Хм. Нужно сегодня заглянуть к рабочим и уточнить, как продвигается синхронизация сердечника. Если запуск состоится без сбоев, это изменит всё — крепость будет полностью обеспечена собственной водой. А значит, скоро мы сможем не только покрывать свои нужды, но и продавать её.
Я взбираюсь в седло элементального коня. Сопровождение выстраивается позади, и мы покидаем внутренний двор. Стены крепости остаются за спиной, а впереди лежит извилистая дорога в Вольный город.
Пока мы едем, я продумываю маршрут. Сначала — архивариус: нужно успеть подать заявление на развод до того, как слухи разлетятся по городу. После него хочу заехать на новое предприятие по производству теплушек — за последние месяцы оно даёт стабильный и высокий доход, сотрудничество с Мирвином оказалось куда полезнее, чем я ожидала. И ещё нужно узнать последние новости: за событиями в Цитадели я почти не следила, раньше в этом не было нужды, но теперь придётся учитывать каждое их решение.
Дорога постепенно спускается вниз. Вдалеке уже блестят белые шпили Вольного города, сияющие под солнцем, как драгоценности.
Вскоре мы въезжаем в город через южные ворота. Пёстрая толпа шумит, но при виде нашего небольшого отряда нехотя расступается. Мы направляемся к зданию архивариата — массивному серому дому с арочными окнами и резными дверями. Там я быстренько подаю заявление на развод: несколько подписей, проверка печатей, холодный взгляд архивариуса и дело сделано. Остаётся только ждать решения Совета.
Когда выхожу из архивариата, ощущаю на себе чужой взгляд. Оборачиваюсь и замечаю у стены мужчину. Стоит ему понять, что я его вижу, и он тут же отворачивается, будто разглядывает витражи. Но ощущение слежки не уходит. Совет? Саар? Или Каэль уже в курсе моего нового положения?
***
— Простите, — я делаю шаг к нему, но он резко отшатывается и торопливо уходит.
— Лиора Аэлина, — сзади уже маячит дозорный.
Сердце бьётся быстрее. Мужчина исчезает за углом, растворяясь в шуме улиц, но ощущение чужого взгляда не уходит.
Торговцы перекрикиваются, дети гоняются за магическими сферами, забавная цветная птичка ныряет в раскрытое окно лавки пряностей. И всё же сквозь этот шум тянется тонкая, липкая нить тревоги.
— Лиора, путь свободен, — докладывает дозорный, проверяя ближайший перекрёсток.
Я киваю и делаю знак двигаться дальше, но не спешу садиться в седло. Поглядываю на угол здания, за которым скрылся незнакомец, и тихо говорю:
— Отправьте кого-то проверить переулок.
Один из моей охраны склоняет голову и исчезает в толпе. Остальные остаются при мне.
Наконец сажусь в седло. Мы сворачиваем на соседнюю улицу. Чуть ниже, за углом, находится моя «Мастерская уютных чар», где шьются новые модели теплушек.
Ветер приносит запах горячего хлеба и расплавленного воска, а звон колокольчиков на дверях лавок сливается в один сплошной перезвон. Вскоре мы оказываемся у торгового дома — высокого, угловатого, с огромными стеклянными витринами, за которыми виднеются механизмы. Изнутри доносится стрекот швейных чар и шорох ткани. Мирвин уже тут как тут, расхаживает у входа и, заметив меня, встречает низким поклоном.
Провожу в мастерской пару часов: Мирвин показывает чертежи новой модели теплушки, восторженно рассказывает о кристаллах из Четвёртого региона и обещает, что они будут держать тепло дольше прежнего. Я проверяю швы, киваю, но мысли всё время возвращаются к незнакомцу. Когда возвращается дозорный, его слова звучат тревожно: след оборвался в переулке, словно мужчина просто растворился.
Мирвин, заметив мой взгляд, спрашивает, всё ли в порядке, но я лишь отвечаю холодно:
— Продолжайте работать. Заказы важнее.
На обратном пути мне снова кажется, что за мной следят, но дозорные никого не находят. Вернувшись домой, зову капитана Восса — начальника стражи — и приказываю усилить охрану: больше людей, драконов, пост у бывшего фонтана и дополнительное сопровождение. Что-то подсказывает, что лишняя защита скоро понадобится.
Следующую неделю я почти каждый день езжу по делам в Вольный город. Заезжаю к шайрине Элианн за платьями, которые заказала ещё три месяца назад к началу сезона, и в итоге решаю взять ещё пару дорогих вариантов. Иногда захожу в небольшую чайную лавку на площади — там, среди гомона купцов, всегда можно услышать свежие слухи и последние известия из Цитадели.
Сегодня разговоры особенно тревожные. В дальнем углу трое мужчин сидят близко, почти касаясь головами, и спорят вполголоса. Их слова рвутся обрывками, но я различаю главное:
— Род Таль возродился только по личному решению императора, — один из них почти не шевелит губами. — Говорят, цена была слишком высока…
— Совет в ярости, — глухо хмыкает второй. — Шепчут, что Сильрик пошёл против их воли.
