Ответила молодая княгиня, и её ответ нас уничтожил.

— Чтобы понять, что произошло, нужно было именно так, спонтанно встретиться с мальчиком и посмотреть прошлое, был бы у меня СОТОВЫЙ, несомненно, я бы вам позвонила и предупредила, но у вас его тоже нет!

Я уронила ложечку. Тёма вытаращил глаза и замер, а граф машинально схватил мою руку. И только Вера на серьёзном глазу, вдруг заявляет:

— У маминого батарейка села, а мне вы позвонить можете… Сказать вам номер, дорогая принцесса?

Упс…

Глава 27

Глава 27

Сцена из немого кино, когда внезапно обманщиков выводят на чистую воду, причём публично.

Ульяна Павловна всё про меня поняла в момент, когда взяла за руки. Ей и серьги не нужны, и ногти мои не важны.

Мы переглянулись с графом, как преступники, пойманные с поличным. Но хуже всех сейчас Артёму, он вдруг опустил голову и густо покраснел, ощущает свою вину за магию?

— Так! Значит, мне не показалось! — довольно спокойно, но строго канцлер произнёс обличительную фразу с подвохом. Не договаривает, ждёт, когда мы выдадим себя уже словами, а не только уликами.

Продолжаю молчать. А Вероника, поджав губки, переводит взгляд с одного взрослого на следующего, удивляясь затянувшемуся молчанию, почему никто не спросил её номер телефона.

— Простите, позвольте детям пойти в детскую, и мы постараемся объясниться в этом недоразумении, — Матвей Сергеевич, не дожидаясь позволения князя, сам встал, неожиданно поднял на руки Веронику, а Тёме протянул руку и как заботливый отец, осторожно вывел детей, приговаривая, что всё хорошо и взрослым нужно поговорить на серьёзные темы. А потом мы все вместе прокатимся на карете.

И ушли…

А я осталась. Так и сижу молча, даже не представляя, что говорить в своё оправдание, друзья они нам или изощрённые враги?

Ульяна улыбнулась, быстро взглянула на мужа говорящим взглядом, мол, не пугай людей, я сама, и, повернувшись ко мне, улыбнулась:

— Вы попаданка? — вопрос оказался в лоб.

— В каком смысле? — я понимаю, что неприлично отвечать вопросом, всё же попыталась увернуться от прямых обвинений.

— Из другого мира или времени сюда попадают люди, как правило, после смерти оживают в других телах. Сознание, разум совершенно другие, память. Но тело…

Продолжаю изображать из себя непонимашку, у Вероники научилась.

Ульяна вновь улыбнулась и мельком взглянула на серьги, я бы их сейчас сняла, но вынуждена под столом прятать ногти с акриловым лаком.

— Что удивительно, вы попали сюда без ужасного перерождения. Это тело и ваша дочь, вы живые попали в наш мир.

— Это преступление? Существует какой-то таможенный кодекс на этот счёт? Я должна просидеть в карантине? — понимаю, что меня раскусили, отпираться смысла нет. Потому тоже иду в некоторое подобие атаки. Моська тявкает на львов, вот как это выглядит.

В этот момент вернулся граф и сел на своё место, внимательно смотрит на меня, потом на Ульяну.

На этот раз к допросу подключился сам канцлер.

— Ничего из того, что вы перечислили в этом мире нет. Магии в вас тоже нет, возможно, самая малость. Мы лишь хотим понять, что произошло.

Я выдохнула и вдруг вспомнила ту гипотезу, какую как-то выдала Тёме. Эта идея мне показалась отличной.

— Я учитель, окончила университет физмат, физика, математика, геометрия — мои дисциплины. Могла бы заниматься научной работой, если бы не семейные обстоятельства, — на этих словах канцлер многозначительно посмотрел на графа, а тот не без гордости улыбнулся. Но я продолжила. — Есть такие явления, какие остаются пока необъяснимы, например, как магия в вашем мире. Подозреваю, что здесь у людей более развита связь с энергией планеты. Но пока суть не в этом. Мы с дочерью оказались в таком месте, какое фантасты иногда называют «разлом» грань между мирами стёрта. Мы вышли из автобуса на остановке, сделали несколько шагов и оказались в вашем мире. Совершили переход, сами того не подозревая. Никто не виновен в этом инциденте. Произошло это вечером, мы не сразу заметили смену, потому потеряли всякую возможность вернуться. Прошли по дороге, увидели огни поместья и вышли к людям. Такие же напуганные обстоятельством, как и сейчас этим допросом.

И снова тишина, кажется, наши гости задумались о моей версии событий. Но быстро спохватившись, князь Разумовский очень серьёзно посмотрел на меня и ответил.

— Это не допрос, скорее беседа. Вы удивительное явление для нашего мира, и ваши познания – неоценимый кладезь информации, какой нам очень не хватает. В магическом мире к науке относятся снисходительно, но мы понимаем, насколько это опрометчиво. Благодарю за искренность и правду. Однако над семьёй Матвея Сергеевича сгустились тучи. Не простые тучи, а таящие в себе ужасную опасность, и право, не знаю, как вам предложить, более надёжное убежище и научный труд. Пока мы сможем решить проблемы с трибуналом.

