– Это же практически рекорд для учебников, Гресс, – еще две такие победы, и его имя будет выгравировано в Зале рыцарей наряду с именами принца Лисандра, Дианы де ла Вальфори и других величайших из великих!

Я просматриваю повтор поединка Ракса кадр за кадром, смотрю, как его копье пронзает шлем противника, словно проекционный меч бумагу, – так, будто это проще простого, поразить противника в шлем в условиях огромных перегрузок, перемещаясь в космосе со скоростью, исчисляемой двузначным числом парсов в минуту. Теперь, когда я лучше знаю верховую езду, то могу оценить его мастерство – никаких слабостей, никаких зависимостей, как и у Мирей. Лучше. Нет… если речь о Раксе, дело не в том, что он лучше, а в том, что это он. Мирей действует безупречно, но жеребец Ракса – это его тело, его дыхание, его жизненная сила. Он движется, и вселенная движется вместе с ним.

Дравик стучится в открытую дверь. Луна спрыгивает с кровати и встречает его возбужденным лаем. Когда он заходит, садится на стул и Луна умолкает, я наконец нахожу в себе силы заговорить.

– Лейда сказала, что на самом деле враг не мертвый. Когда его ранят, он превращается в нейрожидкость и пытается снова вырасти… поедая наши воспоминания. Наш разум.

Принц слабо улыбается:

– Мысли, воспоминания – в процессе эволюции они научились питаться всем, что есть в разуме. А до людей они ели бы разум друг друга. Массовый симбиотический паразитизм – кажется, так это называется. Как у муравьев, если бы они могли выращивать других муравьев себе в пищу и эти муравьи не умирали бы, а постоянно снова вырастали.

Я смотрю ему в плечо, не мешая его словам омывать меня, проходить насквозь, и стараясь не поддаваться панике.

– Поэтому они ментально связаны один с другим. Производители боевых жеребцов часто пользуются терминами вроде «коллективного разума» и «нейросети», но ни один из них не передает в полной мере суть их существования. Это под силу лишь немногим человеческим словам.

Он откидывается на спинку стула. Штора в углу комнаты раздувается, обрисовывая фигуру невидимой женщины.

– Всем живым существам требуется энергия. И враг не исключение. А наездники – источник энергии. И всегда им были, со времен рыцарей Войны. Послевоенные технологии – преимущественно гибридные, порожденные изучением врага. Твердый свет – производная от создаваемых ими лазеров. Седла – их гробы, перепрофилированные в аккумуляторы. Антиграв был создан при изучении темной материи их экскрементов. И сам главный реактор Станции – гигантское седло, которому нужна пища.