– А потом этот небесный хорёк тебя поцеловал, – ядовито докончил Ху Вэй, когда Ху Фэйцинь споткнулся на рассказе о Небесной темнице.

Ху Фэйцинь не считал это поцелуем. Он ведь едва не отхватил Лао Луну зубами пол-языка. Лисы отлично умеют кусаться, особенно если их застать врасплох или загнать в угол. Да и Лао Лун всего лишь хотел эффективнее передать ему кровь.

– К тому же, – почти раздражённо сказал Ху Фэйцинь, – он увидел на мне твою метку. Почему вообще все на свете её видят, кроме меня самого?!

– Так и должно быть, – сказал Ху Вэй, и лицо его просветлело. – Только не «вообще все на свете», а существа демонической природы.

– Но Лао Лун не демон… – начал Ху Фэйцинь.

Ху Вэй щёлкнул зубами.

– Что? – не понял Ху Фэйцинь.

– Почему ты зовёшь его Лао Луном?

– Как… – растерялся Ху Фэйцинь. – Потому что его так зовут. Он старше, поэтому я проявил вежливость и…

– Я тоже старше, но ни разу от тебя вежливости не слышал, – заметил Ху Вэй.

Ху Фэйцинь поглядел на него сквозным взглядом и уточнил:

– Хочешь, чтобы я и тебя называл Лао Ху?

– Тьфу, нет, – поморщился Ху Вэй, – плохая идея. К тому же ты так зовёшь моего отца.

– Лао Ху номер два? – ядовито предложил Ху Фэйцинь.

– Всё, забудь, что я это говорил, – отмахнулся Ху Вэй.

– Лао Вэй?

– Забудь, я тебе сказал! Разве мы не про лисью метку говорили?

Ху Фэйцинь спохватился:

– Хочешь сказать, что небожители твою метку не видят? Поэтому и я не вижу? Потому что по происхождению небожитель?

– Ушей своих не видишь тоже потому, что небожитель? – деловито осведомился Ху Вэй.