– Это было… неплохое движение, господин мой.

И в тот момент не было ничего более милого, чем смущенный, застенчивый взгляд Карны. Но Карна отступил, совсем немного, но и этого было достаточно, чтоб пространство между ними увеличилось – и она почувствовала, как у нее от напряжения скрутило живот. Драупади нахмурилась, ощутив это, и все же она чувствовала себя счастливой. Танец не мог изменить мир. Танец не мог убрать весь гнев и всю боль. Но Карна был таким теплым, а в его глазах… Боги, там светилось что-то похожее на надежду, на обещание, что ей не всегда придется чувствовать эту боль. Его серьезные вопросы затронули самую глубокую часть ее души и каким-то образом пробудили ее. Улыбка вырвалась из нее, подобно песне.

Но тут Карна оглянулся, словно впервые заметил вытаращившиеся на них глаза, и улыбка покинула его губы, а в глазах появилось жесткое выражение.

– Тысяча извинений, моя царевна. Я не знаю, что на меня нашло. Вы в порядке?

– Да, мой господин, – быстро ответила она. Ложь! – Я верю, что наш танец надолго запомнится, господин мой. Я у вас в долгу за то, что вы такой замечательный партнер. – Так лучше. – Вы были очень любезны и добры. – В ее глазах что-то вспыхнуло, сменившись намеком на нерешительность, и она пробормотала: – Вы хорошо владеете луком, мой господин?

– Я… им управляюсь. – Карна сверкнул усмешкой, окрашенной злобой, и Драупади обнаружила, что улыбается в ответ.

Ее сердце билось так громко, что ей казалось, что это слышно даже ему.

– Теперь я должна вас покинуть, – быстро сказала она, увидев приближающуюся к ней царицу.

Она даже не могла посмотреть, какова была реакция ее отца, хотя была уверена, что это будет что-то вулканическое. Но было кое-что, что она должна была сказать Карне. Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он, осознавал он это или нет, спас ее от полного краха. И если он выиграет…

Карна прижал руку к сердцу и слегка поклонился, не сводя с нее глаз:

– Я желаю вам настоящего счастья, царевна.

Это решило для нее все.

– Я открою вам один секрет, господин Карна. Завтра на сваямваре будут соревнования по стрельбе из лука. – Она посмотрела на него, проверяя, понял ли он ее.

Но лицо Карны потемнело, как будто она рассказала о смертельной болезни.

– Я… я не участвую, царевна, – низким голосом сказал он, выпрямившись и замерев, как натянутая струна. – Я пришел только для того, чтобы поддержать царевича Дурьодхану из Союза Хастина.

Стыд и печаль исказили черты Драупади. Она была права. Она его не интересовала. Она обманывала себя. Но она не могла не спросить: