— Я могла погибнуть.
— Но не погибла, — спокойно парирует Рик. — Прими свою магию и используй.
— Как у вас всё просто. Вы что, решили, что я настолько гибкая, что выдержу всё, включая вашу загадочную тиранию?
Он останавливается и разворачивается ко мне.
— Тиранию?
— А как ещё назвать то, что вы делаете? Постоянно манипулируете, скрываете, контролируете. Даже своё настоящее имя прячете!
Рик прищуривается. Его голос становится холоднее:
— Здесь моё имя не имеет никакого значения.
— А для меня имеет. Я хочу знать, кто вы.
Конечно, он фыркает. Что ещё ему остаётся?
Не отвечает.
А потом идёт медленнее.
Ага. Задумался.
— Тебе нужна власть,— произносит Рик наконец. — Ответы. Всё сразу.
Мы останавливаемся у каменного круга.
— А вам нет? — парирую я. — Вы тоже лезете в эту бездну не просто так. Посох, договор, тайный этаж. Но в отличие от меня, у вас был выбор.
— А у тебя — нет? — в голосе звучит интерес. Или насмешка. Или и то, и другое.
— Я слишком долго жила по чужим правилам, — отвечаю хмурясь. — Пора устанавливать свои.
И будто само пространство соглашается: рядом с каменным кругом вспыхивает символ. Сложный, древний, драконий. Он медленно вращается в воздухе, излучая мягкое, почти живое тепло.
— Первое испытание… — говорит Рик, трогая руну, — проверка мысли.
— То есть…? — Я тянусь к руне, трогаю её, но рука проходит сквозь свет, не ощущая преграды. — Здесь не указано, в чём суть испытания. Ничего не понимаю.
— Ты не сможешь соврать. Ни себе, ни мне.
— Прекрасно, — закатываю глаза. — Значит, вы скоро узнаете, что я не просто упрямая. Я упрямая. И очень, очень злопамятная.
— Я это знаю, — усмехается Рик. — Но теперь ты услышишь и мои мысли. А вот готова ли ты к ним — посмотрим.
— Я готова на всё ради магии, — шагаю в круг первой.
Зелень исчезает.
***
Я вижу белое марево, лёгкие очертания камня и пылающие символы в центре круга: золотые, серебряные, бледно-зелёные.
Рик заходит следом и останавливается напротив.
Я вскидываю бровь — он отвечает почти-улыбкой. Мы стоим напротив, окружённые молчанием.
— Не ставил, — тут же отвечает Рик. — Я стараюсь меньше думать.
— Как же нам пройти это? — фыркаю я. — Если вы стараетесь не думать?
— Просто… лучше тебе не знать, что творится у меня в голове. — Рик бросает насмешливый взгляд, раскрывает сжатую ладонь, и частицы магии падают на пол. — Но плетение не пустит нас дальше, пока мы оба не скажем правду. Так что давай... Зачем ты идёшь?
— Я уже говорила, — выдыхаю.
— Считай это разминкой.
Я выпрямляю спину.
— Иду за силой. Чтобы никто никогда больше не мог мной помыкать. Я хочу вернуться в Цитадель и…
— И?
— Хочу, чтобы они смотрели иначе. — Я сжимаю кулаки, ногти врезаются в ладони. — Все, кто был на том балу…
Мой подбородок взлетает.
В этот момент над моей головой вспыхивает руна. Она дрожит в воздухе, словно отзывается на эмоцию.
Рик молчит, потом кивает.
— Я не думал, что ты столь амбициозна. — Он делает шаг ближе, голос становится ниже. — Но мне это... нравится.
Медленно мну подол платья между пальцами.
— Не амбициозна. Злопамятна.
Поднимаю взгляд.
— А вы, Рик?
— Ради себя. Чтобы проклятые чистокровки больше не могли подстрекать Совет. Чтобы корона осталась в руках Вейлов. И ради брата. Он отдал трон. Значит, я должен его удержать.
Символы над нашими головами сплетаются и, вспыхнув, разлетаются искрящимися линиями в стороны.
Отступаю на шаг.
— Значит, вы… Хелвар Каэрик Вейл. Император… — Я запинаюсь, губы не слушаются.— Я должна обращаться:
— …другое имя?
Рик чуть усмехается.
— Называй меня, как раньше. Хранитель Рик.
Он замолкает. Кажется, борется сам с собой. Но всё же спрашивает:
— Ты всё ещё хочешь… помириться с ним?
Я замираю.
— С кем?
Рик обрывает себя.
— С твоим мужем. С генералом Ретьеном… Вы ведь не развелись.