– Но не Император, – возразил Вячеслав. – У него немало других внуков, не менее знатных и властных. Сын лойтурского короля – тоже потомок царя-каменолома, а супруга наследника имперского престола – сестра Шибана из Дузукалана, который и объявил нам войну. И вот вопрос – кого поддержит Империя?

Дара нахмурилась, пытаясь понять все хитросплетения.

– Но при чём тут я? Или Горяй? Его князь не боится держать при дворе.

– Горяй умён и не попадается лишний раз на глаза Седекию. Он не силён в чародействе и всегда больше ценился за свои знания. Другое дело, если бы мой отец призвал к себе волхвов или ведьм, тех, кто не растерял былое мастерство.

Дара замотала головой:

– И всё же я не понимаю. На мой взгляд, так всё одно и то же.

– Горяй не опасен Создателю, он плетёт обереги для гридней Великого князя и лечит от болезней тогда, когда обычные целители бессильны. Он охраняет город от чужих чар и не подпускает других чародеев к столице. Горяй полезен Седекию, как бывает полезен цепной пёс. Но что, если бы Горяй обладал такой силой, как у тебя? Тогда бы Златоборску были бы не страшны ни Охотники, ни степное войско, ни Империя.

– Но при Злате…

– При Злате в столице жили волхвы и стоял храм Мокоши. При Злате мой дед Ярополк Змееборец приносил быков и рабов в жертву Перуну и Велесу. Это не сразу изменилось.

Дара видела лишь издалека покинутое капище Мораны возле Великого леса, но никогда не слышала, что стало с волхвами, когда пали старые боги.

– Куда ушли волхвы? Тоже за море?

– Подальше от городов и храмов, – уголок его рта недовольно дрогнул. – Нам пора идти.

Дара посмотрела на княжича исподлобья.

– Сначала объясни мне кое-что, сама я не могу понять. Из Ратиславии прогнали всех чародеев, но мне Пресветлый Отец готов разрешить остаться. В чём же разница?

– Одну тебя легче скрыть, чем отряд чародеев, а по силе ты равна. С этим Седекий готов смириться, как он смирился с Горяем.

– Почему?

Дара задала вопрос и тут же сама догадалась, каков будет ответ.

Вячеслав не произнёс ни слова, когда она проговорила негромко:

– Меня одну легче убить, чем целый отряд.

Княжич выглядел угрюмым.