Слово «битва» выводит меня из равновесия, мне трудно дышать. Но я беру себя в руки и стараюсь сосредоточиться на нескольких последних вопросах, которые я могу задать Бралаге. Есть кое-что, что мне важно знать, и только он может это объяснить, поэтому я спрашиваю:

– Что такое Ла Сомбра на самом деле?

– Замок-хищник, – отвечает он с милой улыбкой, и стены пещеры вокруг нас полнятся тенями.

Начинается представление, такой театр теней. Я вижу сотни силуэтов в комнате, напоминающей по виду собор без окон. Похоже на праздник. Люди собрались вместе, чтобы пообщаться, потанцевать и поесть. Но что-то начинает происходить в дальнем конце комнаты.

У задней каменной стены, отделяющей комнату от кровавого сада, опускается пол. Между полом и стеной образуется щель, и она напоминает разверстый рот. Веселье превращается в истерику, гостей засасывает в чрево замка.

– Земля, на которой стоит замок, связана с другим замком из моего измерения, и он постоянно расширяется, – объясняет Бралага притворно печальным голосом. – Если Ла Сомбру подпитывать слишком большим количеством крови, связь между замками может стать настолько сильной, что мое измерение поглотит вашу реальность. И все же не в этом моя цель. Если Антонелле удастся воплотиться, многие погибнут, это правда, но она станет первым человеком-заклинателем и прародительницей в новой эволюции могущественных землян.

– Если ей удастся! – повторяю я, делая упор на слове «если».

Бралага переводит взгляд с меня на Себастиана, он смотрит на чудовище-тень.

– Что ж, мы скоро все узнаем. Я буду наблюдать.

– А что произойдет, если мы с Антонеллой погибнем, а Тео сбежит? – выпаливаю я. – В замке не останется ни одного Бралага!

– Бралага есть везде, дитя! Взгляни сама.

Черные вены проступают по всей пещере, и мне вспоминаются стены другого замка. Вены рисуют карту шести континентов Земли, и пятна крови появляются в каждом из них, скапливаются в основном в Европе и в Америке. Это напоминает карту переписи населения.

– Ты ведь довольно долго не догадывалась о существовании замка, и многие из тех, кто живет на Земле, не догадываются, что в их жилах течет кровь Бралага. Если мне понадобится другая ветвь семьи, я обращусь к ней.

Скамейка подо мной исчезает, исчезает и Бралага. Стены пещеры и карта снова превращаются в человеческие органы и конечности. Растения разрастаются и постепенно заполняют все пространство, они вот-вот нас раздавят.

– Пора уходить, – говорит Себастиан.

Он крепко обнимает меня и несет в безопасное место.

Себастиан усаживает меня на стул в обеденной зале. Всего за две недели этот замок сумел перевернуть с ног на голову все, что, как мне казалось, я знала о мире.