Тут мне удалось сфокусировать зрение, и я обнаружила, что адвокат смотрит на меня потрясенно, словно я пролетела по городу голой и на метле. А ещё за нами с любопытством наблюдал Фалько, который как раз сунул в рот ещё однин сладкий яблочный ломтик.

– Что смотришь?! – выпалила я, обращаясь к мальчишке.

Он даже не подумал смутиться, а лишь хохотнул:

– А я ничего не видел, синьора! – и убежал, заливаясь смехом.

Мы с адвокатом остались наедине. Посетителей в остерии не было, маэстро Зино и его помощник стучали кастрюлями в кухне, и лишь с улицы доносились плеск воды и городской шум, который нет-нет да прорывался песенкой про великолепную морковку.

– Мне показалось, или вы меня ударили? – поинтересовался Марино, грозно сверкая глазами.

– Вы первый начали, – не пожелала я пугаться этого грозного сверканья. – Вы что себе позволяете?! Шлёпайте свою невесту! Без пяти минут жених!

– А вы – без пяти минут висельница, – заявил он с холодным бешенством. – Но для вас это, конечно, мелочи жизни.

– В каком это смысле? Висельница? Вы о чём? – ответила я, но сердце снова ёкнуло, и на этот раз вовсе не от сладости неожиданной встречи.

– В самом прямом, – Марино схватил меня за руку и притянул к себе, понизив голос. – Я только что с вашей виллы, хотел вас предупредить, но вы уехали в Сан-Годенцо, как оказалось. Прямо сейчас всё ваше семейство везут в Локарно, где они будут допрошены аудитором герцога Миланского. Искали вас, но не нашли!

– З-зачем допрашивать? – от этой новости я начала слегка заикаться.

– Знаете, синьор делла Банья-Ковалло мне не доложил, – съязвил Марино, но вид у него был вовсе не шуточный. – Если взяли всё семейство, то дело серьёзное. И я бы советовал вам сейчас же удрать куда-нибудь подальше. Во Францию, например.

Я разжала его пальцы, освободив руку, и некоторое время стояла, обдумывая эти ещё более неожиданные новости. Хотя, такие ли неожиданные? Кое-кому не терпится убрать меня из этого города… Неужели, тут поработала семейка чудной Козимы? И что они могли наплести? Обвинить меня в ведьмачестве? Но даже Занха отказался от обвинений… Скажут, что я соблазняю адвоката? Да бросьте. Я – вдова. Мою невинность или отсутствие её сейчас уже никто не докажет, а Марино подтвердит, что никакого соблазнения не было.

– С чего бы мне убегать? – сказала я, наконец. – Я не сделала ничего плохого.

– Вы уверены? – уточнил адвокат и очень пристально посмотрел на меня.

– Абсолютно, – я ответила ему таким же пристальным взглядом. – Сдаётся мне, что за всем этим стоят ваши будущие родственники. Мне предлагали кучу флоринов, чтобы я перестала соблазнять вас и поскорее уехала из Сан-Годенцо. Вы теперь предлагаете мне то же самое. Вы не в сговоре со своим тестем? Милейшим синьором Агапито?