Несколько раз встряхнул серебряный колокольчик с надписью «Валдай» и приказал срочно заложить карету.

— Пора потребовать от Витте объяснений. Какую игру он затеял? Не кресло ли сенатора цена этой игры? Вот подлец исподтишка лишил меня поддержки предпринимательской гильдии.

Через полчаса дорогой экипаж барона Соловьёва притормозил у парадного крыльца особняка Витте. Лев Фадеевич вышел и очень удивился необычной сутолоке у дома.

— А что произошло? — поинтересовался у человека в чёрной шинели без опознавательных знаков, это явно сыщик или кто-то из министерства юстиции.

— Не смею говорить подробности, но барон найден мёртвым.

— Убит? — на выдохе прошептал Лев Фадеевич.

— Откуда такие тревожные предположения, ваше высокоблагородие? — сыщик спешил, но остановился.

— Так он во цвете сил, бодрый мужчина, деятельный. И как его жена? Могу я её навестить? — Соловьёв протёр платком испарину на лбу, волнение захлестнуло так, что самому бы капель выпить.

— Сожалею, Лариса Ивановна совсем плоха, это событие и её жизнь поставило под удар. Но врачи предполагают, что смерть барона естественная. В некрологе всё будет изложено.

— Да, да! Не буду мешать, поеду в клуб, — отрешённо отчитался, хотя и не обязан.

Быстрее скрылся в карете, к ним уже подбежали репортёры и пытались расслышать последние новости, хоть что-то, не приведи бог попасть на первые страницы в свете этой новости.

У Соловьёва не осталось ни единого сомнения, что все эти события взаимосвязаны, все, кто имеет отношение к делу князей Вяземских – страдают.

— Витте явно был замешан в этом деле. Может быть, его предупреждение и имело под собой благое намерение, — махнул рукой и решил не думать об этом. Пока в памяти не припомнились некоторые странные события годичной давности…

Лев Фадеевич Соловьёв впервые за многие годы серьёзно испугался. Иллюзия защитного купола, какое дают кресло сенатора, деньги, неплохое здоровье и устойчивое положение в обществе дала трещину.

А как всё хорошо складывалось, даже удалось избежать «связи» дочери с родственником опального князя Вяземского. А тут внезапная смерть старого приятеля Витте.

И посоветоваться-то не с кем.

— У меня было с ним несколько общих дел, но ничего провокационного, ничего эдакого… Да, нет! Ничего же…

И тут Лев Фадеевич вспомнил пару «дел», связанных с департаментом, в каком он служит. Царская Почтовая служба, если по старинке, в частности, его элитный отдел отвечает за конфиденциальные переписки, в его ведении самые лучшие посыльные, курьеры, для этого департамента всегда есть свежие кони на каждом Яру, и этих животных никто не посмеет взять или перекупить, даже царская семья.

В животе взволнованного барона неприятно заурчало.

Сознание ещё не оформило паническую мысль в логическую цепочку, а тело успело вздрогнуть, сжаться и…

Пришлось тормозить карету у первого попавшегося трактира и бежать в сортир. Паника накрывала трижды. Холодным потом, тошнотой и всеми конфузными проявлениями, какие не красят здорового мужчину.

— Господин, беленькой принести, снимет хворь отравления-то? Вот, мать честна. Прихватило-то вас, как! — крикнул через двери обеспокоенный кучер.

— Сейчас отпустит! Вели сделать горячего чая с мятой и туда коньячку накапать. Сейчас выйду.

— Слушаюсь! Конечно!

Через минут десять волна паники улеглась.

Несчастный Соловьёв выполз из сортира, упал на скамью под раскидистой яблоней и задумался.

От Витте и его пособников, коих иначе и не назвать, было всего несколько просьб. Самые странные почти год назад, на излёте весны. Первая даже не просьба, а вопрос, по каким дням следуют дипломатическая и военная курьерские службы с юга. И предлог-то был простой, добавить записочку и жалование, мол, у Витте на попечительстве сынок одного военного, и вот папаша хотел скорее денег мальчонке прислать, чтобы летом поступить в университет. Благое же дело.

И Лев Фадеевич сжалился, назвал дату отправки своей курьерской миссии. И с этой отправкой случился конфуз, они заплутали в степях на целые сутки. Заблудились, мыслимое ли дело, опытному ямщику с небольшим отрядом казаков – заблудится? Что произошло, они даже не помнят, или договорились молчать, дело закрыто сомой Тайной канцелярией. Узнать, что на самом деле случилось можно, только снова допросив ямщика или курьера.

Бумаги вроде все целые, никто из адресатов не пенял на пропажи.

А после ещё одна просьба. Срочно отправить домой семейную реликвию, после смерти некоего генерала, также дочери и жене, а может, и матери.

Но в рапорте сопровождающий написал, что всю дорогу у них болела голова, было ощущение тревоги и дурноты, словно везли они нечто магическое.

— Витте использовал меня вслепую! Я как идиот помог ему и его подельникам совершить преступления, и теперь он сдох, а я тоже свидетель. Даже не свидетель, а пособник.

