У нее даже меток Матери-Магии не было.
— Господин… — из теней в проулке вперед вышла одна, приобретая очертания фигуры с черно-белой маской на лице.
— Передайте Малиции, что я иду её убивать, — небрежно бросил я, затягиваясь сигаретой, — Сейчас.
— Слушаюсь, господин, — поклонившись, фигура растаяла, сделав шаг назад.
Проклятие внутри хищно шевельнулось, но не более того. Я сказал то, что имел в виду. Убив одну из легенд этого города, я теперь шел за другой.
Нет времени ни на что. Я бы с куда большим удовольствием посидел бы в баре, а то и вновь метнулся в Преисподню, чтобы навестить девчонок, но, увы и ах, дела не ждут. Титаны Срединных миров плетут козни и интриги, торгуясь за знания в моей голове, под землей люди самого ужасного из миров помогают древнему злу воплотить свой замысел, клятвы и проклятия клубятся внутри моего тела. Какая уж тут кружка пива. Еле-еле успеваю скрытно работать когтями, вычерчивая знаки на своей собственной плоти.
«Хочешь победить систему? Контролируй собственную предсказуемость и не забывай контролировать чужую».
Третий урок моего учителя.
Старина Зиггерд сильно отличается от наших сородичей. Он, конечно, полностью равнодушный холодный говнюк, как и большинство из нас, но база у него была немного другая. До того, как его обратили в вампира, старый хрыч имел жизнь, полную приключений и уроков, обзаведясь по ходу принципами и моральными установками, что помогают ему не сломаться. Тот еще тип, уверяю вас, но старается наплодить побольше говнюков, для которых кровь и сила будут не самым главным в этом безрадостном существовании.
Он умел учить главному. Если тебе незачем жить — ты не живешь. Всё, точка. С его точки зрения, невозможно было жить, чтобы жрать, спать и сношаться, закрывая свои потребности. Это мотивация животного, не осознающего своего места в мире и отказывающегося видеть последствия. Кстати, все десять эльфийских миров как раз подходили под эту философию «не-живых». Очень любопытно, кстати. Эльфы для нас самый желанный корм, если не считать фей…
Размышляя, мечтают ли вампиры о эльфийских мирах, я сам не заметил, как оказался перед логовом безумного Архивариуса. Приличная женщина бы созвала свою армию черно-белых слуг, но на скромного меня расщедрилась лишь вышедшей продавщицей книг, молоденькой девушкой, которая, скромно сложив ручки, кланялась, всем своим видом предлагая — проходите, господин, госпожа готова умереть от вашей руки.
Выкинув окурок в урну, я воспользовался приглашением. Лифт меня уже ждал.
Время схватки, в которой у одного из участников совершенно нулевые шансы.
///
«Если ты спишь с вампиром, то однажды проснешься укушенной».
Даже сейчас, посреди безобразной драки в лифте, эта мысль не давала Эмме покоя. Нападать на полудемона, желая обезвредить его до того, как он призовёт свою инфернальную магию? Хорошая тактика, но только для тех, кто отдает себе отчет в том, что у обольстительной женщины, такой хрупкой на вид,
Ах да, еще сила.
И ловкость.
И безжалостность одного из родителей.
Два мощных крыла слаженно бьют назад, пока хвост разит в глаз третьего полуэльфа, действуя без всякой жалости. Этим задним везет, потому что руки Эммы Старри, увенчанные когтями, способными конкурировать с вампирскими, пробивают глотки тем, кто попытался навалиться спереди. Подшаг, удар коленом, два полосующих взмаха, едва не обезглавливающие жертв, резкий разворот с одновременным приседанием на колено, позволяющий крыльям разбросать целых и раненных противников, затем снова в ход идут когти. Просто, быстро, убийственно.
Эмме некогда. Она думает.
Она боится.
Там, где раньше всё было предельно просто и понятно, пляшут тени. Среди них одна, самая зловещая и непонятная. Долговязый ехидный слабак в бежевом плаще, с невыносимо наглой зубастой усмешкой. Конрад Арвистер. Тип, который час назад ушел убивать Малицию, Богиню Безумия. Женщину, которую боится весь, без исключения, Магнум Мундус. Свою любовницу.
До этого он на её, Эммы, глазах, убил еще одну. Далеко не простую смертную. Очень далеко. Пусть без своей наглой усмешки, но убил, хладнокровно и расчетливо.
Раньше такая мысль не могла даже заглянуть в голову полудемонице, предельно уверенному в себе созданию. Теперь же она принесла тапки, халат и зубную щетку, налила себе бокал вина и расположилась на диване.
Грр!
Стряхнув с когтей кровь одним резким привычным движением, Эмма двинулась сквозь разверстые двери лифта в коридор одного из самых непопулярных зданий города. За её спиной двери сомкнулись, закрывая полную трупов кабину.
