Вейрил опередил Кейлена. Он метнул копье и направил его нитями Воздуха в мага. Острие ударило тому в лицо, пробило рот и нос и вышло наружу, во все стороны полетели осколки костей и сгустки мозга, фонтаном брызнула кровь.
Когда Кейлен кивнул эльфу, он заметил мага, собравшегося атаковать спину Вейрила. Кейлен собрал нити Воздуха, накинул на мага петлю и потянул его к себе. Его левая рука в латной рукавице стиснула горло мага, а правая отбила в сторону клинок. Кейлен собрался вонзить меч в живот врага, но маг метнул в него нити Огня и Духа, и Кейлен мгновенно почувствовал, как в его венах вспыхнуло пламя, которое рвалось наружу. Казалось, маг пытался вырвать его душу.
Кейлен изо всех сил сжал левую руку.
«Дралейд пропускает Искру не только через себя, но и через дракона, с которым он связан, – прозвучали в его сознании слова Чоры, пока маг продолжал вдавливать нити Огня и Духа в тело Кейлена. – Именно это делает дралейда таким сильным во владении Искрой. Колодец, из которого ты черпаешь, больше, чем многие маги могут мечтать».
Рев Валериса громом прозвучал в сознании Кейлена, и сила потекла в его тело. Пурпурный свет глаз озарил лицо мага, воздух наполнился струями раскаленного тумана, руны на наплечниках и латных рукавицах засияли точно звезды. Кейлен открыл себя Искре и нанес ответный удар.
Маг задрожал, взвыл и принялся колотить по белым наручам, покрывавшим руку Кейлена. Но тот лишь надавил сильнее, чувствуя, как слабеет атака на его душу. Он понимал, что происходит. Маг пытался заставить Кейлена исчерпать свои силы, чтобы он выгорел. Как только стало очевидно, что кто-то хочет уничтожить друга его души, ярость Валериса удвоилась, дракон атаковал через разум Кейлена так, что Искра запылала в венах Кейлена.
Маг продолжал давить при помощи нитей Огня и Духа, но вдруг Кейлен почувствовал, как что-то лопнуло межу ним и магом, который издал такой отчаянный крик, что по спине Кейлена пробежал холод. Его глаза стали испускать чистый белый свет, в воздух от них поднялся дым, кожа вокруг почернела и начала пузыриться.
Маг упал на землю, он отчаянно извивался, свет в его глазах померк, остались лишь сгоревшие глазницы. Кейлен сделал шаг назад, руки у него дрожали.
Кейлен повернул голову и увидел, что к нему бегут встревоженные Эрик и Тармон.
– Во имя богов, что это было? – Эрик посмотрел на мага, который лежал и трясся, прижав колени к груди, над его глазницами поднимался дым. Эрик снова посмотрел на Кейлена и похлопал его по шлему. – Ты в порядке? Ты не ранен? – Стрела ударила в наплечник Эрика и отскочила вверх. – Я никогда больше не сниму эти доспехи.
– Другие нуждаются в нас. – Тармон показал туда, где Вейрил, Азиус и несколько эльфийских магов сражались с боевыми магами Лории, и в воздухе сплетались нити стихий.
Кейлен кивнул, стиснув рукоять меча.
Он повернулся, поднял меч и обрушил его на голову отчаянно дрожавшего мага, который дернулся и затих. В сражении не было ничего героического. В смерти нет ничего вдохновляющего. Пока он стоял там, Кейлен решил, что, если барды будут рассказывать истории об этом дне, он не сможет их слушать.
Кейлен бросил последний взгляд на застывшее тело и побежал к боевым магам. Эльфы и повстанцы отчаянно рубились с солдатами Лории. Эйсон хотел хаос – он его получил.
Как только Кейлен о нем вспомнил, он увидел, как из леса выскочили Эйсон, Тэрин, Харкен и Тасия – они атаковали боевых магов с противоположной стороны; вместе с ними на врага устремились повстанцы и эльфы в серебристых доспехах.
Хлыст Огня ударил Кейлена в бок, он потерял равновесие, но сумел устоять, развернулся и натянул нити Земли. Он увидел атаковавшего его мага и направил нити в ее кирасу. Металл вошел в тело, брызнула кровь, ребра треснули.
Кейлен перешел в свидариа и принял позу «присевшего медведя».
Его мышцы болели от напряжения, но прикосновение разума Валериса несло тепло и забирало боль.
Воздух наполнила пульсация Искры, Кейлен поднял голову и разинул рот – он увидел, что Чора поднялась над битвой. Нити Воздуха вращали колеса ее кресла, и оно ехало по мосту, созданному корнями, которые формировали перед ней нити Земли и Духа. Затем они исчезли, и женщина полетела. Плюмажи пламени срывались с ее рук, озаряя лес яркими светом. Чора смягчила приземление нитями Воздуха и восстановила равновесие. Когда солдаты атаковали ее, она ломала им кости нитями Воздуха, сжигала плоть нитями Огня, вырывала корни из земли при помощи нитей Земли и Духа.
Эрик остановился рядом с Кейленом и указал на Чору одним из мечей.
– Она только что… теперь я видел всё и могу умереть счастливым. Это было красиво.
