выбора. – Он сунул монеты ей в ладонь. – Всего хорошего, малышка Торн, и не возвращайся. Все только к лучшему.

– Разве? – прошептала она. – Почему тогда мне кажется, что все так неправильно?

– Иногда нам приходится идти на жертвы ради тех, кого мы любим.

– Знаю, – несчастно произнесла она. – От этого ничуть не легче.

Дэмиен заключил ее в недолгие объятия.

– Сможешь ли ты всю жизнь провести с ним в замке, если для этого тебе придется бросить ради него свою семью? – прошептал он ей на ухо.

– Почему все обязательно должно быть так трагично?

– Потому что жизнь несправедлива и мы не живем в сказке.

Никто никогда не говорил более правдивых слов в разговоре с ней.

– Как же я это ненавижу.

Улыбка на лице Оборотня казалась понимающей и печальной.

– Всего хорошего, Торн.

– Тебе тоже.

Только после того, как Дэмиен ушел, Торн начала долгий и неторопливый путь вниз. Спускаясь с гор, она задумалась над тем, что сказал дракон.

Почему в ее семье не могло быть родных и Луки одновременно?

Это казалось несправедливым. Разве Торн недостаточно настрадалась в своей жизни? Разве Лука не прошел через многое? Но они жили не в одной из сказок ее отца.

Иногда даже героям не доставался по-настоящему счастливый конец.

Глава сорок пятая

Глава сорок пятая

Торн

Когда показалась ее родная деревня, Торн сначала подумала, что перед ней мираж. Но нет, это не игра воображения: она реально здесь.

Торн дома.

Неужели прошло больше двух месяцев?

Она вошла в деревню и свернула на главную улицу. Казалось, прошло несколько лет. Действительно, она могла бы даже в это поверить, судя по взглядам, которыми ее одаривали местные жители.

Мясник широко раскрыл глаза при виде живой и здоровой Торн. Даксос, работающий с отцом, чуть не выронил из рук молот, увидев ее. На мгновение Торн подумала заскочить в кузницу и поздороваться. Она ведь успела соскучиться по всем важным людям в своей жизни. И Даксос к ним тоже относился.

Может быть, он научит ее нормально плавать? Во имя Дотэ, ей давно пора научиться.

Но ее взгляд упал на рынок, и она увидела лицо кого-то гораздо более важного, покупающего яблоки. Мысли о Даксосе тут же вылетели из головы, как только сестра заметила Торн.

– Торн! – воскликнула Иден, выронив плетеную корзинку и рассыпав яблоки, которые покатились по мощеной улице прямо к ней.

Торн помчалась навстречу сестре с улыбкой на лице и слезами на глазах. Когда они наконец обнялись, по ее щекам и подбородку потекли теплые капли.

– Я думала, ты умерла, – провыла Иден. Она переносила их встречу еще хуже, чем Торн. – Я думала… Джек сказал, что тебя забрали, но…

– Я… я жива, – успокоила ее Торн, дрожа от смеха, – и никто меня не забрал, правда?

– Тебе удалось сбежать?

Торн высвободилась из объятий сестры, немного отстранившись. В утреннем свете Иден казалась еще более болезненной, чем до ее отбытия, несмотря на то, что весна наконец-то добралась до их деревни. Чувство вины скрутило живот, потому что Торн знала, что это из-за нее состояние сестры ухудшилось.

Но она может это исправить. Она может все исправить.

– Я не сбежала, – сказала Торн. – Лука меня отпустил.

– Лука?

– Тот, который… мужчина, который живет в замке, – объяснила она, чувствуя, что оказала Луке медвежью услугу, признав, что он не похищал ее. Даже несмотря на то, что так оно и было на самом деле.

Теперь все иначе.

Иден уставилась на нее, не веря своим ушам.

– Он отпустил тебя?

– Мы пришли к своего рода взаимопониманию, – сказал Торн, криво улыбаясь. – Мы… стали друзьями, кажется.

От услышанного Иден не могла определиться между беспокойством и весельем. В конце концов, она остановилась на последнем.

– Только ты могла подружиться со своим похитителем, Торн, и воспользоваться ситуацией. – Она рассмеялась. – Я бесконечно благодарна за то, что у тебя получилось это. А теперь пойдем. Джейми будет вне себя от радости, когда увидит тебя!

Торн бросила взгляд на мастерскую кузнеца, пытаясь разглядеть не Даксоса, а Джека. Она взяла Иден за руку и позволила ей увести себя в бордель. Разговор с Джеком будет долгим, но он может подождать, потому что Торн не терпелось увидеть Джейми и полностью излечить свою семью.

Племянник находился в еще худшем состоянии, чем его мать. Когда Торн подбежала к его постели, он был совершенно бледен и почти не приходил в сознание.

– Что с ним случилось?! – взволнованно воскликнула Торн, опустившись на колени рядом с Джейми и вцепившись в руку мальчишки.

Иден присела на краешек кровати.

– Он снова простудился, – с беспокойством в тоне признала она. – Я надеялась, что недавняя теплая погода поможет, но… что ж, у меня все еще остается надежда, правда?

– Я могу сделать кое-что получше.

Пауза.

– Торн? О чем ты говоришь?