— Почему? — она спросила это с такой простотой, что я едва не улыбнулась.

— Видимо, не встретил ту, кого мог бы полюбить, — уклончиво сказала я. — А почему ты спрашиваешь?

Эдит отвела взгляд, и я заметила лёгкий румянец на её щеках. В её голосе не было кокетства, но была какая-то искренность, которая меня смущала.

— Он… хороший, — тихо произнесла она. — Немного одинокий.

Слова её прозвучали странно взрослым суждением, но как я ни пыталась расспросить дальше, она уходила в молчание, лишь улыбаясь своим мыслям. Я поняла одно: Генри нравится ей, и это было видно невооружённым глазом.

Тревога охватила меня. Генри — человек чести, в этом я не сомневалась, но что будет, если Эдит, с её хрупкой душой и детской доверчивостью, начнёт строить мечты? Что будет, когда он поймёт, что её простая молчаливость — не черта характера, а особенность, делающая невозможными привычные для брака роли?

Я вздохнула и, собравшись, взяла себя в руки. Ипподром ждал нас, и, как ни странно, мысль о многолюдном празднике сулила передышку от тяжёлых раздумий.

В десять утра мы были уже готовы, Генри прислал за нами экипаж, а Лоример, по поручению мужа, сопровождал нас. Лорд Сеймур ещё на рассвете уехал на встречу с иностранными гостями — государственные дела всегда стояли для него выше светских удовольствий.

Эдит сидела рядом со мной, сжимая в руках лёгкий зонтик, а я то и дело поправляла её ленты. Она выглядела удивительно нарядной: голубое платье с кружевными манжетами оттеняло медный блеск её волос. На ней была маленькая шляпка с кремовыми перьями — я настояла на этом, хотя сама надела широкополую с чёрной лентой.

— Тебе удобно, Эдит? — спросила я, когда экипаж тронулся.

Она кивнула, но губы её оставались сжатыми, словно она боялась сказать лишнее.

Мы прибыли в особняк Рэдклиффов около полудня. Генри встретил нас в холле — как всегда, приветливый, в светлом сюртуке и сером жилете, с розой в петлице. Он окинул нас внимательным взглядом, задержавшись на Эдит, но без тени вольности — одно лишь дружелюбие. Я заметила, как она смутилась под этим взглядом и чуть опустила голову.

— Экипаж готов, дорогая кузина, — сказал Генри, и мне показалось, что в его голосе слышится лёгкое веселье. — Тётушка уже ждёт.

Мы пересели в другой экипаж, где нас встретили леди Агата и Фелисити — обе в превосходном настроении. Сестра нетерпеливо постукивала веером по ладони.

— Аврора! — воскликнула она, как только увидела меня. — Наконец-то! Я думала, вы опоздаете, а это непростительно! Герцог обещал быть!

— Фелисити, мы вовремя, — мягко заметила я.