После смерти родителей я не думала, что когда-нибудь вновь обрету семью, но последние пара дней, проведенные с Беа, подарили мне надежду. А когда я думала, что смогу вернуть родную сестру, эта надежда росла в геометрической прогрессии и выросла до невероятных размеров. Столько надежд угасло после одной встречи.

Я думаю об Антонелле, выросшей в другом замке, о Беатрис, которая в одиночку наводила порядок в Ла Сомбре, о Себастиане – наследном принце, ожидавшем, когда к нему перейдет трон в вампирском королевстве, и осознаю, что все они были пленниками замка.

Я росла не пленницей и все же часто тосковала по дому.

Мои мысли возвращаются к четырем девушкам в поезде метро. Раньше я старалась не думать о них, потому что их судьба казалась мне слишком жестокой. Но теперь, когда со мной случилось столько всего жуткого, я могу додумать мысль, которая семь месяцев назад зародилась у меня в голове, когда я их разглядывала, и папа это заметил. Мне не просто было любопытно, какова жизнь этих девчонок – я завидовала им.

Я жаждала оказаться на их месте, но боялась, родители догадаются, что мне хочется вести обычную жизнь. Мне казалось, я предам их, если попрошу то, чего они не хотели, а возможно, не могли мне дать. Я не знала, какие именно у нас проблемы, но догадывалась, что денег у нас немного.

«Колледж» – я произношу это слово, и у меня возникает ощущение избавления от чего-то застрявшего у меня в горле много лет назад.

Себастиан внимательно смотрит на меня.

– Я должна была вот-вот окончить школу, – говорю я, уставившись в потолок и чувствуя, что голос меня не слушается. – Мы с родителями никогда не обсуждали, что я буду делать дальше, но только об этом я и думала. Мы снимали квартиру в Эшвилле, и я прятала рекламные брошюры колледжа в коробки с кукурузными хлопьями – родители их не ели… – Я так давно не вспоминала нашу жизнь в Эшвилле, что у меня щемит сердце. – Я не хотела, чтобы наше трио распалось, но мечтала поступить в колледж и переехать в общежитие, где у меня была бы своя комната, друзья и доступ к школьной библиотеке. Тогда у меня появилось бы место, которое я могла бы называть домом. Я получила жестокий урок – нужно быть осторожной в своих желаниях. – Мой голос срывается на последних словах.

Себастиан целует меня в запястье.

– Спасибо, что рассказала мне об этом.

– Теперь ты расскажи, – прошу я, – было у тебя дома что-то, что ты очень хотел получить?

– Синего мишку, – произносит Себастиан через мгновение так нежно, что мне кажется, будто я ослышалась.

– До тебя я любил только одно существо, – признается он, – я называл его синим мишкой. Все дети-вампиры получают такого мишку. Это такая школа убийства: нужно убить его и высосать из него кровь, но я решил сохранить ему жизнь. Отец не попытался понять, почему я так поступил, а просто задушил моего мишку. В моем мире нет места нежности, особенно если ты член королевской семьи. Но нежность жила во мне, хоть я и старался подавить ее и никогда больше не осмеливался полюбить кого-то.