«Сколько их? Скольких укрывает темнота?»
После той злосчастной прогулки с наступлением ночи Маришка и носа не казала за дверь крохотной спаленки. Вечерами ей мерещились голоса в коридоре. Шёпот, шелест нечеловечески быстрых шагов.
– Нет! – вдруг завизжала она что есть мочи. – Нет! Остановитесь!
– Закрой рот, полоумная! – Варварины ногти больно врезались в кожу, вероятно, разодрав её даже сквозь приютское платье.
Маришка забилась в их с Саярой железной хватке.
«Нет! Нет-нет!»
Она что-то причитала. Но её никто не слушал. Анфиса даже не обернулась, полагаясь на вышколенное раболепие оставшихся двух воспитанниц.
Ох, и они со своей задачей справлялись прекрасно.
Чуть опустив светильник, Анфиса повела под лестницу. Под лестницу, где в свете лампы проступили очертания маленькой двери, похожей на чуланную.
Маришка не видела, как слегка вытянулись лица Саяры и Варвары. Но так ничего и не сказав, те послушно последовали за Анфисой.
Прямо туда. Прямо
– Остановитесь! – снова закричала Маришка.
И Саяра зашипела в ответ что-то совсем нецензурное. Бранное.
«Зачем она ведёт нас туда?!» – у Ковальчик из глаз заструились слёзы.
Но никто не обращал на неё внимания.
– Мы просто идём мыться, полоумная ты гусыня! – цедила сквозь зубы Варвара, вероятно, теряя силы, удерживая неистово бьющуюся приютскую. – Угомонись, ради Всевышних! Да что с тобой такое?!
Служанка открыла дверь. Старые петли плаксиво скрипнули. Анфиса отошла назад, безмолвно пропуская подопечных вперёд.
«Неужели вы не понимаете?!