Бесстрастное выражение лица бездушного существа. Когда я в первый раз увидела Беа, я решила, что она слишком холодна и неприветлива. Но теперь-то я вижу, что такое истинная холодность.

– Если Баст не выполнит свою часть сделки, весь мир погибнет из-за тебя, – угрожает Антонелла. – Я приглашу сюда всех, кого только смогу. Ла Сомбра не устоит перед соблазном кровавого пира.

Она поворачивается к дяде.

– Уходи, – приказывает она ему, – я догоню.

– Не выполняй ее приказы, – говорю я Тео. – Она только что убила Беа.

Тео смотрит на меня, и я понимаю, что ему все равно. Дядя сделал свой выбор: он служит Антонелле.

– Твоя сестра пожертвовала всем, – говорит он, – теперь наша очередь.

– Ты виновник смерти Беа! Скольких еще ты готов убить ради своей повелительницы? – Я засовываю руку в карман за шприцем. – Фелипе? Твоя сестра? Я? И все это ты сделал, чтобы исправить ошибку, совершенную двенадцать лет назад. Ты стал серийным убийцей, лишь бы не стать убийцей Антонеллы.

Он бросается на меня, я выхватываю шприц, чтобы ударить его, но он уворачивается и толкает меня локтем в бок. Я хватаю ртом воздух, наклоняюсь вперед, и игла выскальзывает у меня из пальцев.

– Иди, – повторяет Антонелла, и Тео послушно покидает башню.

Я остаюсь наедине с сестрой. Смотрю на нее, вижу тетино лицо, и сожаления переполняют меня. Если бы я послушалась Беа и не нарушила два простых правила, которые она установила, если бы просто не впустила Фелипе в Ла Сомбру, ничего бы не случилось. Если бы я прислушалась к ней, к ее сомнениям относительно дяди, я не помогла бы Антонелле проявиться, и тетя осталась бы жива.

– Мне жаль, что мы не можем быть просто сестрами, как раньше, – говорит сестра, хотя в ее голосе нет ни капли раскаяния. – Не сомневаюсь, что Баст помнит о нашем соглашении и готов выполнить свою часть договора, но, если он будет колебаться, советую тебе убедить его сделать… то, что он должен, ради спасения вашей планеты.

Она поворачивается к лестнице, как будто хочет уйти.

– Куда же ты? – окликаю я ее. – Тебе не хочется встретиться со своим принцем? Передать ему лично свое послание?

– Сомневаюсь, что он будет рад меня видеть. К тому же не хочу отвлекать его от задачи, которую ему необходимо выполнить.

На самом деле ей плевать – буквально на всех.

В комнате снова сгущается сумрак, и мне сперва кажется, что это Антонелла превращается в черный дым, но тут я замечаю в воздухе серебряный блеск. Беа, наверное, сделала, как я просила, оставила кровь для Себастиана, чтобы он мог попасть в башню, в комнату с дневниками.