Кас задал ей вопрос, хотя уже знал ответ. Он увидел родимое пятно у нее на щеке и узнал его. Размером с ноготь на его большом пальце, очертаниями оно напоминало окно в форме розетки в донжоне Пальмерина. Он впервые увидел его на церемонии ее имянаречения пять лет назад.
– Как тебя зовут?
Она потянулась за хлебом. Кас поднял ладонь, остановив ее.
– Ты помнишь свое имя?
– Клара, – ее голос звучал странно – высокий тон ребенка, но будто с ржавым скрипом, словно у отшельника, не привыкшего разговаривать. – Я Клара.
22
22
Когда королевский двор прибыл, уже опустилась глубокая ночь. Двери отворились, люди вошли в замок, усталые и промокшие, но обрадованные возможностью спрятаться от дождя. Они застыли от вида, открывшегося им. Прямо перед ними поднималась массивная каменная лестница. Кас сидел на нижней ступеньке, уперевшись локтями в согнутые колени. Рядом с ним была маленькая девочка, около пяти лет от роду, одетая в охапку старых драных одеял.
Первой к ним подошла королева Джехан. Плащ ее был темно-фиолетовым, капюшон оторочен черным мехом. Она откинула его назад, открыв темные волосы, собранные в сетки над ушами. Клара прижалась к Касу.
Королева Джехан замерла. Она сказала что-то одному из солдат, и тот сразу же принялся подталкивать всех к огню, подальше от лестницы.
– А кто это у нас здесь? – улыбнулась королева Джехан. Она была достаточно близко, чтобы видеть состояние девочки, чувствовать ее запах. Но на ее лице не отразилось ничего, кроме дружелюбного интереса.
Кас попытался встать. Ему нужно было поприветствовать королеву, как того требовали правила, но Клара вцепилась в него обеими руками.
– Все в порядке. Тебя здесь никто не обидит. Это королева Джехан. – Клара лишь еще сильнее вжалась ему в подмышку. Королева Джехан едва заметно покачала головой в ответ на извиняющийся взгляд Каса. К тому времени вокруг нее уже собралась небольшая толпа. Король Райан, Вентиллас, Лина, Биттор и старший советник Амадор, прикрывавший свой нос платком, пока королева не повернулась и не посмотрела на него. Платок исчез, но неприязненное выражение лица осталось.
Ошеломленный Биттор смахнул с лица дождевую воду.
– Откуда она взялась?
– Я нашел ее на чердаке, – сказал Кас. – Думаю, она здесь совсем одна… уже какое-то время. Не знаю, что она ела. – Девочка выглянула из-под руки Каса – родимое пятно стало отчетливо видно всем.
Вентиллас сдавленно охнул.
– Кассиа, это же…
– Да. – Кас пояснил остальным: – Это Клара, дочь лорда Пастора.
– Как такое возможно? – поразился король Райан.
– Здесь, должно быть, какая-то ошибка, – вмешался лорд Амадор. – Нельзя просто так
– Мы непременно разгадаем эту тайну, – сказала королева Джехан, – но не сегодня. Мы все устали и хотим есть. – Она улыбнулась Кларе, а потом повернулась к подошедшей старой няне, державшей принца. – Фаустина?
Фаустина передала принца Лине.
– Я распоряжусь, чтобы ее искупали, ваше величество. – Она протянула руку Кларе в свойственной ей манере бодрой доброты. – Пойдем, дитя. Ты моя хорошая девочка.
Но Клара отказалась идти без Каса. Она цеплялась за него и скулила. И потому в конце концов он оказался на стуле у огня, в то время как Фаустина превращала крошечную старую ведьму обратно в маленькую девочку. По крайней мере, снаружи.
Вентиллас решил, что все будут спать в большом зале. Им будет проще собраться следующим утром, если не придется тратить время на разыскивание по всему замку отставших путников. Кто-то решил поставить прямо в зале палатки, чтобы хоть как-то отгородиться от других. Но большинство просто расположились на одеялах и соломенных тюфяках поближе к огню.
Ванну наполнили горячей водой. Фаустина сняла с Клары одеяла – один грязный слой за другим. Одеяла следовало сжечь. Их нельзя было оставить даже для лошадей. Под одеялами оказалась ночная сорочка, что когда-то давно была белой и уже стала девочке явно мала: ноги и руки не были прикрыты. Кас догадывался, что год назад она была по размеру. Все вокруг замолчали, когда няня сняла и сорочку – в тишине были разлиты ужас и жалость. Клара была худенькой, все тело покрыто укусами и царапинами. Кас знал, что, судя по состоянию ее одежды, удивляться было нечему, и все же он был потрясен до глубины души. И еще хуже было видеть, как она стоит там, ссутулив плечи, дрожа, несмотря на то, что огонь находился совсем рядом. Фаустина, всегда такая невозмутимая и расторопная, застыла как громом пораженная, так что Кас поднял Клару, держа ее под мышками, и сказал:
– Давай, Клара.
