– Ты отлично это скрываешь, но я заметил, когда она до тебя дотронулась. У тебя глаз задергался.

– Что такое? – Король Райан обвел взглядом кладбище. Одна его рука лежала на рукояти меча.

– Да просто показалось что-то. – Кас чуть сдвинул своего брата, обхватив его покрепче.

Кемен сказал:

– Не позволяй Вентилласу снова сюда приходить. Пожалуйста, Кассиа. Он здесь почти каждую ночь. Это для него плохо кончится. – Он отступил на шаг назад. – Тебе не надо отвечать. Иди.

И Кас пошел. Но пока король Райан отпирал дверь в помещение акведука, Кас повернулся. Кемен был лишь силуэтом, едва видимым на таком расстоянии. Кас поднял руку, чтобы попрощаться. И чтобы показать, что он понял.

* * *

Кас долгое время нес брата по проходам и лестницам. Наконец они добрались до покоев Каса. С тяжелым вздохом он опустил Вентилласа на кровать. Комнату освещал один шар со светлячками. Король Райан удостоверился, что тайный проход закрыт как надо. А потом, удовлетворенный, вошел в спальню.

– Ну, теперь я вас покину. Доброй ночи.

Кас ничего не ответил. Он не знал, что сказать.

Король Райан стянул одолженные перчатки и бросил на кровать.

– Ты что обо мне выдумал? Что я отвернусь от твоего брата, потому что… – Он сделал неопределенный жест, который мог бы значить что угодно. – Я не лорд Амадор. Я бы растерял половину своей армии, если бы был так разборчив. И я не откажусь от своего друга.

Кас сел на кровать рядом с ботинками брата.

– Простите. Я не хотел…

– Я знаю. – Король Райан заметил графин и две чаши на прикроватном столике. На этот раз уже он налил вина и протянул один из бокалов Касу. Усевшись в кресло, он сказал: – Ты уже не мальчик, Кассиа, и я не буду говорить с тобой как с ребенком. – Пауза. – Аналина называет тебя Касом. Ты теперь так предпочитаешь?

– Да.

Король Райан кивнул.

– Вентиллас предложил отправить его в отставку как главного военачальника Оливераса.

Кас упал бы, если бы не сидел.

– Что?

– Конечно же, я отказался. – Лицо короля Райана было мрачным. – Но, скажу тебе по секрету, я беспокоюсь. Его качает туда-сюда. Он уходит, иногда на несколько дней, иногда на неделю. И никому не говорит, куда и почему.

Он был не тем братом, которого Кас знал.

– Даже капитану Лоренцу?

– Даже ему. Люди твоего брата пытаются его прикрывать. Но всем становится все сложнее и сложнее притворяться. – Король Райан отставил бокал в сторону. – Я ничего не имею против того, что человеку нужно время наедине с собой. В конце концов, мы заполонили его дом. Но дело не только в этом. Его суждения по некоторым вопросам… несостоятельны. И когда я выговариваю ему за это, единственный ответ Вентилласа – его отставка.

– И сколько раз он уже предлагал?

– Четыре. – Одно слово, но наполненное отчаянием. Король Райан встал. – Он и мой брат. Я люблю его, как своего брата. Он предложил моей семье убежище. Это долг, который нельзя оплатить. Но мы с Вентилласом и Амадором несем ответственность за безопасность и управление нашим государством. Это я тоже должен учитывать.

Кас молчал.

– И что вы хотите, чтобы я сделал?

– Ничего, Кас. Не сейчас. Я только хочу, чтобы ты знал. – Король Райан бросил взгляд на Вентилласа, тихо добавив: – Мы все горюем по-разному. Делаем то, что можем.

Когда король Райан ушел, Кас снял со своего брата плащ и убрал в сторону. Потом стащил ботинок. Вентиллас наконец очнулся, когда Кас потянул за второй. Он приподнялся на локтях и окинул его мутным взглядом.

– Что ты делаешь?

Кас поднял ботинок.

– А на что похоже?

Вентиллас огляделся вокруг. В глазах мелькнуло осознание. Он резко сел и со стоном обхватил голову руками. Кас налил в чашу воды и протянул Вентилласу, который осушил ее залпом.

– Как я здесь оказался?

– Я тебя принес.

Лицо Вентилласа выразило всепоглощающий стыд.

– Через весь донжон?

– Я шел подземными проходами, не переживай. Никто не видел.

Вентиллас, испытав облегчение, закрыл глаза. Потом снова открыл и спросил:

– А откуда ты узнал, где я?

Кас выдал историю короля за свою собственную.

– Я пошел прогуляться. И увидел, как ты выходишь через ворота.

– О.

Кас сел на кресло у кровати.

– Мне жаль насчет Кемена. Очень жаль, брат. Я и не думал…

Вентиллас отмахнулся от его извинений.

– Тебя слишком долго не было дома, чтобы об этом думать. – Он протянул Касу чашу. – Иногда я и сам забываю… На час или два – я обо всем забываю. А иногда…

– Как вчера, – закончил Кас.

– Да. – Вентиллас снова лег и уставился в потолок. Прошло некоторое время, а потом он сказал:

– Сорна ушла.

От Кемена к Сорне.

Кас отреагировал не сразу.

