И вообще, зачем иметь клады с золотом, когда у меня есть доступ к произведениям гениев, которые не видел свет? Да за них в Нижнем мире душу продадут, хе-хе! Так, стоп, об этом думать нельзя. Чистота души, Конрад. Блюди её. И не думай о Виолике, которую сегодня как раз потащат на Аллею Звезд. Незачем.

— Король однажды, король всегда, да, Арвистер? — скривив губы, спросила меня медленно поднимающаяся полудемоница, — Всегда решаешь всё сам?

— Никогда не мог, — печально улыбнулся я, подходя к ней и кладя ладони на талию, — Но как-то удерживался.

Это, наверное, был самый странный поцелуй на свете. В нем не было ничего. Ни огня, ни страсти, ни тоски, ни любви, ни ностальгии, ни формальности, ни страха, ни чего бы то ни было еще. Особенно в нём не было лжи. Просто два целующихся разумных. Почему они это делают? Потому что давно не целовались, быть может? А кому какая разница, спросите вы? Это же не просто разумные, а два древних монстра, которые давно уже не живут, как нормальные люди, а скучающе играют в существование, для которого ни один из них не был предназначен. Один топит себя в суете, другая сочинила для себя фальшивую лестницу в небо, чьи ступеньки давно уже растаяли, превратившись в воздух. Почему бы в таком случае не поцеловаться? Время, место, обстоятельства, даже диалог, что состоялся до этого момента — великолепные противоречивые предпосылки.

Осталось только одно. Мы целовались. Или я целовал абсолютно ошарашенную, опустошенную, вымотанную и дезориентированную женщину, застрявшую посреди нигде во время войны, которой она пыталась избежать?

Нет никакой разницы. Лишь маленькое приятное разнообразие, которое заканчивается чудовищной пощечиной, от которой я, кувыркаясь, лечу к стене, чтобы стечь по последней на пол.

— Черно-белая дрянь окончательно тебе мозги свернула, гад? Приходи в себя! — рычит Старри, а затем, почти без паузы осведомляется, — Что делаем дальше?

— Нас ждут в Центральном Шпиле, — хрипнул я, эволюционируя в прямоходящего с помощью той же стены, — Слышу зов. Но туда не добраться по улицам. Мне нужно, чтобы ты меня подкинула.

Ты огорошил женщину, раздавил остатки её самообладания, признался в одном из самых страшных преступлений (которые творил на чистом альтруизме!), затем поцеловал, а теперь хочешь, чтобы она поработала тягловой лошадью (летающей). Вопрос Конраду Арвистеру!

— У тебя совесть есть? — как-то совсем по-человечески, даже по-русски, поинтересовалась Старри.

— Там Король, некромант и сотня вампиров, дорогая. Как ты думаешь?

— Там еще и Меч, Конрад. Я очень хочу использовать его на тебе. Помни это.

— Думаю, справятся и без тебя. Обнимашки?

— Нет уж, я тебя понесу за шиворот, как паршивую собаку. Ей ты, по сути, и являешься.

— Нет уж, давай хотя бы за подмышки. Я не уверен в своем плаще.

— О, теперь ты точно полетишь, как паршивая собака!

Полет наш должен был быть чрезвычайно коротким, всего на какую-то сотню метров вверх по стволу дерева, а там Старри вполне могла сделать передышку… но женщина решила, что с неприятными обязанностями нужно разобраться как можно быстрее. Она полетела по диагонали, забыв, что я гораздо тяжелее, чем она может себе позволить. В результате передышка случилась раньше отмеченного срока и места, причем я, держась когтями за кору дерева, повреждать которую было преступлением против всех Срединных миров, удерживал абсолютно выдохшуюся полудемоницу, хватающую ртом воздух.

Нужно ли говорить, что ей не понравилось, когда я, обвязав её хвост вокруг собственной талии, полез выше, таща за собой бывшую начальницу Управления как мешок с руганью? Крылатый мешок.

— К-конрад!

— Если будешь молчать о моей маленькой шалости, то я об этом никому не расскажу! — пыхтел я, таща женщину, висящую в крайне нелепой позе.

— Я убью тебя. Я совершенно точно тебя убью! — в тоне Старри прорезались слегка плаксивые нотки, — Это невозможно!

А потом они удивляются, почему это я предпочитаю работать один. Хорошо было со стариной Зого, он, конечно, был тем еще принципиальным служакой, но не видел дальше своего короткого носа, никогда. Да и вообще был кладезем недостатков настолько, что его пару раз даже пытались убить. Не то чтобы я дорожил орком, всё-таки сорок лет — это слишком мало, чтобы привыкнуть к разумному, но он был настолько удобным, что я работал его нянькой до самой пенсии…

— Так вот почему он до неё дожил! Сукин ты сын, Арвистер!

— Ох извините, что порушил вашу невинную веру в меня… — злобно бурчал я, продолжая зарабатывать себе сожжения, расстрелы, разрывание дикими животными и прочие виды казни, которые эльфы применяют к нарушителям законов, — … госпожа заместитель. Сколько гадостей вы мне устраивали на пустом месте. Проверок этих, досмотров, подсыльных агентов. Гарру даже перекупила как-то. А ведь у меня были планы на эту собаку!

