На его плечо легла рука, он повернулся и увидел смотревшую на него Руон, чьи зеленые глаза мерцали в пламени свечей.

– Боль путь к силе.

Каллинвар вздохнул и кивнул, вновь обратив взгляд на стол.

– Мы не проиграем, Каллинвар. Мы не можем.

Когда Руон заговорила, красный свет начал мерцать в центре Выжженных земель. Каллинвар повернулся к карте и уставился на него.

– Что это? – Руон наклонилась над столом.

Он объяснил ей, как мысленно расположил точки схождения Порчи на карте и использовал эту технику, чтобы представить себе всю картину.

То же самое место вновь стало пульсировать посреди мрака Выжженных земель. Влажное ощущение Порчи постоянно усиливалось, пульсации превратились в рябь, красный свет распространялся во все стороны.

Каллинвар отступил на шаг, он все понял.

– Ильнейн.

Руон, прищурившись, посмотрела на него.

– Он вернулся в Ильнейн. – Каллинвар лихорадочно думал.

Порча всегда так плотно покрывала Выжженные земли, что определить место, где брешь в вуали была самой большой, не удавалось. Но теперь он ее увидел, и почувствовал себя глупцом – как он раньше этого не понимал.

– Он вернулся туда, где все началось.

«Время пришло, дитя мое, – голос Акерона прозвучал в сознании Каллинвара впервые с того момента, как на небо взошла Кровавая Луна. – Я дам тебе мою силу. Ты должен закрыть брешь до того, как через нее пройдут слишком многие».

Каллинвар отступил от стола. Огонь пылал в его венах, лед заморозил кожу. Зеленый свет Разлома возник в нескольких футах от края стола, и он быстро увеличивался.

– Рыцари Акерона! – вскричал Каллинвар. Рыцари подошли к нему, некоторые едва переставляли ноги, их переполняли усталость и чувство утраты. – Время пришло. Я знаю, где прячется Фейн. Мы снова отправляемся в Ильнейн.

Он услышал шепот.

– Такова наша цель, братья и сестры. Смысл нашего существования. Мы рыцари Акерона, и мы остановим Тень. – Каллинвар потянулся в сторону покрытого рябью черного бассейна, висевшего в воздухе. – Мы снова войдем в Разлом.

Глава 82. О войне и руинах

Глава 82. О войне и руинах

Данн задыхался и кашлял, а когда он вскочил на ноги, с его головы посыпался пепел. Перед глазами все затуманилось, мир вокруг окрасился в оранжевые цвета, стремительно мелькали тени. Приглушенные крики и вой смешались со звоном в ушах.

Он попытался стереть пальцами грязь и пепел с лица и почувствовал жжение в глазах. Наконец, когда к нему вернулось зрение, он увидел, что оранжевая пелена возникла от пожара, поглощавшего лес. Пламя захватывало плотную листву, поднималось вверх по стволам деревьев, превращало зеленый полог над головой в искры и пепел, сквозь который проникал свет Кровавой Луны. Данн прикрыл рот и нос плащом. Если бы драконий огонь не пробил дыры в листве, он бы задохнулся от дыма.

Он сделал несколько шагов в сторону и споткнулся. Лишь ствол дерева помешал ему упасть. Данн опустил взгляд и увидел, что он задел нижнюю часть разорванного надвое тела солдата Лории, чьи внутренности вывалились на землю. Он тряхнул головой и снова закашлялся, чувствуя, как пересохли губы и рот.

Ему на плечо легла рука, но он в панике тут же ее сбросил, сделал шаг назад, потерял равновесие и упал на толстый корень, в воздух поднялась туча пепла. Данн посмотрел вверх и увидел Лирей. Ее волосы покрывали кровь и пепел, лицо почернело. Она помогла ему подняться на ноги.

– Ты ранен? – Лирей коснулась его щеки с нежностью, которой он никогда не замечал в эльфах, ее золотые глаза внимательно его изучали.

– Я в порядке, – ответил Данн, глядя на пылавший огонь и горевшие тела, чувствуя, как чешутся веки. – А что с Алеа и остальными?

Данн посмотрел за спину Лирей и увидел стоявшую на коленях у тела эльфа Алеа – доспехи на его левом боку сплавились с телом. Алеа гладила волосы на правой стороне головы эльфа и что-то шептала, глядя ему в глаза.

– Это один из магов, которые нас спасли, – голос Лирей наполняла скорбь. Она кивнула в сторону еще трех стоявших рядом эльфов в алых плащах. Все они сжимали в руках изогнутые клинки, под глазами залегли темные тени, а плечи поникли. – Их было гораздо больше. Они защитили нас от самого худшего. Во всяком случае, пытались.

Данн увидел прислонившегося к дереву Таннера, который зажимал рану на ноге. Рядом стояла Яана и водила руками по ожогам и порезам на его лице. Несколько эльфов и повстанцев лежали на круглой поляне, почти не пострадавшей от огня благодаря эльфийским магам.

– Отступаем! – послышался голос откуда-то из огня и хаоса, над треском горевших деревьев и криками умиравших. – В город. Отступаем!