— Об этом не может быть и речи. Я не оставлю Тёму ни при каких обстоятельствах. Особенно сейчас, — мой протест получился слишком рьяным, словно меня силой хотят забрать.

Матвей Сергеевич так посмотрел на меня, словно я ему сейчас ответила «Да» на предложение. И снова пауза, которую решился нарушить граф.

— У Анны и Вероники нет никаких прав находится в этом мире. Как они с дочерью попали в этот мир, вопрос странный и открытый, но им очень нужны документы. Проблема в том, что мои адвокаты очень хороши, но я не решился отдавать им это дело. Не хочу подвергать огласке историю. Поверенный в делах сейчас пытается найти способ, но боюсь, он не совсем законный. И получится ещё хуже.

— Я смогу это устроить. Напишите свои данные, в министерстве юстиции, есть отдельный небольшой департамент защиты потерпевших, свидетелей и иностранных граждан, подвергшихся гонениям. Ваши документы будут готовы через три дня, сударыня. Но развейте моё любопытство, покажите этот предмет, о котором говорила Ульяна Павловна.

— Сотовый? Батарейки уже садятся, но я принесу и заодно напишу вам данные.

Быстро встаю и сбегаю в комнату к детям. На самом деле, больше всего боюсь за Тёму, он сейчас накрутит себе чувства вины.

— Мои хорошие, нас ни в чём не обвиняют, наоборот, хотят помочь, — стоило мне войти, заметила напряжённое личико юного князя. Вероника сидит рядом и держит друга за руку.

— Правда?

— Да, я сказала реальную версию событий. Что мы вышли из автобуса и случайно перешагнули в разлом между мирами. Увидели ваше поместье и попросились на ночлег. Никого из нас ни в чём не обвиняют. Сейчас напишу наши данные ещё раз, и через три дня сам канцлер сделает нам документы. Это же хорошо. Я на законных основаниях смогу остаться с вами.

— Ох! Я очень испугался.

Тёма помог мне с листами бумаги и чернильницей. Но я сначала достала два телефона из комода. Попыталась их включить, особо не надеясь, и Тёма вдруг предложил:

— Я понимаю, как работает энергия в батарее. Мы с вами эту тему обсуждали на занятии. Могу попробовать зарядить.

Молча протягиваю мальчику два телефона и сажусь писать свои данные.

— Написала, пойду, отнесу. А телефоны как себя чувствуют? — не особо веря в успех, взглянул на сотовый и замерла, он включён и заряд на сорока процентах.

— Очуметь! Да ты ходячая электростанция. Они работают! О боже! Вот это ты меня удивил. Я покажу им телефон, а вот этот сильно не перезаряжай, чтобы не испортить, можете поиграть, Вера тебе покажет.

Отдала детям небольшой розовый смартфон дочери и поспешила вниз, добивать технологиями высокопоставленных гостей.

Глава 28.

Глава 28.

Чувствую очень неприятное напряжение в гостиной, гости сообщили какие-то неприятные новости? Магии у меня нет, но интуиция развита.

Граф стоит у стола, слегка опустив голову, руки заложены за спину, как обычно, пожилые мужчины в парках прогуливались до появления моды на скандинавские палки. Вид у него как у побитого пса.

За нас ему попало?

— Что случилось? — спрашиваю и не спешу показывать телефон.

Матвей Сергеевич поднял голову и посмотрел на меня так, что снова стало не по себе, значит, всё-таки что-то ещё случилось.

Но за графа ответил сам канцлер:

— Барон Витте найден мёртвым в своём дворе, наши следователи опоздали на несколько минут. Убийство магическое. Это говорит о том, что враг силён и опасен. Мы ожидали нечто подобное, но увы, нет хоть сколько ни будь реальной зацепки за кого-то из подозреваемых. То, с каким усердием Арнольд Юрьевич схватился за дело Вяземских, наталкивает на мысль, что его убили именно по этой причине. Думаю, что он знал убийц семьи юного князя.

— Этот Витте отправил убийц в поместье. Но слуги отбились. Тело преступника ночью унесли свои же, подробности инцидента написала в записке наша экономка. Вот единственная улика, пуговица с камзола нападавшего.

Граф протянул пуговицу, завёрнутую в бумагу князю Разумовскому.

У нас теперь нет иного способа выжить, кроме как довериться канцлеру. Приходится раскрывать все карты.

Ульяна Павловна, всё это время молчавшая, зачем-то помешала ложечкой остывший чай и предложила:

— Может быть, вам, Анна Ивановна, переехать к нам с детьми. Думаю, что в дом канцлера не посмеют проникнуть враги. И дело довольно быстро разрешится.

Матвей Сергеевич сразу ответил отказом.

— Вы обещали нам охрану, пусть дети останутся в моём доме. Слухи об отравлении князя Орлова, к огромному сожалению, говорят об обратном. Никто сейчас не может гарантировать безопасности, даже в царском дворце могут быть предатели. Я не могу отпустить мою семью, — так и сказал «мою семью».