— Старый ты расист, давай уже залезай на ветвь! — натурально взвыла женщина, — Я не хочу, чтобы меня кто-то увидел!

— Вот так всегда. Сначала ставит нас в трудное положение, а потом требует, чтобы я из него нас вытащил. Ты как Управление в миниатюре, Старри. Зачем мне жена? У меня, считай, уже есть две.

— Да ты половину Омниполиса переимел, скотина! И это я не считаю сотен гоблинш!

— Только половину? Хм, есть зачем жить дальше…

— Кстати объясни! — внезапно переобулась висящая задом вверх заместитель начальника Управления, — Зачем гоблинши? Почему гоблинши? Что у тебя за фетиш такой⁈

— В смысле фетиш? — вопрос оказался не понят, а очередная ветвь пропущена задумавшимся мной, — Маленькие веселые малышки, с которыми легко и которые могут возбудиться даже при виде пальца? Это не фетиш, это прагматизм. Фетиш был, если бы я еще и орчанок с тролльшами…

— И тебе, бывшему королю, этого было достаточно⁈ — продолжала играть Старри простую женщину, — Серьезно? Сисястая коротышка, готовая принять любую позу — и все? С Печального Короля слетают штаны?

— …

— Ну⁈

— Четырнадцать шагов, Эмма.

— Что «четырнадцать шагов»?!!

— Именно столько шагов я сделал, когда проходил твою секретную комнату с нижним бельем…

— ЧТО?!! КАК?!!

— Мне надо спрятаться, естественно. Ты что, думаешь, я сунулся бы в это разноцветное царство по доброй воле? Кстати, как ты их стираешь? Вызываешь грузовик или что-то типа того?

— Какого дьявола ты делал в моей квартире, Арвистер?!?

— Прятался, я же говорю. От тебя.

— ЧТО?!!

— Ты слишком рано пришла домой, Эмма. Тебе надо поработать над своей пунктуальностью…

— Конрад Арвистер, твою мать, ЧТО ты делал в моей квартире⁈

— Забирал души, конечно же. Ты что, думала, что я их храню у себя на кухне?

— …

— Ну нельзя же использовать настолько большую комнату только для коллекции нижнего белья?

— … я убью тебя, как только ты освободишь мой хвост. Точно убью.

— Тихо, мы почти приползли на нужную ветку. Давай разберемся с этой ситуацией, а потом убивай, сколько влезет.

Глава 15 Пир нежити

Глава 15

Пир нежити

Каждый магический практик, если не совсем ушиблен головой, хоть немного исследователь и ученый. Эта жалкая частичка во мне сейчас трепетала от любопытства, жадно вбирая в себя чрезвычайно редкое для большинства смертных зрелище — зал, полный вампиров. Отнюдь не простых, а самых могущественных, способных, умных и умелых Блюстителей.

Некротической энергии в зале было столько, что окажись тут простой человек –его энергии тела и души оказались бы разорваны в клочья и растащены, притягиваясь к вечно голодным организмам вампиров также, как планеты захватывают своим притяжением астероиды. Мощь? Сила нескольких армий? Магия, способная иссушать города? Нет, ничего подобного. Просто тяжелый дух Смерти, Жажды и Апатии.

Во взглядах, провожающих меня, шагающего к высокому креслу, ждущему у другого конца зала, не было злости, ненависти или каких-либо других чувств. В отличие от большинства моих сородичей, этих не волновали такие мелочи, как собрат-мутант, настолько слабый, что почти ничем не отличается от человека. Меня же, в свою очередь, волновала совершенно другая мысль: никто, включая сидящего в кресле Короля, удерживающего в одной руке нелепый дурацкий клинок с двумя лезвиями, не был под контролем неподвижно стоящего за спинкой кресла немертвого мага, откинувшего капюшон.

Под капюшоном был голый череп, чьи глаза, горящие знакомым оранжевым пламенем, не отрывались от меня. Страшно, но сейчас это отнюдь не главное. Сначала церемонии.

— Ваше Величество, — не доходя положенного расстояния, я опустился на одно колено, склоняя голову и замирая в такой позе.

Долго меня в ней не продержали.

— Конрад, поднимись, — глубокий голос Короля резонировал в этом зале, каким-то образом превращая веселую эльфийскую позолоту в блестящий мрак Черного дворца. Не в прямом смысле, конечно же.

Я поднялся, встречаясь взглядом со своим повелителем. Нормальный такой мужик, наш Король, ничего не могу сказать. Внешность, конечно, слегка более слащавая по сравнению с моей, выглядит юным повелителем тьмы, прямо хоть фотку в женские мастурбационные кабинки вешай, но характер отменный. Сложный, конечно, не каждому дано править сонмом кровожадных чудовищ, чье единственное развлечение в накоплении силы и утолении Жажды, но, как понимаете, сложности — это часть жизнь. Любовь к черным одеяниям и украшениям из вампирического железа — оттуда же. Ноблесс облайж, господа.