Ход вильнул вправо, и за углом показался вытянутый вширь прямоугольник окна. Под самым потолком, крохотный. Но темнота за ним не казалась такой беспросветной, как здесь, внизу.
Маришке вдруг отстранённо, невпопад захотелось, чтоб вновь пошёл снег. Её бы это успокоило – так она себе и сказала. Хоть что-то белое в этой кромешной тьме.
Но снег не пошёл.
«Убегу сразу же, как вернусь в спальню».
Под ногой Анфисы взвизгнула половица. И наконец служанка остановилась. У двери, из-под которой едва заметно просачивалась полоска жёлтого света. Она мерцала, перемежаясь с движущимися тенями.
Анфиса подняла светильник выше. Дверь из чёрной сделалась тёмно-коричневой.
– Заходите, – служанка кивнула Варваре на медную ручку.
Варвара быстро повернулась к Маришке: «Успокойся!»
Маришка даже не взглянула на неё, в тупом бессилии таращась на дверь.
Анфиса отступила в сторону и нетерпеливо проворчала:
– Чаго встали, гусыни, пшли внутрь, давай-давай!
Варвара втянула голову в плечи.
Свет Анфисиной лампы теперь заливал всё пространство вокруг воспитанниц.
Варварину толстую косу оплели тени. Она сжала свободными пальцами ручку.
Маришка прикрыла глаза, глотая глупые слёзы.
Раздражённо дёрнув плечом, Варвара отворила дверь.
В то же мгновение служанка с такой силой толкнула их всех вперёд, что выбило воздух из лёгких.
Зашипела Саяра:
– Что вы?..