– Веся?

Как ни стремилась она к сестре всё это время, только теперь не нашла и короткого мгновения, чтобы обнять её. Веся держала свечу двумя руками, а по веснушчатому личику бродили серые тени. Дара и не сразу заметила, что правую щёку прочертил страшный шрам.

– Что это? – она схватила сестру за подбородок, разворачивая к себе.

– Перестань, не время теперь, – Веся оттолкнула её руку. – Помоги Милошу, он очень страдает.

Дара сердито фыркнула.

– Хорошо! Держи свечу, смотри, чтоб не погасла, – решительно велела она. – Ежи! Раздевай Милоша, он должен обратиться в сокола. И не дай ему… Стой!

Милош вырвался из хватки и попытался пойти вперёд, случайно задел ногой черту, что провела на земле Дара. Ежи повис на друге, удерживая на месте, и ему поспешила помочь черноволосая женщина, стоявшая всё время в стороне.

– Быстрее! – поторопила их Дара, поспешно стягивая тулуп с Милоша.

Он стоял, безучастно опустив голову, и будто вовсе не слышал, что происходило вокруг. А Дара всё повторяла ему:

– Обращайся, слышишь?! Обращайся в сокола.

Милош медленно разлепил веки.

– Не могу… сам. Без пера.

– Чтоб Навь тебя поглотила, – сквозь зубы процедила Дара и вцепилась ему в шею руками, притянула к себе, впилась губами и больно, со всей силы укусила. Милош попытался оттолкнуть её, Ежи с Весей удивлённо ахнули, а у Дары, как назло, всё не выходило прокусить кожу до крови, и она терзала с яростью его губы.

Милош толкнул её в грудь.

– Бешеная! – воскликнул он, вытирая в отвращении рот.

Дара ощерилась словно волчонок.

– Недоумок!

Он вновь попытался уйти, но черноволосая женщина, пришедшая с Ежи, схватила с земли нож и подскочила к оборотню.

– Дай руку, – потребовала она и прежде чем ослабший Милош смог ослушаться, ловко порезала ему палец.

– Свечу! – прикрикнула женщина и отбросила нож в сторону.