Осталось лишь дождаться. Немного терпения. И точного удара.

Он снова подошёл к столу, развернул карту, на которой отмечал все ключевые фигуры. Имя Сеймура, жирная точка в центре. Рядом — мелкими буквами «Арлингтон». Прокля́тый кузен, который тоже вечно оказывается не вовремя. Пусть думают, что всё идёт своим чередом.

— Пора действовать, — тихо произнёс он, и в голосе зазвенела сталь.

Он сел, взял перо и написал короткое письмо. На этот раз, другому человеку. Тому, кто не задаёт вопросов. Тому, кто не отступает. Он знал таких. Деньги решают всё.

Когда конверт был запечатан и отправлен, Эштон позволил себе медленный глоток бренди. Горький вкус обжёг язык. Он закрыл глаза и представил Аврору. В белом. С ним рядом. Слухи утихнут, и мир снова склонит голову.

Глава 62

Глава 62

Начало дня выдалось прохладным, небо затянуто тонкой дымкой, сквозь которую едва пробивались робкие лучи солнца. Казалось, всё вокруг дышит ожиданием чего-то необычного, и, признаться, я разделяла это чувство. Сегодня был тот самый день, о котором так оживлённо говорили последние дни — поездка на ипподром.

С раннего утра я вместе с Бетси занималась выбором наряда. Мы перебирали ткани, ленты и шляпки. Никогда прежде выбор одежды не казался мне таким сложным: я хотела выглядеть достойно, но сдержанно, без излишней пышности. Всё-таки траур ещё не окончен, и хотя мы позволяем себе небольшие послабления, я не имела права забывать об этом.

Я тщательно подбирала наряд для нас. Мой выбор пал на синее платье с изящной вышивкой и лёгкой накидкой. Для Эдит я выбрала нежно-голубое платье с кружевными вставками и мягкой лентой на талии. Когда я помогала Эдит поправить ленты на её шляпке с маленьким вуалевым напуском, она стояла перед зеркалом, словно в задумчивости, но глаза её были необычно светлыми, оживлёнными.

— Ты сегодня особенно красива, Эдит, — сказала я, улыбнувшись ей в отражении.

Она не ответила. Только слегка приподняла уголки губ, глядя куда-то сквозь стекло.

За последние дни в ней словно что-то изменилось. Или мне показалось? Вечер в особняке Рэдклиффов, где Генри был неизменно внимателен и приветлив, оставил в её душе след, который я, признаться, опасалась разглядеть.

— Генри был когда-нибудь женат? — тихо спросила она, и голос её прозвучал непривычно уверенно, будто вопрос этот она вынашивала не один час. — Или… У него есть невеста?

Я опустила руки, задержав взгляд на её лице, таком открытом и чистом, что сердце сжалось от тревоги.

— Нет, милая, — ответила я как можно мягче, стараясь не выдать растерянности. — Он никогда не был женат.