Испросив разрешения царя, Крипа встал и начал читать:

– Стих 67:201. Монарх – это Правосудие и Закон, выкованные в меч, от жгучей ярости которого не застрахован и сам монарх. Указ монарха должен использоваться редко, и, однажды произнесенный, не может стать невысказанным, ибо Монарх неподвижен, как Полярная звезда, и должен всегда оставаться постоянным. Как только слова Указа написаны чернилами, краской или кровью, он становится Законом. Даже царь не может отменить его. Любое изменение в таком Законе может быть вызвано только волей людей, управляемое таким образом и осуществляемое через каждого из Восьми, которые обладают данными Богом способностями принимать решения за простой народ.

– Ману был довольно многословен, ваша светлость, – сказал Крипа. – Если позволите, я не буду читать дальше. Если, конечно, царевич Сахадев не считает, что необходимо прочесть дополнительные выдержки. – Он улыбнулся замершему с отвисшей челюстью Сахадеву. – Другими словами, ваша светлость, в отличие от решения по наследному царевичу, которое было передано нам Трибуналом, изменение Указа требует участия всего Совета Восьми. Не Трибунала, не Сотни, а Восьми. Так что этот процесс можно начать прямо сейчас.

Крипа мучительно долго молчал, давая Сахадеву возможность обдумать его слова, а затем продолжил:

– Царевич Дурьодхана является членом Восьми, как и господин Шалья. Мы пошлем к ним наших самых быстрых наездников на гандхаранских скакунах и будем молиться, чтобы они поскорее вернулись в Хастину. Поскольку Матхура находится в осаде войск Магадха, мы можем только надеяться, что император избавит царевича Бхима и царевну Драупади от своего гнева. Как бы мне ни было неприятно это признавать, но против Греческого огня и айраватов, боюсь, шансы Матхуры не выглядят очень уж многообещающими.

Сахадев уставился на Шакуни. Все книги на земле не смогут подготовить тебя к тому, что приходит с опытом, ублюдок, хотел сказать Шакуни, но пока он решил позволить Сахадеву представить, что же Шакуни хотел сказать. Несколько часов назад он грыз ногти, молча пережевывая и перебирая различные маловероятные сценарии, чтобы получить то, что он хотел. Когда Белый Орел согласился все разделить, Шакуни должен был убедиться, что Юдхиштир не получит от этого ничего хорошего. Вот почему он сразу же провел линию на карте Союза. И весьма умно ее провел. Части оказались равны только по размеру. В то время как сам Хастинапур уходил Дурьодхане, наряду с Гандхаром и Ангой, во владениях Юдхиштира оказались огромные земли леса Кхандавпрастха, а также Мадра и Варнаврат.