– Что?

– Она оставила записку Кухарке. Несколько торговцев собирались уезжать из города, направляясь на юг. Сорна поехала с ними.

– А она… что-нибудь еще сказала?

Вентиллас повернул голову к Касу.

– Что она очень сожалеет насчет Фаро. И считает, что ее отъезд будет лучше для всех. Она надеется, что ты не будешь думать о ней слишком плохо. По крайней мере, не всегда.

Ощущать груз вины было еще тяжелее, чем нести через полгорода брата.

– Вентиллас. Это ее дом.

– И она сама решила уехать. Она всем обеспечена, Кассиа. Иногда лучше начать все сначала. – Вентиллас закрыл глаза, и через несколько мгновений его дыхание выровнялось. Он уснул.

Золотая монета, королева. Этим вопросам придется подождать. Кас снова приступил к раздеванию своего брата и его укладыванию в кровать, словно Вентиллас был ребенком, а он – взрослым. Они поменялись ролями – еще одна странность в этом непривычном новом мире.

16

16

Абриль никто не видел уже несколько дней. Об этом Лина и Кас узнали, приехав следующим утром на постоялый двор, где она жила.

– Художница? – переспросил хозяин постоялого двора, поприветствовав Каса с восторженным удивлением. Худощавый мужчина с добродушной улыбкой и большой родинкой на щеке знал Каса с детства. Его заведение было уютным, с потрескивающим огнем в камине и разложенными повсюду веточками розмарина. Столы были пусты. Большинство гостей еще пребывали у себя в комнатах и готовились к новому дню.

– Я не видел ее со вчерашнего дня… нет, с позавчера. Да, верно.

– То есть уже два дня? – Лина откинула назад капюшон своего зеленого плаща. Ее нос и щеки раскраснелись от холода. Стоявший рядом с ней Кас дул себе в ладони, пытаясь их согреть, тоскливо глядя на огонь. Они ехали сюда через утренний туман и мороз, пронизывающий до костей.

– Да, леди. Она страдает от ужасных головных болей, – пояснил хозяин. – Таких, которые совершенно лишают сил. Ее сестра носила ей еду.

– Я не знала, что у нее есть сестра. – Лицо Лины выражало одновременно тревогу и обреченное смирение. Она сказала Касу: – Ну, это конец. Я не смогу тревожить того, кто так болен. Схожу только их проведать. Вдруг Абриль нужен доктор?

Кас сегодня не мог ей позавидовать. После встречи с Абриль Лина собиралась показать королю и королеве список своего деда. До их с Касом отъезда на постоялый двор она это сделать не могла – было еще слишком рано. Хозяин остановил проходившую мимо служанку, девочку примерно четырнадцати лет, оказавшуюся его дочерью. Лина последовала за ней вверх по лестнице. Кас повесил плащ на крюк у очага и сел за стойку напротив хозяина в ожидании, когда девушка вернется. К его облегчению, обошлось без назойливых вопросов. О заключении Каса или Фаро в темнице. Хозяин налил Касу черный чай, листья которого только что получил с южных островов. Первый же глоток снял всю паутину в голове Каса, словно одним взмахом метлы.

– Ну? Как вам? – Хозяин облокотился на стойку в ожидании его реакции.

Кас поднял обе руки ладонями вниз, чтобы показать ему. После второго глотка они задрожали.

Хозяин постоялого двора вздохнул с досадой.

– Заварка слишком крепкая. Я думал, может, с вами будет иначе, ведь вы крупнее других, но нет.

– Вы можете его разбавить, – предложил Кас.

– Так он уже разбавлен, – печально ответил тот. Он налил в чистую кружку сидр и поставил перед Касом. – А мой глупый сын купил восемь ящиков. Деньги на ветер. – Он поставил рядом с чашкой тарелку жареных бунубуну. – Возьмите один, или три! Яблочный. Моя дорогая жена приготовила их только сегодня утром… – Кас потянулся за пирожком, а хозяин посмотрел куда-то мимо него, вдруг оцепенев.

Из задней кухни вышел человек, который уже был знаком Касу. Городской инспектор, Гаспар, что вернул его кобылу в конюшни. На этот раз без маленькой дочери на плече. Он был в синем плаще, а в руках держал оттопыривающийся холщовый мешок. Похоже, внизу он был дырявым, потому что оттуда торчал неподвижный крысиный хвост. У ног инспектора сновали две кошки. Не рыси. Обычные черные кошки обычного размера. Крысоловы.

Городской инспектор остановился рядом с Касом, но не удостоил его взглядом. Он поднял мешок и бросил сердитый взгляд на хозяина за стойкой.

– Десять крыс. И это только на кухне. Это неприемлемо.

Кас, только что собиравшийся откусить бунубуну, вернул пирожок на тарелку.

Дружелюбное выражение лица хозяина постоялого двора сменилось на упрямое.

– Мы живем в большом городе, инспектор. Крысы – часть нашей жизни.

– А могут и не быть. Не должны быть. Для этого нужно лишь убирать мусор и поддерживать чистоту в помещениях. – Чтобы подчеркнуть свои слова, инспектор потряс мешком, раскачав одинокий крысиный хвост. – Крыс привлекает грязь. Крысы разносят чуму…