Огарки свеч – в корзину, обескровленные туши животных – в мешок. Хуже всего – оттирать кровь с пола. Дубовые доски впитывали её так жадно, что никакие щётки не справлялись с пятнами. Помогал настой из слюны болотных хмырей, правда, разъедал он кровь основательно – вместе с досками.

Сэнгэ оттащила мешок с трупами к прилавку, за спиной хлопнула входная дверь. Сэнгэ хищно улыбнулась, но оборачиваться не торопилась.

– Ты в своём уме? Посылать в Царские Палаты свою снедку? – у порога стояла невысокая фигура в плаще с капюшоном. – Если бы её кто-то увидел? У нас обеих были бы большие неприятности.

– Но никто не увидел же, – Сэнгэ повернулась к гостье и расслабленно облокотилась на прилавок. – Да и потом, госпожа, поступи я иначе, соизволила бы столь важная особа посетить моё скромное заведение? А? Есения?

Фигура дрогнула.

– Как ты…

– Ой, – Сэнгэ рассмеялась, облизнув острые клыки. – Кого-то ты и можешь обдурить своим капюшоном, но не нос упыря. Была я с десяток лет назад на приёме у царя как представительница упырьской общины да видала твою матушку. Так вот, разит от вас одинаково.

– Но в прошлую нашу встречу…

Сэнгэ отмахнулась и сняла передник.

– Тогда мне было интересно поиграться, но теперь, малютка, мне не до игр.

Есения цыкнула и скинула капюшон, щёки её горели румянцем, золотые кудри упали на плечи.

– Зачем ты позвала меня? – проговорила она недовольно, озираясь по сторонам и переминаясь с ноги на ногу. Ей явно было неприятно находиться в кровнице.

– Три месяца назад я оказала тебе услугу, – Сэнгэ возвела глаза к потолку и прищурилась, будто старательно вспоминала события прошлого. – И ты, малютка, обещала, что меня твои тёмные делишки не коснутся. Так?

– Так.

– Тогда какого чёрта мои пороги теперь обивает Сокол? – рявкнула Сэнгэ и швырнула передник на пол.

– Не понимаю, – Есения скрестила руки на груди.

– Не понимаешь? – Сэнгэ хмыкнула. – Знаешь, почему я помогла тебе убить Еля и позволила забрать его сердце?

Есения пожала плечами, Сэнгэ бросила на неё презрительный взгляд и продолжила:

– Он мне очень сильно насолил. Хотел занять моё место и возглавить общину. А знаешь, как? Натравить на меня Гвардию. Он знал, где я прикапываю снедок, с которыми… перестаралась.

– А я здесь причём?

– Ты обещала, что за его убийство никто не возьмётся, что ни одна ниточка не приведёт ко мне, – зашипела Сэнгэ, направляясь к Есении.

Та попятилась и вскинула руки, защищаясь.

– Я всё устроила. Мои люди заплатили Воронам, и те бросили дело.

– Тогда объясни мне, что тут вынюхивал Сокол? Пришёл ко мне на днях, расспрашивал про Еля. Интересовался, не мог ли Ель знать что-то, за что его пришлось бы убить? И если это были наши внутренние разборки, понёс ли кто-то из упырей наказание? Мне не нужны проблемы с Гвардией, Есения. И уж поверь мне, если меня потащат на плаху, ты отправишься следом.

Есения нервно укусила себя за большой палец и отвела взгляд. Сэнгэ не торопила её с ответом, она шумно выдохнула и отправилась обратно к прилавку, подобрав по пути передник с пола.

Есения прошлась вдоль стены. Поднятые от напряжения плечи почти касались золотых сережек в маленьких аккуратных ушках. Каблучки кожаных туфелек громко стучали по полу. А Сэнгэ слышала, как в такт им беспокойно колотится сердце Есении.

Вдруг Есения остановилась и решительно посмотрела на Сэнгэ.

– Что это был за Сокол?

– Обычный Сокол, – пожала плечами Сэнгэ. – Красный кафтан, рыжие волосы, серьги в ушах…

– Зовут его как? – нетерпеливо бросила Есения.

Сэнгэ на мгновение задумалась.

– Финист, кажется.

Есения кивнула.

– Я о нём позабочусь. Если явится сюда раньше, чем сама разыщу его, отправляй ко мне.

– К тебе? – не поверила Сэнгэ.

– Неси перо и пергамент. Оставлю ему послание.

* * *

Прислуга жила в западном крыле. Оно начиналось с огромной кухни и в целом выглядело гораздо скромнее остальной части Царских Палат. Стены здесь не украшали росписи, не было ни золота, ни ковров, а витражи на окнах встречались только с той стороны комнат, которая смотрела на город.

На кухне кипела работа – царской семье готовили завтрак. Воздух кипел паром, оркестром звенели тарелки и горшки, умелые руки поваров замешивали тесто, стучали половниками по котлам, а ножами – по разделочным доскам. Все были так заняты работой, что даже не заметили, как Рогнеда заглянула на кухню, постояла в проходе и прошла дальше по узкому коридору. Духота и жар с кухни заполняли его и не могли найти выхода: все окна были закрыты.

