– Но в итоге? – с сочувствием спросила Анти и перевела взгляд на меня.

Я ничего не сказала. Устало прикрыла глаза и подумала о том, что неплохо было бы поддаться ветру и позволить ему столкнуть меня вниз. Перелом нескольких костей взбодрит и точно вытравит тяжелые мысли.

– Я не хочу, чтобы меня отчитывали, Анти. Все, что я чувствую, – одиночество и боль. У меня никого не осталось. Друзья, союзники… Я давно лишилась их и сама в этом виновата, признаю. Но сегодня я разом потеряла последних близких людей – и Рафаэля, и дочь. И как думаешь, каково мне готовиться к войне против собственного ребенка?

Внутри все горело от непролитых слез, но они не шли. Слова лились вместо них, но я не чувствовала облегчения. Только стыд, ведь Антинуа нисколько не смягчилась. Наоборот.

Моя искренность ее разозлила.

– Понимаешь, Тиа, всех этих проблем бы не было, если бы не ваши с Рафаэлем «отношения». Вы же уничтожаете друг друга, не видишь? И чем больнее раните, тем сильнее привязываетесь. Это… омерзительно. Меня пугает ваша связь. Знаешь, прозвучит ужасно, но к лучшему, что Рафаэль умер. Хотя бы теперь вы больше не сможете терзать друг друга.

Я не сдержалась и сдавленно рассмеялась. Анти не в курсе, что я не смирилась с утратой. Я готова вырвать Рафаэля из костлявых пальцев Пустоши, даже если сам он того никогда бы не желал.

Боги… Я становлюсь похожа на Рафаэля.

– Почему ты смеешься? – испуганно спросила Анти и медленно встала с подоконника.

Я ничего не ответила и покачала головой, думая о том, что наконец-то поняла Рафаэля. Разгадала его мысли в тот бальный вечер.

Он обратил меня, потому что не желал отпускать. Знал, что, будучи обычной полукровкой, я рано или поздно умру. Рафаэль настолько боялся этого, что решился сделать меня отродьем.

Он вырвал меня из хватки смерти, и теперь я делала то же самое для него. Или лучше сказать – для себя?

– Думаю, я люблю его, – выдохнула я. На душе стало легче, когда я призналась вслух, но сердце будто стиснули, выжимая из него кровь до последней капли.

Антинуа смотрела на меня так, будто я только что поцеловала слизняка. Столько отвращения я давно не видела в глазах бывшей подруги!

– И за что же? За издевательства? За то, что он сделал тебя своей рабыней? За то, что он убил Лорклар и кучу других драконорожденных, которые нас приютили, пока искал тебя?! – Ее голос сорвался на крик.

– За ощущение нужности. За то, что он стал мне семьей. – Голос дрогнул, когда я вспомнила, как мы с Рафаэлем играли с Ясной, как все вместе гуляли и ужинали. Как мы готовили еду, пока дочка отдыхала в детской. Как вместе укладывали ее спать. – Я никогда не была так счастлива, как с ним.