Зал загудел.

– Правда, Мария? – уточнил у меня Питер, подмигнув. – Или как тебя там зовут на самом деле… Ты так рассуждала, когда придумывала свою историю?

– Придумывала историю? – эхом, словно в забытье, отозвался Алик.

– Признаться, это правда гениально, – продолжил Питер, явно наслаждаясь произведенным эффектом. – Даже если бы кто-то и стал копаться в прошлом простой девчонки из пятьдесят третьей касты, то вряд ли бы натолкнулся на что-то стоящее – два года назад Кериот был почти полностью уничтожен. К счастью, мы с Муной оказались достаточно дотошными, чтобы разворошить старые архивы и постараться как можно больше разузнать о таинственной незнакомке. Представьте наше удивление, когда мы ничего не нашли. Точнее, конечно же, нашли – данные последней переписи населения Кериота за четыре тысячи восемьсот шестьдесят четвертый год, список военнообязанных повстанцев базы, несколько архивов местного геологического отдела, ну и, конечно, многочисленные работы Рейнира Триведди и его команды. Мы разворошили десятки баз данных. И знаете, что их объединяло? Правильно, во всех без исключения отсутствовало упоминание некой Марии Эйлер. Никакая Эйлер не просто никогда не числилась среди повстанцев, но и в принципе не жила на Кериоте.

Кажется, Марк хотел что-то сказать, но лишь перевел на меня потрясенный взгляд. В глазах Андрея читался немой шок.

– Это неправда, – ошеломленно выдавила я, тряся головой. – Он врет… Я провела на Кериоте всю свою жизнь, и я работала с Триведди! Я была его ассистентом, а потом заместителем…

– Если верить официальной сводке геологического отдела Кериота за четыре тысячи восемьсот шестьдесят четвертый год, у Триведди не было ни ассистентов, ни заместителей, – послышался до боли знакомый высокий голос.

У меня защемило сердце – Вероника. Я не видела ассистентку Доры с момента казни Арона Коула. Появившись из-за спины Муны и огрев меня презрительным взглядом, девушка передала планшет Андрею и поспешила отвернуться. Тем не менее я заметила, как из-за пережитого стресса заострились ее и без того острые черты лица.

– Это невозможно…

Задыхаясь от нарастающего ужаса и чувствуя, как по спине стекает холодный пот, я в отчаянии посмотрела на Алика, но он, казалось, глядел сквозь меня. Его лицо было серым.

– Я говорю правду, – прошептала я, вновь посмотрев на Андрея. – Вы проверяли мои воспоминания на хертоне, они настоящие!

– Хертон, как и любая машина, несовершенен, – хладнокровно заметила Муна. – При необходимой подготовке его можно и обмануть.

– Тогда откуда у меня доступ к личным данным Рейнира Триведди? – сорвалась я. – Откуда архивы по «Стрельцу А»?!