У Рогнеды тут же разболелась голова, а желудок неприятно сжался. Она замедлила шаг и закрыла глаза, чтобы немного прийти в себя, когда на неё кто-то налетел. Низенькая светловолосая служанка вскрикнула и выронила из рук полотенца. А Рогнеда едва успела схватиться за стену, чтобы не упасть.

– Госпожа, прошу прощения! Мне стоит быть более внимательной, – запричитала служанка, неловко кланяясь и подбирая полотенца.

Рогнеда провела рукой по лицу, будто снимая с него невидимую паутину, которая мешала сосредоточить взгляд на служанке.

– Ничего страшного, – Рогнеда улыбнулась. – Я кое-кого ищу. Служанку, она омывала на днях ноги царю, а он её выпорол. Рыжая такая.

– Вера! – воскликнула служанка. – Ох, да, натворила она дел, конечно, да ещё и плакалась потом, что несправедливо её царь…

– Где её найти? – у Рогнеды не было ни сил, ни настроения выслушивать её болтовню.

– Уехала. Отпросилась у главной служанки на три дня. У неё мать болеет, старуха стала совсем плоха, говорит, что, может, схоронить её придётся скоро. Мать-то её тоже в Царских Палатах всю жизнь…

– Где она живёт?

– Так в деревне за городом, сразу за северными воротами, – служанка махнула рукой в сторону окна. – А она что-то натворила, что ты её разыскиваешь, госпожа?

– Нет, – бросила Рогнеда и направилась к выходу. Отлично, хоть выйдет на свежий воздух. Возможно, лёгкая поездка не помешает. Обернётся быстро, заодно взбодрится.

Когда она поравнялась с кухней, навстречу вышла Власта. Царская советница выглядела уставшей и измотанной, но продолжала улыбаться. В её пепельных волосах появилась яркая седая прядь. Она шла ото лба и ныряла в тонкую косу без ленты. Пока Радомир отдыхал, пировал и занимался любовью, Власта работала не покладая рук и не жалея себя. Насколько знала Рогнеда, так было всегда. Это Рогнеде в ней и нравилось – Власта будет крайне полезна, когда она взойдёт на престол. И ей, и её будущему первенцу, и всему государству.

– И закупите больше мяса! Король Вегейр обожает свинину, – бросила Власта кому-то на кухне, но тут заметила Рогнеду и удивлённо вскинула пепельные, едва заметные на лице брови. – Рогнеда?

– Здравствуй, – Рогнеда кивнула. – Слуги совсем разленились, что ты сама на кухню ходишь?

Власта добродушно рассмеялась и махнула рукой.

– Когда дело касается важных гостей, лучше за всем приглядывать самой, – она покачала головой. – Пусть Северные Земли – наши верные союзники и родственники, но когда дело касается пиршеств, Радомир с Вегейром – худшие соперники. На прошлый наш визит в Северные Земли Вегейр забил целое стадо оленей и устроил огненное представление. Радомир теперь считает своим долгом его переплюнуть, – Власта вздохнула, посмотрела на Рогнеду и многозначительно добавила: – Мужчины.

Рогнеда улыбнулась, похоже, она ещё много не знала о царской семье.

– Я не знала, что вы с Вегейром родственники.

Власта махнула рукой.

– О нет, деточка, не с Вегейром. С его женой Златой. Она наша с Радомиром сестрица.

Рогнеда потрясла головой.

– Я совсем запуталась. Я думала, кроме тебя у Радомира только два брата… было.

– Ох, детка, тебе ещё столько нужно узнать, – Власта взяла её под руку и повела к выходу, тут же увлекаясь рассказом. – У нашего батюшки было шестеро детей. Радомир, его старшие братья Ярополк и Братислав и младшая сестрица Златослава – законнорожденные. И двое детишек вне брака – я и Говен. Ну, что с Ярополком и Братиславом случилось, ты и так знаешь. Злату ещё ребёнком отвезли в Северные Земли как залог мира. Она стала женой Вегейра. А Говен – сын чародейки – отрёкся от престола ещё в детстве и сейчас, между прочим, один из виднейших умов Совета Чародеев. Кстати, сын Вегейра – Атли, наш с Радомиром племянник, – сейчас командует Воронами в Вольской Гвардии. Радомиру это, конечно, не очень по душе, но над Гвардией он не властен пока что.

– Пока что?

– Времена меняются, – пожала плечами Власта. – Кто знает, как всё обернётся. А ты, милая, получше подучи родословную будущего мужа и постарайся успеть к приезду Вегейра. Радомир обязательно захочет тобой похвастать, – она ласково похлопала Рогнеду по ладони. – Для тебя это будет шанс показать, что ты уже часть семьи. Радомиру это понравится, вот увидишь.

Рогнеда ухмыльнулась. Власта прекрасно знала своего брата. Похвастать – да, именно этого и хотел Радомир. Власта погладила Рогнеду по ладони, охнула и приложила руку к её лбу.

– Боги, деточка, да ты горячая, как печка! Простудилась всё ж после купания в речке? – зацокала она языком. – Пойдём, надо скорее уложить тебя в постель и напоить травами.

Нет, ей некогда лежать.

– Не стоит, – Рогнеда вежливо отстранилась и благодарно сжала руку Власты. – Я просто пойду домой и хорошенько высплюсь.

– Я не могу тебя отпустить. Ты нам нужна здоровой, скоро такой пир будет, не хватало ещё, чтобы ты слегла.