– Снаружи какой-то мужчина, – говорит он мне, едва взглянув на Беатрис. – Это brujo?

– Ты хочешь сказать, заклинатель? – говорит Антонелла в облике моей тети. – Нет, он не заклинатель.

Чудовище-тень резко оборачивается и удивленно таращится на Беатрис.

– Ты видишь меня?

– А ты меня видишь? – нежно спрашивает сестра и подходит к нему поближе. – Закончи свою часть сделки, и сможешь вернуться домой. Я не солгала. Прощай, Баст!

Себастиан замирает на секунду, соображая, что произошло, но сестра уже за дверью. Антонелла двигается с невероятной скоростью, как и он. Себастиан кидается за ней. Я бегу вниз по лестнице, пытаясь разглядеть, что происходит, поскальзываюсь, но удерживаюсь на ногах. Пробегаю мимо своего отражения в зеркальной комнате, и в коридоре у обеденной залы у меня кончаются силы, я задыхаюсь. Там Себастиан меня и находит.

– Я не смог ее догнать, – рассерженно рычит он. – Что случилось?

У меня как будто снова дыра в сердце. Так же было после смерти родителей: странное чувство пустоты и бессмысленности, как будто больше ничего не имеет значения. Людей, которых ты любила, больше нет, и ты просто плывешь по течению.

Мне полагалось стать якорем, но меня несут бурные воды, мне не за что уцепиться.

– Ты все знал, – говорю я и поворачиваюсь к нему спиной, потому что мне невыносимо видеть принца Бастиана вместо Себастиана. – Прошлой ночью ты все вспомнил, в том числе и о моей сестре, и ничего мне не сказал.

– У нас и так был довольно тяжелый разговор. Я не хотел еще больше загружать тебя.

– Мой крошечный мозг не справился бы с этим.

– Честно говоря, не уверен, что справился бы, – говорит он, не обращая внимания на мой сарказм.

– Ладно, теперь это уже неважно. Ты все равно убьешь меня. Так что давай!

Я знаю, что истинные храбрецы поворачиваются лицом к своей судьбе, но я не могу смотреть на него. Мне больно думать, что последнее, что я увижу в жизни, – это то, как он меня убивает.

Он молчит, и я благодарна ему за то, что он ничего не отрицает. В невыносимом молчании тянутся секунды, и я знаю, что каждый мой вздох может стать последним.

– Я хочу, – нежно говорит он, – поблагодарить тебя за то, что ты подарила мне радость. – Себастиан произносит последнее слово так, будто для него оно новое, непривычное и он только учится использовать его в речи. – Когда я был принцем Бастианом, я был жестоким, злобным тираном. Считал, что мое сердце сделано из железа, и именно поэтому я не стремился ни к чему, кроме власти.

Его голос становится громче, видимо, он подходит ближе.

– И все же ты сумела изменить меня, – говорит он, и я понимаю, что он стоит совсем рядом. – Ты показала мне истинную силу нежных чувств. Их мягкость позволяет им проникать в незаметные, крошечные щели сердца. Я долго не замечал, как глубоко ты проникла в меня, пока ты не заполнила всю мою душу.