– Я было думал, что вам, владыка Янь Ю, надоело совершенствоваться ради бессмертия, и поэтому вы спустились в Земное царство дабы стать злым духом. Но не предполагал, что и духом вы более быть не желаете. Страшит ли вас еще участь быть обращенным в пепел?

Феникс появился словно ниоткуда. Встав между нами, он нахмурился и окинул холодным взглядом Фыркающего владыку, который крепко держал меня за руку. Каменное лицо, лишенное эмоций, – от него так и веяло морозом. Исходя из моего почти столетного опыта, эта птичка с ужасно переменчивым характером снова была чем-то недовольна. Я тут же застенчиво улыбнулась ему, но, к моему огромному удивлению, Феникс лишь мельком холодно посмотрел на меня.

Фыркающий владыка не отпустил меня. Свободной рукой он непринужденно взмахнул, и широкий рукав его одеяния поднял легкий ветерок.

– Я не бессмертный и не злой дух, я не принадлежу ни к одному из Шести царств. Я свободен и ничем не ограничен. Так почему же вы, Повелитель огня, вторглись в мою обитель и угрожаете обратить меня в пепел?

Феникс мрачно усмехнулся. Он приподнял руки, и в них начал разгораться золотистый яркий свет.

– Полагаю, что, исходя из уровня моей духовной силы, нет необходимости искать какую-либо причину, чтобы безо всякого труда стереть твои кости в порошок и развеять прах, – медленно произнес Феникс. Не успел он договорить, как наполнявшие горный поток искрящиеся и переливающиеся пузыри в одно мгновение разом лопнули от его голоса, а температура резко возросла. Вода забурлила, забурлила и, казалось, вот-вот вскипит. Снующие вокруг разноцветные рыбки из последних сил пытались уплыть подальше, чтобы не поджариться и не всплыть кверху брюхом. Фыркающий владыка задрожал и обиженно скривился:

– Как жестоко, очень жестоко! В Небесной династии все сплошь ничтожества и подлецы! Ты злоупотребляешь властью и угрожаешь мне – возмутительно!

Феникс поиграл золотым светом, что разгорался в его руках, и искоса посмотрел на Фыркающего владыку.

– Раз я злоупотребляю властью, осмелитесь ли вы, владыка Янь Ю, дать мне отпор?

Фыркающий владыка выглядел раздосадованным. Горестно вздохнув, отпустил мою руку. Он, казалось, искренне страдал.

– О владычица моего сердца Цзинь Ми! Небеса завидуют нашему союзу! Когда-то они точно так же разлучили Пастуха[204] и Ткачиху. Не знал, что и нас настигнет та же участь и наши чувства будут уничтожены… – Затем он приосанился и гордо заявил: – Не бойся, дождись меня! Я буду совершенствоваться долгие годы, и однажды настанет день, когда я верну тебя. С сегодняшнего дня по венам моим будет течь не кровь, но ненависть!

Феникс снова нахмурился и скользнул взглядом по надоедливому Фыркающему владыке, который без умолку клялся мне в вечной любви. Золотистый свет ярко вспыхнул в руках Феникса, и Янь Ю тут же замолчал. Одним движением руки Феникс сотворил барьер небожителя вокруг меня. Как только я оказалась в безопасности, он выпустил золотой свет и произнес:

– Ввысь!

Порыв ветра обдал мое лицо. Феникс схватил меня за руку и вытащил из горного потока. До меня смутно донесся отдаленный крик Фыркающего владыки:

– О владычица моего сердца Цзинь Ми, если соскучитесь – произнесите заклинание призыва, и я тотчас появлюсь перед вами!

Феникс закатил глаза. Барьер небожителя не давал мне сбежать, я могла лишь стоять рядом с ним. Кажется, теперь он сильно разозлился: замахнувшись, Феникс бросил в воду шар мерцающего света. Я услышала, как громко и горестно запричитал Фыркающий владыка:

– Сюй Фэн, ты разрушил мою крышу!

Но Феникс не обратил на его вопли никакого внимания. Бледный как смерть, он сжал мою руку и вознесся на облаке ввысь. Я не знаю, сколько времени мы летели, пока Феникс не сбросил меня на самый край отвесной скалы. Я споткнулась и чуть было не сорвалась. Какое счастье, что успела ухватиться за древнюю сосну и смогла устоять на ногах! Внезапно я почувствовала жгучую боль в ладони. Разжав руку, увидела несколько ранок – видимо, ободралась о сосновую кору. Я затрясла рукой, надеясь, что боль скоро пройдет.

Феникс завел руки за спину и холодно смотрел, как я то и дело сжимала пальцы и периодически дула на ранки. На мгновение его выражение лица смягчилось. Он шевельнул пальцами, будто хотел сотворить какое-то заклинание, но тут же передумал и сжал руку в кулак. Я перевела взгляд на ладонь: она покраснела и опухла. Мысленно я около ста раз уже обругала Феникса, но вслух браниться не решилась. Вместо этого опустила голову и заплакала. Сделала жалобный взгляд, чтобы ему стало совестно. А затем потянула его за рукав израненной рукой, чтобы испачкать его кровью, – пусть видит, что со мной сделал!