— И что теперь? — осторожно спрашивает третий.
— Слухи о перевороте, шайр… Будто его хотят сместить.
Делаю вид, что просто рассматриваю витраж на потолке, но внутри холодеет. Возрождение рода Таль стало моей защитой, моей новой опорой… а теперь оно же может обернуться против нас. От этой мысли хочется ускорить всё, что связано с водой. Рабочие обещают закончить синхронизацию сердечника к концу недели. Если всё пойдёт по плану, запуск даст крепости доступ к собственным ресурсам и укрепит наши позиции.
И пока идут работы, я продолжаю решать повседневные дела. В один из дней снова заезжаю в мастерскую, чтобы проверить, как продвигается подготовка заказов, которые должны быть отправлены в Седьмой регион. Мирвин, заметив меня, быстро подбегает и протягивает запечатанный конверт.
— Мальчишка-разносчик принёс, лиора, — говорит он вполголоса. — Сказал: это важно.
Я принимаю конверт. Печати на нём нет. Сердце неприятно сжимается, но я всё же вскрываю его прямо при Мирвине. Внутри всего лишь сложенный вдвое лист плотной серой бумаги.
На нём всего несколько слов, выведенных быстрым, уверенным почерком:
Я замираю. Этой единственной буквы хватает, чтобы понять, кто прислал записку. По спине скользит холод, дыхание сбивается. Не даю себе времени на сомнения — разворачиваюсь и иду к чёрному ходу.
21. Игры Саара
21. Игры Саара
Я выхожу в узкий переулок, этот ход обычно используют для доставки тканей и кристаллов. Здесь пахнет древесной стружкой. Между стенами теснятся горы деревянных ящиков, и на одном из них сидит Саар.
Ветер играет его золотыми волосами, бросая на лоб непослушные пряди. Длинные ноги небрежно перекрещены, поза кажется ленивой, почти позирующей, но взгляд — цепкий, внимательный, опасно изучающий, скрывающий куда больше, чем кажется.
Интересно, как долго он ждёт. И почему именно здесь.
— Милая, — произносит Саар, медленно поднимаясь. — Ты умеешь выбирать время и место для встреч.
— Сомневаюсь, что выбор был за мной, — отвечаю ровно, хотя сердце всё ещё колотится после записки. — Что за игра, многоуважаемый кнаэр? Это вы за мной следите?
Саар подходит ближе, лениво, как хищник, которому некуда торопиться. Его тень скользит по каменной стене, взгляд становится насмешливым.
— Если бы я следил, ты бы даже не заметила, Аэлина. Но на эту игру у меня совсем другие планы.
— А с чего вы решили, что я чувствую, будто за мной следят? — спрашиваю, стараясь не выдать напряжения.
— Но ты ведь пришла. А я знаю… кто за этим стоит.
— Но не скажете?
— Скажу. В другом месте.
— В чайной?
— Нет, милая, — шепчет Саар. — Нам понадобится более приватная атмосфера.
— Вот как?
— Обед в моём дворце, — его голос приобретает бархатную глубину. — Поговорим без чужих ушей. — Или ты хочешь, чтобы наши тайны обсуждали на каждом углу городской площади?
— А у нас есть тайны? — бросаю я, стараясь звучать дерзко.
— У нас будет их гораздо больше, милая. Особенно если ты признаешь, что боишься меня… хотя бы немного.
— Я вас не боюсь, — отрезаю я.
Саар медленно поднимает руку, кончиком пальца поправляя непослушную прядь у моего виска, задерживаясь чуть дольше, чем нужно. Его прикосновение едва ощутимо, но от него по спине пробегает холодок. Полгода я его не видела и надеялась, что этот рекорд продержится дольше.
— Вот и хорошо, — шепчет он, склонившись ближе, так что тёплое дыхание касается моей щеки. — Потому что страх делает тебя предсказуемой. А предсказуемость так скучна.
На последних словах к переулку плавно подкатывает големобиль с выгравированным на боку гербом кнаэра.
Саар, не теряя ни секунды, ловко распахивает дверцу, жестом приглашая меня внутрь.
— Садитесь, милая.
— А если я откажусь? — спрашиваю, перекрещивая руки.
— Тогда ты узнаешь правду от тех, кто не будет таким… деликатным. Но не жди, что я спасу тебя от последствий.
Мы меряемся взглядами. Сердце колотится так сильно, что кажется, его слышит весь переулок. Я не доверяю Саару. Умоляю себя уйти, не садиться в этот проклятый големобиль, но если этот дракон и правда знает, кто за мной следит — выбора нет.
— У тебя есть пять секунд, милая, — говорит Саар, удерживая дверцу открытой. — Поедешь со мной и услышишь правду… или останешься гадать, пока кто-то не решит, что проще убрать тебя с дороги.
Делаю вид, что колеблюсь, хотя внутри уже всё решено. Я должна знать. Пусть это риск, но другой дороги нет. Теперь у меня есть магия, и я не та беспомощная девчонка, которой была раньше. Если Саар решит перейти границы — я смогу ответить.