Он приподнял ее над ванной. Она тут же поджала ноги, словно он собирался бросить ее в яму со змеями. Кас улыбнулся, пытаясь ее приободрить.
– Тебе понравится купаться. Я обещаю.
Он опустил ее в ванну. Выражение ее лица – наполненное удивлением и блаженством – заставило его сглотнуть. Он помнил свою первую настоящую ванну после тюрьмы и чумы. Кас тогда заработал немного денег рытьем могил и пошел в общественные бани. Горячая вода, мыло, небольшая доплата дочери владельца, чтобы та постригла ему волосы. Для него это было подобно маленькому шагу навстречу прежней жизни. Навстречу достоинству.
Несколько женщин наблюдали за Кларой со слезами на глазах. Оправившись, Фаустина потянулась за мочалкой. Ее остановила королева, тихо произнеся:
– Нет, я сама.
Королева Джехан уже сменила костюм для путешествий на голубое платье попроще. Она встала на колени рядом с ванной, напротив Каса, взяла мочалку и начала мыть малышку.
Леди Рондилла нависла над ней, скрестив руки на груди. Она не была одной из женщин, стоявших со слезами на глазах. Ее лицо выражало отвращение, и в этот момент она стала очень похожа на своего брата-близнеца, старшего советника Амадора. С острыми чертами лица, во всем черном, с единственной тяжелой складкой между бровями.
– Ваше величество, – запротестовала она. – Ребенок такой грязный. Конечно же, служанка…
– Я вполне способна искупать ребенка, миледи Рондилла, – голос королевы Джехан звучал мягко. Что она чувствовала, спрашивал себя Кас, зная, что леди Рондилла едва не вышла замуж за короля? И вышла бы, если бы не предложение мира от Брисы.
– Это работа для простолюдинов, она не к лицу жене короля, – настаивала леди Рондилла. – По крайней мере, в этом королевстве.
Лина стояла в стороне, притворяясь, будто ест маленький кулачок принца, отчего тот хихикал. Услышав слова леди Рондиллы, она оглянулась на Каса и скосила глаза к носу. Стоявший рядом с Касом Вентиллас попытался замаскировать смех кашлем.
Кас едва его слышал – все его внимание было приковано к женщине рядом с Линой. Она была ненамного старше Вентилласа, невысокая и миловидная. Ее темные волосы выглядели так, словно она их только что расчесала. Они свободно ниспадали ей на плечи и доходили до самого пола. Она была в белой ночной сорочке, похожей на ту, которую только что сняли с ее дочери. С тех пор как Кас в последний раз видел леди Данну, прошло несколько лет. Тогда она была живая. Не такая, как сейчас, бледная и прозрачная среди живых.
– Вы меня видите, лорд Кассиа? – спросила леди Данна.
Кас отвел глаза. Он быстро покачал головой, чем привлек непонимающие взгляды от Лины и брата.
– Жене короля? – повторила королева Джехан. Ее тон уже был не таким мягким. – Вы имели в виду, королеве, леди Рондилла? Вашей королеве?
Леди Рондилла поджала губы.
– Я всего лишь хотела сказать…
– Я должна быть королевой только для избранных? Для привилегированных и надушенных? А остальных сторониться?
Лицо леди Рондиллы стало пунцовым.
– Нет, конечно нет, ваше величество. – Быстро присев в реверансе, который сложно было назвать уважительным, та поспешно ретировалась.
Королева Джехан мыла Клару осторожно, но тщательно. Обтерев каждый дюйм тела. Вода в ванне быстро стала серо-коричневой. Королева закатала рукава, но это не имело смысла, потому что весь перед ее платья промок – Клара разбрызгивала воду вокруг. Клара то и дело тянулась к руке Каса, но отпускала, когда отвлекалась. Ее мать, леди Данна, опустилась на колени рядом с королевой, не сводя глаз с дочери.
Лина появилась с охапкой одежды.
– Это от внучки леди Сол. Вещи могут быть немного велики, но будут держаться.
Королева Джехан, натирая шею Клары, рассеянно произнесла:
– Воспитаннице леди Рондиллы ведь тоже пять лет, дорогая. У нее должно быть что-то более подходящее.
– Я у нее спрашивала, – голос Лины звучал бесстрастно. – К сожалению, у них нет лишней одежды.
Королева подняла голову, прищурив глаза. Но не стала ничего комментировать – лишь поблагодарила Лину.
Королева тихо разговаривала с девочкой, купая ее, и то и дело что-то напевала, а вскоре три музыканта собрались и начали играть. При первых звуках лютни Клара, которой в этот момент прочищали ухо, резко выпрямилась и уставилась на музыкантов, отчего все рядом с ней засмеялись. Она так и не произнесла ни слова, кроме своего имени, названного Касу.
Королева Джехан спросила:
– Вы поете, лорд Кассиапеус?
Кас открыл свой рот, но прежде чем он успел соврать королеве, Вентиллас, игравший в шахматы с королем Райаном, ответил за него:
– Как ангел, ваше величество. Если бы у меня был запасной брат, я бы отправил этого к монахам, чтобы он вступил в хор.