Новый приступ тошноты покатил к горлу, в висках барабанная дробь, прохладный ветерок обдувает, а дышать нет никакой возможности.

Через силу сделал несколько глотков спасительного чая, кто-то перестарался с добавлением капель коньячных. Но вдруг отлегло, жаром прокатилась по телу волна: «Беги, спасайся!»

— В департамент срочно отвези меня. Да лучше мне, лучше! Если плохо станет, стукну!

— Слушаюсь!

Через полчаса Лев Фадеевич доехал до своего почтового департамента, где служил более двадцати лет, а последнее время получил долгожданное кресло сенатора, однако пост председателя не оставил.

Поднялся в кабинет, сразу же вызвал секретаря, и чтобы не создать никаких подозрений, приказал принести из архива несколько папок за прошлый год.

— О, это не быстро! Может быть, завтра всё подготовлю и подам вам с пояснениями!

— Я уволю тебя прямо сию секунду за нерасторопность! Через полчаса все три папки должны быть у меня на столе. Не сметь вскрывать! Время пошло! — прогремел басом, аки лев. И секретаря, как ветром сдуло.

Менее чем через пятнадцать минут на столе председателя появились три внушительных папки с отчётами, актами и квитанциями от отправителей и получателей. Для ценной переписки каждый клочок бумаги – представляет огромную ценность.

Первую папку отложил, даже не вскрывая, её потребовал для конспирации.

Вторая папка с донесением о странном магическом предмете, какой передали курьеру в последний момент перед отправлением. И место отправления находится на Кавказе, штаб гарнизона. Имя отправителя: «Торок В.И.».

Имя получателя: «Витте А.Ю.»

Описание предмета: напоминает книгу в футляре из дерева дорогих пород. Завёрнутую в несколько слоёв бумаги, но перед приёмом, курьер убедился, что этот предмет не опасен, не взрывоопасен. Посему и записал как есть.

— Значит, книга магическая, ну, допустим, это действительно частным образом отправленная личная вещь, но весьма ценная. Здесь особо придраться не к чему.

Успокоил себя, но описание и корешки квитанций предпочёл порвать и сжечь на специальном подносе.

Пролистал папку и, убедившись, что ничего криминального нет, открыл следующую.

Здесь пришлось повозиться. Многие документы Тайная канцелярия запрашивала в связи с донесением, что курьеры на сутки пропадали.

— Когда же это случилось? Так, вот нечто похожее, копия.

Быстро пробежал взглядом по отчёту, показалось, что никакой магии и не было. Просто отряд свернул не в ту сторону вечером. Заплутали, а когда вернулись на тракт, уже много времени прошло. Такое случается. Если пейзаж однообразный и, например, погода дождливая.

Нашёл список пакета. Все типичные: отчёты, прошения, проекты, да мало ли государственных дел. Но один из пакетов зачёркнут. Не доставлен, ибо не был получен к отправлению, хотя заявлен.

— Совершенный бред! — перечитал ещё раз и побледнел. Пакет от князя Вяземского со срочным донесением канцлеру Орлову М.С. — Пакет князя волшебным образом пропал! Вяземский же по военной части, но видать что-то такое страшное вскрылось, что он не решился отправлять донесение через военную почту. Воспользовался гражданской, и донесение пропало.

Именно этот отчёт в тайную канцелярию не передали почтовые служащие, затёрли под сукно, чтобы не подставлять своих курьеров, и без того служба тяжёлая, мало смельчаков готовых месяцами колесить по дорогам, а после тяжких обвинений и последние разбегутся.

Председатель с проворностью кошки разодрал все улики, указывающие на то, что это донесение вообще могло быть отправлено. Бросил на поднос и от свечи поджёг.

Завязал все папки, как они были, и сам вынес секретарю, кинув через плечо, что ничего нужного не нашёл.

На секунду показалось, что его шее более ничего не угрожает и мало ли у Витте других «друзей», всех замучаются допрашивать. Свои связи порвал, дел нет, а прошлое быльём поросло.

Проверил свои текущие бумаги и решил, что на сегодня дел достаточно, пора домой.

Глава 33. «Битва» в ювелирной лавке

Глава 33. «Битва» в ювелирной лавке

Матвей Сергеевич посчитал плохим знаком хранить в доме кольцо после расторгнутой помолвки. Никогда не считал себя суеверным, но то, с каким рвением Анна отстранилась и заявила о себе, как о гувернантке, безо всякого намёка на близкие отношения, невольно натолкнуло на мысль, что от перстня с неприлично большим бриллиантом надо срочно избавиться.

Уезжая утром в Министерство промышленности, решил заехать в два места по семейным делам, сначала в книжную лавку и сделать заказ на комплект учебной литературы и прописей для детей семи и десяти лет. И ощутил себя этаким отцом семейства, приятная эйфория накрыла в момент, когда для ЕГО ДЕТЕЙ сам управляющий книжной лавкой на Невском проспекте, бережно обернул бумагой и обвязал упаковочной бечёвкой две стопки книг. Приговаривая, что науки и книги детям никогда лишними не бывают!