Краем глаза Данн заметил какое-то движение, обернулся и увидел солдата Лории, поднявшего меч над одним из эльфийских магов. Рука Данна метнулась к эльфийскому мечу, но он уронил клинок, когда они оказались под драконьим огнем. Тогда он прыгнул мимо Лирей и одновременно выдернул из колчана стрелу. Схватив врага за руку, он вонзил стрелу ему в живот, пробив кожаный доспех. Солдат закричал, Данн попытался вырвать стрелу, но наконечник застрял в теле. Он отпустил древко и ударил ладонью солдата в челюсть.

Тот отшатнулся, кровь показалась на его губах – он прикусил язык. Солдат поднял меч, но за его спиной послышалось рычание, и Фейнир прыгнул ему на спину. Вес волкобраза заставил солдата упасть вперед, и Фейнир одним движением разорвал ему шею. Хлынула кровь.

– Ты в порядке, – сказала Элла, появляясь вслед за Фейниром вместе с Балдоном, вновь принявшим человеческую форму.

Анган кивнул Данну.

– Верное Сердце, рад видеть, что с тобой все хорошо. – Балдон улыбнулся, обнажив острые зубы. Глаза ангана сияли в свете пламени, но Данн увидел в них лишь утрату. – Сколько душ погасло в одно мгновение.

– Скорее всего, они уничтожили больше своих, чем наших, – сказал Данн оглядываясь по сторонам. – Наши воины в основном находились сзади или на флангах. Все это выглядит бессмысленным. – Ком застрял в горле Данна, когда он посмотрел на множество мертвых тел.

Но более всего на него подействовали не крики умиравших и не обугленные трупы, а тихий плач, поднимавшийся над треском пламени.

– Мы побеждали, – сказал Таннер, со стоном вставая с поваленного дерева, ему помогла Яана. Он, прихрамывая, подошел к Данну, Элле и Балдону. – Но понесли серьезные потери и отступаем, а у них появилась возможность перегруппировать свои силы. Драконья гвардия – это молоты, а каждый сценарий – гвоздь. Сопутствующие потери не имеют для них значения. Трудно учесть фактор морали в плане сражения.

– Нам нужно отступить вместе с остальными, – сказала Яана, переместившись, чтобы ей было удобнее распределить по плечам вес Таннера. – Солдаты врага быстро перегруппируются, и мы станем для них легкой добычей.

– Но здесь много выживших, – сказал Данн, глядя в пламя.

Он видел, что некоторые повстанцы продолжают двигаться, эльфы в серебристых доспехах с трудом переставляли ноги по обожженной земле.

– Если они в состоянии встать и идти, они в нас не нуждаются. – Таннер снял руку с плеча Яаны.

Он застонал, опускаясь на одно колено, оттолкнул в сторону тело мертвого лорийского солдата и вытащил из-под него белый деревянный лук.

«Мой лук», – подумал Данн.

Таннер встал и протянул лук Данну.

– Если они не в силах встать, мы не сможем им помочь, – продолжал он. – Солдаты Лории очень скоро будут здесь. Они убьют всех, кто уцелел.

Данн посмотрел на Лирей. Она повернула голову к Алеа, та вытаскивала кинжал из виска обугленного эльфа, возле которого она сидела.

– Такова война, Данн. Таннер прав, – сказала Лирей.

– Что? А как же ваши разговоры о чести?

Лирей прищурилась и бросила быстрый взгляд на Данна.

– Моя честь цела. – Ее ноздри раздувались, дыхание стало прерывистым.

– Прости, – быстро сказал Данн. – Я не имел в виду ничего такого, просто…

– Я понимаю. – Она посмотрела на мертвецов и пылавший огонь. – Я сказала, что такова война. Но не говорила, что все просто или легко.

– А это что такое? – Глаза Эллы засияли янтарем, когда она шагнула мимо Данна и посмотрела в огонь.

Фейнир, который наморщил нос, тут же оказался рядом с ней.

– Предвестник. – В голосе Таннера появился страх. Он обнажил меч. – Тень.

Данн всмотрелся в огонь – жгуты воздуха рассекали пламя. Сквозь огонь шла Тень, ее плечи скрывал длинный черный плащ, который украшали синие мерцавшие завитки. Казалось, плащ пил свет огня, и воздух вокруг него темнел. Тень двигалась так, словно прогуливалась по полю цветов, медленно и целенаправленно, разглядывая тела.

На миг Данну показалось, что это та Тень, которая атаковала Белдуар; такие же синие завитки на плаще, но у этой было другое лицо и белые как снег волосы. Данн невольно поднял руку и прикоснулся пальцами к шрамам на шее, оставшимся после удара молнии Тени.

Голова Тени резко повернулась в сторону, отреагировав на что-то, невидимое Данну. Два потока черного пламени вырвались из правой руки Тени. В один миг оно превратилось в меч – такое же оружие Тень использовала в Белдуаре.

Из пламени слева на Тень прыгнул эльф, но существо с нечеловеческой быстрой вскинуло меч из черного пламени, вверх поднялось облако пепла – голова и тело эльфа рухнули на землю. Тень посмотрела Данну в глаза.