– Руст? – Жила сделал полшага к черному проходу. – Это не смешно, дурак! Выходи!

– Назад! – вторил фурадору Цапля, выставляя вперед рогатину. – Это не он!

– Руст? – Жила не отступил, но на сей раз в его голосе послышалось сомнение.

В ответ донесся долгий вдох, переходящий в сиплый хрип. После наступила тишина, и лишь камни на браслетах щелкали как безумные.

Максимилиан поднял самоцвет повыше, и бледный свет проявил в глубине комнаты лицо Руста.

Оно находилось слишком высоко над землей, а черные прорези маски оказались перевернуты вверх ногами.

Дальше все произошло быстро.

Существо, бывшее Рустом, прыгнуло на фурадора. Ослепительно взорвался самоцвет, обдав всех дождем осколков. Охнул Жила, завопил Цапля. Максимилиан, которого взрыв повалил на землю, ощутил резкую боль в спине, прострелившую до самого затылка. Ничего не видя, он взвыл, перекатился в сторону и ударился плечом о стену. Похожие на стальные крючья пальцы впились ему в шею и вздернули вверх, будто тряпичную куклу. В шее хрустнуло, маска слетела с лица.

В какой-то момент в мельтешении света и цветных пятен Максимилиан смог разглядеть вывернутую маску одержимого, его руки и плечи, рогатину Цапли, которой товарищ бил солдата в голову и спину. Прежде чем кровавая пелена застлала глаза, блеснула сталь и появился Жила, прыгнувший на бывшего сослуживца.

Максимилиан вновь полетел на пол, чудом устоял.

Плевать на маску! Плевать на боль! Это – его работа!

Слова Читки полетели с разбитых губ вместе с каплями крови. Посеченными пальцами вытащил из кисета соль, разметал ее широким веером. Белые гранулы вспыхнули в воздухе, вниз полетели горячие смоляные капли.

Одержимый отпрянул, кожа на его руках вздулась волдырями. Максимилиана обдало ужасным зловонием, от которого желудок прыгнул к горлу. Казалось, зримые миазмы сочились сквозь прорези маски, расходясь волнами.

– Боги! – с отвращением воскликнул Цапля.

– Держи его! – борясь с тошнотой, скомандовал фурадор. – Мне нужно…

Существо, бывшее Рустом, одним движением сорвало со своей руки часть плоти и швырнуло в экзорциста. Захрипело, мотая головой.

Цапля попытался достать одержимого рогатиной, однако тот шутя отмахнулся, ударив в ответ. Цапля вскрикнул, хватаясь за руку, и тут на передний план выскочил Жила, до того пребывавший в испуганном смятении.

– Верни Руста, тварь!

Солдат угрожающе замахал кинжалом. Его бывший друг выставил вперед руку с пятерней, и срезанные пальцы полетели в разные стороны. Вновь зарычал, поражая зловонием, прыгнул на Жилу, и они покатились по полу, нанося друг другу удары.