Ее голос дрожал. И хоть Рафаэль не видел ее лица, он понимал, что Тиа плачет.

– Приговор еще не вынесен, – напомнил он, поглаживая ее по волосам.

– А ты сомневаешься в том, каким он будет? Гекар сказал, что драконорожденные и люди заключат перемирие. Наша казнь станет одним из требований драконорожденных.

На это ему нечего было сказать. Разве что не только драконорожденные могут желать им смерти. Материк людей сильно пострадал по вине их обоих. И даже помощь в битве вряд ли станет поводом для снятия обвинений.

– Хочешь сбежать? Я могу взломать замок. Это несложно.

Тиа резко перестала даже дышать. Медленно привстала на локтях и, нахмурившись, заглянула Рафаэлю в глаза.

– А ты? Ты хочешь уйти?

– А есть смысл? Мое сердце остановится со дня на день. И что тогда? Будешь тащить мое тело до королевства Ризолд, чтобы сделать новый протез? Прости, но я против.

– Не хочешь быть обузой?

– Не хочу мучить ни тебя, ни себя, – кивнул Рафаэль. – Это очень больно. Любая нагрузка заставляет сердце биться чаще. Иногда мне кажется, что оно взорвется внутри. Я могу взломать дверь для тебя, помочь сбежать. Может, даже пройду с тобой несколько дней, но потом – дай мне умереть. Не пытайся тащить за собой, прятать мое тело в тени…

– Не придется. – Тиа снова положила голову ему на грудь. – Я не хочу сбегать. Если наша казнь действительно станет одним из условий мирного договора, то кто я такая, чтобы снова ставить покой под угрозу? Я хочу наконец сделать что-то действительно хорошее. Даже если ради этого придется умереть.

Рафаэль до скрежета стиснул зубы. Опять эти ее разговоры о смерти!

Если бы он был в форме, если бы не утратил над Тиа контроль, то использовал бы силы, чтобы приказать ей бежать. Пусть ненавидит его за это, но хотя бы будет жива!

– Мы оба пытались изменить мир, Рафаэль, – сквозь полудрему прошептала она. – Может, это и есть наш шанс?

* * *

– Рафаэль, – голос Тиа дотянулся до него сквозь сон, – вставай.

Он открыл глаза и увидел Тиа, нависшую над ним. Рафаэль не сразу вспомнил, где находится, но ему было достаточно того, что она рядом, чтобы улыбнуться. Столько безумно долгих месяцев он провел в ее поисках, что теперь, видя Тиа рядом, приходилось спрашивать себя – а не сон ли это?

Но вот Тиа встала, потянув его за ладони, и Рафаэль увидел решетку, что открылась его взору. А по ту сторону камеры ждали знакомые лица.

– Приговор вынесен, – объявил Гекар. Сейчас он был одет в темную строгую мантию и рубашку с высоким узким горлом. Волосы собраны в тугой высокий хвост. Руки он сложил перед собой. Держался ровно, статно, но все же нервничал. Будто на него легла ноша, которую он сомневался, что сможет принять.