– Вы имеете в виду победы над овцекрадами и фермерами, царевна? – крикнул кто-то из толпы.

Лицо Калявана потемнело от гнева:

– Может быть, вы желаете обнажить меч, господин Ниаркат? Посмотрим, как долго вы продержитесь против моего клинка!

– Кто пригласил этого дикаря на пир? – хихикнул тот, кого назвали Ниаркатом. – Яванцы – единственное племя, которое перешло от варварства к шелковым одеяньям, не потрудившись между этим окультуриться. Ладно, ладно, Буря! – он оттолкнул руку охранницы Кришны. – Не торопи меня. Разве может быть настоящий пир без дурака, болтающего о его пророчестве. Молю, расскажи нам его еще раз, Господин Непобедимый.

Каляван рванулся в сторону Ниарката, но Шалья удержал его за плечо и покачал головой.

– Вы пожалеете о своих словах, господин Ниаркат, – наконец произнес Каляван голосом холодным и резким, как сталь, и отступил на шаг. Было видно, что он просто кипит от злости.

Разгоряченная всеми этими волнениями, Драупади, по-прежнему держа в руке розу, перешла к следующему поклоннику, уставившемуся на нее влажными рубиновыми глазами. Его кожа была… серой и такой гладкой, что блестела в лунном свете. Его нижняя челюсть, казалось, была выточена искусным мастером, но в то же время Драупади не могла назвать его красивым. Он выглядел опасным, диким. Какой-то глубоко запрятанный инстинкт подсказывал ей держаться от него подальше.

– Поздравляю, царевна, с вашей свадьбой, – сказал он, его дыхание ледяным шепотом обдало ее лицо. – Я вижу, вы вполне заслужили прозвище Огненной Царевны.

– Вы слишком добры, мой господин, – сказала Драупади, чувствуя себя очень неловко. На незнакомце был застегнутый серебряной брошью с изображением айравата плащ с толстым меховым воротником, и, казалось, мужчина совершенно не чувствовал жары. Он вел себя с непринужденностью царской особы, но она не знала, кто стоит перед ней. – Не имею чести знать вас, мой господин, – пробормотала она.

Королева быстро схватила ее за руку:

– Милая, это Его Милость Бхагадатт, царь Прагджьотиши.

Ракшас! Глаза Драупади расширились от страха, но она быстро вспомнила о полагающейся вежливости. Отец пригласил Ракшаса в качестве жениха? Об этом народе ходили всевозможные мерзкие слухи и истории, но, очевидно, ее отца заботили лишь богатства казны женихов, а не цвет их кожи.

– Это большая честь, ваша светлость. Надеюсь, вам нравится погода в Панчале? – Драупади наконец собралась с силами.

– Несколько ливней с градом, и все будет идеально, – медоточиво ответил он ей.