– Как ты узнала о Константине и «Новом свете»? – поинтересовался он.

– Я была у Андрея в голове, – призналась я. – Несколько раз, как и у Кристиана. Я видела его воспоминания о ваших детских расследованиях.

– Ты что?! – подскочил на месте Питер. – Ты рылась в голове Эндрю?

– Это было всего несколько раз! – выпалила я. – И он об этом знает, ясно? Теперь уже знает…

– Теперь уже знает, Эйлер? Что это вообще значит?!

– Это значит, что он в курсе, и я не собираюсь оправдываться за это еще и перед тобой!

– В мою голову ты тоже влезала?! Отвечай! – потребовал Питер, перегнувшись через весь стол и схватив меня за плечи.

– Катись в пекло, Пит! Зачем мне это делать? Чтобы лишний раз поглазеть, как ты млеешь от себя любимого и самоублажаешься перед зеркалом?

Питер бешено округлил глаза.

– Значит, ты все-таки… – в ужасе прошептал он.

– Что?! – вскрикнула я, сбросив с себя его руки. – Разумеется, нет! Я вкинула это по дурости! Это была шутка, больной ты извращенец!

– Это было всего один раз, – отшатнувшись и тяжело дыша, процедил Адлерберг, – мне было четырнадцать…

– Я не хочу знать! О Десять… – сморщилась я и, опередив Питера на долю секунды, выхватила из рук операционки обновленный бокал с виски и осушила его в один заход.

– Проклятье, – зло выдохнул Питер.

Он был красным как помидор и злым… как Роберт Адлерберг большую часть времени. Да, в состоянии позорной растерянности и бессильной ярости Питер как никогда напоминал своего отца. Вслед за обновленным виски операционка принесла две большие горячие порции мясного жаркого, но ни я, ни Питер не спешили браться за еду. Кажется, даже слегка успокоившись, он еще несколько минут бормотал себе под нос гневные проклятия.

– Расскажи, что ты помнишь о «Новом свете», – попросила я, желая как можно скорее вернуть разговор в прежнее русло.

– Это было хренову тучу времени назад, Эйлер, – пробормотал Питер.

– Вы несколько лет изучали прошлое Константина. Все, что я хочу сейчас, – это всего лишь понять, как его общество может быть связано с Амелией Ронан, Гелбрейтами и остальными. Почему они называют себя «Новым светом»? Что, если они считают себя его последователями? Это логично! – вспылила я, когда Адлерберг посмотрел на меня как на умалишенную. – Константин Диспенсер основал «Новый свет», пытаясь воссоздать Десять. И что мы видим сейчас? Посмотри на меня, посмотри на Кристиана! Что, если наши силы проснулись в нас не случайно? Что, если мы тоже результат очередного эксперимента последователей Константина? И они каким-то образом намерены использовать наши силы… Что, если все ради этого?