– Всегда?
Волосы закрыли ей лицо, но по звуку мне показалось, что она усмехнулась.
– Нет.
– А сколько?
– Не знаю.
– Да блин, объясни мне хоть что-нибудь! – Я тщательно контролировал голос, но чувствовал, что рука на ее спине одеревенела. – Я не могу помочь, если не знаю… вообще ничего.
Она вздохнула и снова опустилась на подушку. Глаза ее стали медленно закрываться.
Ну нет, только не опять!
– Не уходи. – Я осторожно лег рядом, опираясь на руку. – Поговори со мной.
Вера открыла глаза, но взгляд ее остался отрешенным.
– Ты злишься, – без выражения произнесла она.
– Я просто не понимаю тебя. Сначала говоришь, что… – Язык отказывался поворачиваться, чтобы произнести это.
Снова молчок.
– Ты можешь хоть раз в жизни рассказать нормально? Все, полнос… – Я запнулся. Холодные пальцы легли на внутреннюю сторону запястья и тихонько погладили.
– Ты злишься, – повторила Вера, и от ее полушепота по загривку побежали мурашки. – Ты и раньше все время злился.
– Нет. Просто… Тебе не приходило в голову, что я тебя… –