Губы князя дёрнулись. Он противился заклятию недолго.

– Я буду сидеть здесь до самого рассвета и не запомню, что случилось, – взгляд сделался пустым и бездумным.

– Хорошо. Теперь отпусти меня.

Ярополк послушно разжал руки. Даре сделалось холодно, как будто всё тепло её покинуло.

Она поднялась с колен князя, подхватила мешок с земли и подошла к самой воде.

Ей некогда было думать о своих покоях в Златоборске, о двух несчастных, что остались лежать в темноте, нельзя было тревожиться о Снежном князе, оставшемся на берегу реки поздней ночью. Нельзя было ждать.

Позади надрывно запел колокол. Дара обернулась.

Её искали. Дыхание сбилось от страха.

– Водяной! – негромко позвала Дара.

Дух мгновенно показался из зарослей. Значит, всё это время наблюдал.

– Ловко ты его, – одобрил он.

Дара с отвращением посмотрела на зелёную морду, на толстые, растянутые в оскале губы, которые обнажили острые мелкие зубы.

– Говори, что узнал, – велела она.

Водяной не стал упрямиться:

– На мельнице всё спокойно. Твой дед и мачеха в добром здравии. У них живут чужие люди, но зла я в них не почуял.

– Что ещё?

– О них – всё. Ты хотела знать, живы ли они и здоровы, так я всё выполнил. За подробности ты не платила.

Дара скривилась от злости.

– Ладно, что ты узнал о моей сестре?

Водяной склонил голову к плечу.