– Что угодно лучше, чем приставить пистолет к виску скудоумного отпрыска Антеро! – взорвался Питер. – Проклятье, Эйлер! Ты ведь даже не осознаешь, что натворила. Хейзеры едва сохранили контроль над базой. Новости о твоей выходке дошли не только до Диких лесов. – Он в гневе толкнул ящик с бинтами. – Лаим Хейзер тоже старый маразматик, пошел на поводу у этого кретина Валериана, когда отдал приказ отхлестать тебя и твоих друзей на глазах у тысячи повстанцев. Как будто не понимал, чем все закончится!

Я замерла.

– А чем все закончилось?

– А как ты думаешь? – скривился Питер. – Пораскинь мозгами! К чему может привести публичная казнь восьмерых повстанцев, которые за полчаса до этого сохранили жизнь всему войску? Разумеется, бунтом! А кретин Лаим, вместо того чтобы запечь вас куда подальше, только этому подсобил. Сделал из тебя и твоих друзей народных мучеников!

– Я этого не хотела…

Питер безрадостно рассмеялся, проведя пальцами по волосам.

– Самое горькое во всем этом, что я тебе верю. С тобой всегда так, Эйлер, – сначала делаешь, потом думаешь. Лучше бы тебя вообще там не было.

Я в ярости посмотрела на Адлерберга и постаралась вложить в этот взгляд всю силу своего кипящего в груди гнева.

– А где был ты? Где был Андрей? Алик? Почему Лаим Хейзер проводил совет без вас?! Как вышло так, что из Диких лесов были отданы десятки приказов об атаке рубежей Диспенсеров в день коронации Кристиана, а вы об этом не знали? Или я ошибаюсь?!

Мои слова ударили точно в цель. Я поняла это, когда Питер помрачнел и сжал губы в узкую линию.

– Эндрю сказал, что это ты предупредила его о готовящейся атаке. Единственный разумный поступок из ста, Эйлер, склоняю голову!

– Вы отменили приказ за секунды до того, как корабли Гелбрейтов и Кастелли достигли пограничной зоны. Не сделай вы этого, Кристиан бы…

– Я знаю, Мария, – прервал Питер. – Мы облажались. Мы ничего не знали ни о приказе, ни о том, что происходит. Тебе отлично известно, что Дора прекрасный геолог и у нее большое влияние. Все это время ей удавалось отлично играть на два фронта и скрывать правду от Эндрю. Она одна из немногих людей, кому он доверял.

– Кто отдал приказ атаковать Диспенсеров? На кого работает Дора?

Питер устало вздохнул.

– Все как ты и говорила. Их много. Ронан, Гелбрейты, Ракиэли, Ландерсы…

– Сколько всего? – чужим голосом спросила я. – Сколько предателей?

– Пятнадцать, – побледнев, ответил он. – И это только те, о ком нам известно наверняка.

– Проклятье, – выдохнула я, зарывшись пальцами в волосы.

Питер молчал. Все и так было ясно без слов – из девяносто двух кланов, присягнувших Андрею на верность, пятнадцать играли свою игру.