Кейлен огляделся по сторонам, повстанцы и эльфы теснили солдат Лории. Эльфийские и лорийские маги обрушивали друг на друга удары, используя Искру. Но куда бы он ни посмотрел, становилось очевидно, что победа за ними.
Справа из-за деревьев вышел Нитрандир, его толстые серебристые доспехи заливал голубой свет, исходивший от корней, из которых формировались его конечности.
Каждый взмах топора Нитрандира выводил из строя сразу двух или трех солдат. Кейлен даже смог разглядеть окруженные черным дымом фигуры алдитмаров, вступавших в сражение там, где не ощущалось присутствия анганов из клана Двалин.
– Кейлен!
Кейлен повернулся, услышав голос Эллы, и увидел, что она стоит над сломанным телом Нитрандира примерно на сотню футов ближе к поляне, освещенной Кровавой Луной.
Чудовищный рев пронесся по небу над лесом. На землю начали падать листья, и на миг люди и эльфы замерли. Наверху, над выжженной драконами тропой, в красном свете Кровавой Луны, замелькали тени.
Затем они услышали второй рев, за ним последовал третий.
– Неужели они станут… – Тармон смолк, глядя вверх. – Они сожгут своих.
И вновь они услышали рев – теперь уже ближе.
Сердце Кейлена стало биться медленнее, от Валериса исходила волна страха. Паника дракона обратила кровь Кейлена в лед, по коже пробежала дрожь, внутри все сжалось. Он почувствовал, как Валерис зашевелился и взмахнул крыльями. Но прежде чем он успел сказать Валерису, чтобы он оставался на месте, все вокруг наполнил звук, подобный грохоту водопада. Через мгновение колонна драконьего огня ударила по деревьям, пробивая дорогу в лесу. Солдаты Лории, повстанцы и эльфы отчаянно закричали, оказавшись на пути огня.
– Кейлен, Эрик! – Эйсон бежал к ним.
Вместе с ним бежали Тэрин, Тасия и Харкен.
– Защита Духа, Кейлен! Немедленно!
Еще одна колонна драконьего огня обрушилась на лес, за ней последовала третья. Реки пламени ударили с такой силой, что вместе с деревьями в воздух поднималась земля, ослепительный огонь залил Аравелл.
– Клянусь богами… – Сердце Кейлена стало биться еще медленнее, он огляделся по сторонам, искры и дым наполнили воздух, воины горели, кричали и бились в конвульсиях.
Запах угля и пепла мешался с вонью горевшей плоти. Рядом с Кейленом на землю упал эльф, доспехи которого расплавились с левой стороны, кожа лопалась, когда расплавленный металл стекал по телу.
Снова послышался рев, новый поток драконьего пламени обрушился на лес, пробивая дорогу к Кейлену и остальным. Он подозвал Эрика, Вейрила и Тармона и потянул нити Огня, Воздуха и Духа.
Валерис взревел в задней части сознания Кейлена и взлетел.
Глава 81. Время пришло
Глава 81. Время пришло
Тишину нарушал только свист ветра, который нес песок по центральной площади опустошенного города. Воздух искрился в лучах Кровавой Луны смесью красного, розового и серебристого света.
Рист медленно выдохнул, и воздух перед ним затуманился. Его левая рука лежала на эфесе меча с львиной головой, который ему дал Гаррамон после того, как он потерял свой первый меч в сражении у Трех Сестер. Правая рука оставалась под одеждой и сжимала кулон, висевший на шее. Он стиснул зубы, чтобы они не стучали, и посмотрел на обнаженных мужчин и женщин, стоявших вокруг ямы с блестящими самоцветами. Руны покрывали их грудь, руки и спину, испуская тусклый красный свет. Вокруг площади собрались маги в серых сутанах ученых, большинство из них держали в руках перья и пергаменты. В дальнем конце площади мелькали Тени, преломляя свет.
Боевые маги остальных армий выстроились у восьми входов на площадь, по двести у каждого, все ждали сигнала.
– Будь я проклят, – прошептал Магнус Гаррамону, но достаточно громко, чтобы его услышал Рист. – Если бы нам сказали, как холодно будет в этом богом забытом месте, я бы захватил более теплую одежду.
Гаррамон и Анила искоса на него посмотрели.
– Ты знаешь, Убийца Араков, – прошептал Магнус, поворачиваясь к Аниле, – жар тела согревает не хуже пламени костра.
– Магнус, я тебе уже много раз говорила, что скорее я себя подожгу, – прошептала в ответ Анила, не сводя глаз с ученых, расхаживавших по центральной площади.
По рядам магов пробежал шепот, Рист посмотрел вперед и увидел мужчину, выходившего из дверей одного из разрушенных зданий. Если бы Рист уже не понял по красной кайме его черных одежд, что это император Фейн Мортем, внимание остальных магов заставило бы его догадаться, кто появился перед ними.
За Фейном следовали мужчины и женщины в алых одеждах с двумя белыми кругами на груди. Их глава, Радаван Хартен – Священнослужитель, – вместе с большей частью своего ордена обитал в городе Хайпасс, который сейчас находился во власти эльфов – или, как слышал Рист, был сожжен дотла.