Тюрьма Магнум Мундуса была бы самым жалким местом в Срединных мирах, ибо тут бы тогда сидели только те, кого сочли совершенно бесполезными для хоть какого-то употребления. Тем не менее, большая часть камер не пустовала, здесь мотали свой срок молоденькие неудачницы, пошедшие на нарушение закона из-за нужды или под какой-нибудь химией. С ними эльфы хоть и не церемонились, но соблюдали определенный порядок действий — у каждой был выбор находиться за решеткой… либо согласиться на то, что поступит от разумного, способного её освободить.
Тем не менее, тюрьмой это место считаться не могло, скорее огромным полицейским участком, имеющим несколько сотен камер для задержанных. Стражи порядка в Магнум Мундусе тоже себя не перетруждали, с чего бы? У каждого клана есть своя небольшая армия агентов, поддерживающих порядок на своей территории, так что всего дел — ловить хулиганящих девок, да выброшенных на улицу полукровок, опустившихся до воровства. Один важный нюанс, правда, присутствовал — полиция города считалась независимым объединением, отвечающим только перед Советом. Только.
— Блюститель Эмма Старри! — отчеканила полудемоница, буквально врываясь в кабинет начальника полиции, — Я объявляю чрезвычайное положение в городе и беру под своё начало силы правопорядка!
За её спиной виднелись осевшие фигуры нескольких полукровок, одетых в полицейскую форму, и обоих секретарей шефа полиции. Последний, привстав со своего роскошного кресла, уже открывал рот, чтобы сказать нечто неприятное, но его ошибка была в том, что он выдвинулся вперед, наклонясь над столешницей. Это позволило женщине схватить эльфа за горло и подтащить к себе, подвесив в воздухе прямо напротив собственных глаз.
— Экзистенциальная угроза Срединным Мирам, шеф, — нервно и зло улыбнулась она, — У вас в городе Блюститель-ренегат с оружием массового поражения. В данный момент он занят тем, что убивает Архивариуса. Либо вы будете сотрудничать, либо я вас убью. Вы не стоите более пяти секунд времени сейчас. Начинаю отсчет. Пять… четыре… три…
Он все-таки успел мелко закивать, после чего был сброшен на пол, а Эмма приступила к отдаче приказов своему первому подчиненному. Те, что накладывали на них заклинания, не догадались включить в татуировки Старри условие о непричинении вреда Арвистеру. Этим нужно было воспользоваться.
Поставить на уши Магнум Мундус.
Через пять минут заместитель начальника Управления Омниполиса приступила к своему наспех слепленному плану, собираясь дать жизнь настоящему водовороту паники и хаоса. Она, без всякого смущения узурпируя любую службу города, до которой могла добраться, тут же подключала всё новых и новых разумных к поиску Арвистера. Выпустив из здания всех, кто не был ей необходим на рабочих местах, она включила полную изоляцию тюрьмы, став тем самым неприкасаемой ни для кого.
И продолжила свою деятельность, полностью реализуя весь свой потенциал организатора и оперативника. Тысячи людей и магических конструктов срывались со своих мест, отправляясь искать преступника, угрожающего существованию всего. С каждой минутой, проведенной в кабинете начальника полиции, Эмма Старри всё сильнее и сильнее узурпировала власть над городом.
Это не могло пройти бесследно. Древние бессмертные, сидящие на самых верхах, могли просчитать и не такое развитие событий, но сейчас все они оказались застигнутыми врасплох. Даже те, кто уже был в курсе маленького секрета, так «неосторожно» сообщенного вампиром своей спутнице, все равно не могли уже ничего поделать с начиненным паникой варевом, которая заварила Эмма Старри.
Зато они могли с ней связаться.
— Госпожа заместитель… — процедил с поверхности волшебного зеркала Советник Адамас, — Чего вы добиваетесь?
— Помимо поимки и нейтрализации Арвистера? — не стала играть чересчур занятая Старри, которой приходилось по ряду других зеркал контролировать и направлять своих новых подчиненных, — Только очевидного. Мне нужны мои подчиненные, Советник. Целые, невредимые, нагруженные компенсацией за все понесенные ими неудобства.
— Это ультиматум? — осведомился бледный почти до серости эльф.
— Нет, — глаза полудемоницы вспыхнули кратко черным пламенем, — Это обещание. Конрад Арвистер действует предельно эффективно, когда контролирует ситуацию. Я собираюсь вывести весь Магнум Мундус из любой возможной парадигмы контроля. Тогда он превратится просто в слабого сообразительного вампира…
— А сколько мы потом будем восстанавливать город⁈ — нервно дёрнул щекой еще не отошедший от прошлого разговора эльф.