– Это все моя вина, но обещаю, я буду осторожнее в следующий раз… Не сердись на меня, пожалуйста! – тихонечко и очень жалостливо произнесла я.

– В следующий раз? Что, будет еще и следующий раз?! – Феникс только начал было оттаивать, но, услышав мои слова, тут же снова похолодел.

– Э-э-э… Нет! Нет-нет-нет! Следующего раза не будет! Я буду тебя слушаться, буду делать все, что ты скажешь! Все-все-все! Честно-честно! – Я нарочно повторялась: может, это убедит его в моей искренности? Какой же Феникс все-таки жадный! Я всего-то взяла на триста лет духовных сил больше, чем договаривались… Видимо, он действительно сильно разозлился, раз покинул банкет и преследовал меня до Земного царства. Хм, может, он пришел, чтобы исполнить приказ Небесной Императрицы? Может, хочет вернуть меня в Небесное царство и там казнить?! Стоило об этом подумать, и я тут же задрожала.

– Сильно больно?

Я почувствовала теплое прикосновение к ладони – Феникс взял мою израненную руку и при помощи тончайшей, словно волос, золотой иголки для акупунктуры принялся вынимать мелкие занозы.

У подножия гор, темнеющих в сумерках, в просторной и уединенной долине пролетел легкий ветерок. Он скользил между деревьями густой лесной чащи, раскачивая ветви. Воздух наполнился протяжным гулом, будто кто-то начал перебирать струны кунхоу[205]. Небо затягивали темные тучи.

Феникс склонился над моей рукой, всецело сосредоточившись на извлечении заноз. Черные шелковистые волосы, ниспадавшие на плечи, слегка колыхались от дуновения ветра. Иногда они касались моей ладони, отчего становилось щекотно.

У меня была всего пара порезов, да и болело не так уж и сильно, но я почему-то жалобно прошептала:

– Больно… Очень больно…

Я и сама не знала, почему соврала ему. И я совершенно не понимала, почему Феникс не использовал магию, а выбрал такой утомительный способ, чтобы извлечь занозы. Он слегка нахмурился и пристально посмотрел на меня. На мгновение в его ясных глазах сверкнула искра – словно проплыла яркая рыбка.

Внезапно Феникс сжал мою руку. Закрыв глаза, склонил голову. Выражение его лица стало строже, он хрипло произнес:

– Я совершил тяжкое преступление… Желая наказать тебя, в итоге наказал сам себя… Вот и все…

Что? Очевидно же, что это я пострадала! Это моя рука тут изранена! А он как ни в чем не бывало говорит, что сам себя наказал. Несправедливо!

– Ты не сдашь меня Небесной Императрице? – робко спросила я. Феникс заметил следы крови у себя на рукаве и вздохнул:

– Существует лишь одно золотое перо феникса, и я оставил его тебе. Неужели ты до сих пор так ничего и не поняла? – Затем он помрачнел и, будто пав духом, устало произнес: – Даже если нам суждено лишь издали встречаться взглядами и постоянно отдаляться друг от друга… Даже если у нас никогда не будет счастливого конца…

Я сжала перо феникса в кармане рукава. Вот уж не думала, что оно такое драгоценное. Как хорошо, что сразу его спрятала и не потеряла, пока заправляла постель! Я была очень благодарна Фениксу за такой бесценный подарок, поэтому чуть наклонилась вперед и поцеловала его. Правду говорил бессмертный лис, бессмертные мужчины очень любят парную культивацию. Феникс подарил мне такую ценную вещицу, а мне вот отблагодарить его нечем. Поэтому я решила пойти навстречу его сокровенным желаниям и подарила простейшую парную культивацию, не требовавшую от меня совершенно никаких усилий.

Феникс застыл, на щеках появился румянец, напоминавший зарево заката. Но уже через мгновение выражение его лица стало печальным. Как и в прошлый раз, Феникс схватил меня за плечи и с силой оттолкнул на расстояние вытянутой руки. С измученным видом он отвернулся от меня. Завывающий горный ветер развевал полы его одеяния. Наверное, это и есть «окончательный разрыв», как во всех любовных историях. Я внезапно осознала:

– Теперь все понятно, ты совсем не любишь…

Но прежде чем я успела закончить фразу, Феникс обернулся и резко сказал:

– Как я могу не любить тебя?

Вообще-то, я хотела сказать, что он совсем не любит парные культивации со мной. А он меня перебил, как грубо…

Ох! Его слова… Я ощутила их сладкое послевкусие… Он сказал… Он сказал, что… любит меня… Любит меня? Любит… Я была в замешательстве.

Феникс печально покачал головой:

– Да, ты все верно сказала. На самом деле я тебя не люблю… Я никогда тебя не любил, как и ты меня.

Что? Почему не любит? Только что же сказал… Какое же у него все-таки переменчивое настроение! Ну, раз Феникс утверждал, что не любит меня, то, наверное, так оно и есть.

– Хорошо. Как скажешь, – сдержанно ответила я. Но после моих слов лицо Феникса стало опустошенным. Он пригладил мои растрепавшиеся волосы и тихо спросил: