Впрочем, и я когда-то была такой же — импульсивной, неспособной скрывать свои истинные чувства. Но воспоминания той странной жизни среди высоких домов и огней изменили меня. Там в том другом мире, среди стеклянных башен, достигающих облаков, и улиц, залитых неоновым светом, мне приходилось балансировать между правдой и ложью, подбирать нужные слова для клиентов, маскировать неприятные факты под слоем учтивых фраз, вести сложные переговоры, где каждый намек и жест имели значение. Эта жизнь, хоть и казалась теперь далеким сном, научила меня терпению, хитрости и умению замечать то, что не, видимо, глазу — микроскопические изменения в выражении лица собеседника, едва уловимые интонации, выдающие ложь, мелкие детали, ускользающие от внимания других.

И та я, корпоративный юрист с дипломом престижного университета, привыкшая распутывать сложнейшие дела и разгадывать чужие махинации, решила, что лучше всего сделать вид, что не знаешь об истинной цели лэрда Дерина, и получить от него максимум знаний, пока он не догадывается о моей осведомленности. Тем более что сейчас у нас с ним цель была одна — восстановить руны, опоясывающие замок. Руны, которые, как я подозревала, были последним барьером между нашим миром и Нижним, откуда через растущие трещины в земле сочилась тьма, воплощенная в демонах, подобных Нарзулу…

Очередное зимнее утро встретило меня ослепляющим светом, проникающим сквозь щели в ставнях. За три месяца мы перебрались из деревни в замок, восстановив северное крыло настолько, что в нём можно было жить. Стены теперь защищали от пронизывающего ветра, а добротно перекрытая крыша не пропускала дождь. Мастерство Тарина и других умельцев преобразило внутренние помещения — появились прочные полы, добротные двери и даже застеклённые окна, которые Карим выменял у проезжего торговца на изготовленные им подковы.

Потянувшись на узкой, но удобной кровати, я прислушалась к звукам замка. Несмотря на ранний час, жизнь уже бурлила во дворе — доносился стук молотков, скрип тачек с камнями, голоса работников. За эти месяцы наш маленький отряд разросся вдвое. Слухи о возрождении рода Энтаров и восстановлении замка распространялись по округе, привлекая тех, кто искал работу и надежный кров.

Я поднялась, подошла к небольшому зеркалу, подаренному лэрдом Дерином — ещё одна роскошь среди практически спартанской обстановки моих покоев. Отражение показало осунувшееся лицо с тёмными кругами под глазами, но взгляд был ясным и решительным. Рыжие волосы, заплетённые на ночь в косу, растрепались, выбиваясь непослушными прядями. А метка на плече пульсировала привычным теплом — за эти месяцы я научилась понимать её сигналы. Сегодня она не предупреждала об опасности, просто напоминала о своём присутствии. И, рассеянно потерев плечо, я начала одеваться. Влажная, промозглая осень сменилась суровой зимой, и приходилось надевать несколько слоёв одежды, чтобы сохранить тепло.

— Доброе утро, пчёлка, — раздался голос Базила, стоило мне выйти из комнаты. Отец, как всегда, ждал меня в коридоре, чтобы вместе спуститься к завтраку. — Сегодня снова будешь корпеть над книгами с этим хлыщом?

— Доброе, — улыбнулась я, поправляя перевязь с мечом. Несмотря на растущие стены замка, я никогда не расставалась с оружием. — Да, у нас осталось несколько важных рун на восточной стене.

— Хм… — проворчал Базил, недовольно сдвинув брови. — Уже три месяца ты возишься с этими древними закорючками.

— Руны — это не просто закорючки, — терпеливо объяснила я в сотый раз. — Это древняя защита, созданная моим родом. Без них все наши усилия по восстановлению замка будут напрасны.

Базил лишь недовольно хмыкнул, но спорить не стал. За эти месяцы он привык к моим ежедневным занятиям с лэрдом Дерином, хотя и продолжал относиться к нему с нескрываемым подозрением.

В большом зале, который мы восстановили первым, уже собрались на завтрак наши люди. Длинные столы были заставлены глиняными мисками с дымящейся кашей и деревянными кружками с горячим травяным отваром. Потрескивающий огонь в камине наполнял зал теплом и светом, а масляные лампы в настенных креплениях, сделанных Каримом, добавляли помещению уюта.

— Метель на подходе, — сообщил Зелим, когда я опустилась на скамью рядом с ним. Он только что вернулся с дозора и ещё не успел как следует согреться — его пальцы слегка подрагивали, обхватив кружку с горячим отваром. — Небо на севере тяжёлое, как свинец. Если ударит, может на несколько дней запереть нас в замке.

— Запасов хватит? — спросила я, принимая от Тома миску с кашей.

— Должно, — кивнул Харди, сидевший неподалёку. — Кладовые забиты под завязку, дров тоже достаточно.

Я молча кивнула, отправляя в рот ложку горячей каши. За эти месяцы наша маленькая община научилась выживать в суровых условиях земель Энтаров. Каждый знал свои обязанности и выполнял их без напоминаний.

— А где Шорган? — поинтересовалась я, заметив отсутствие наёмника.

— Отправился в Синегорье ещё до рассвета, — ответил Брондар, подсаживаясь к нам. — Сказал, что нужно кое-что разузнать о торговых караванах.

Я понимающе кивнула. За эти месяцы Шорган, будто извиняясь за свой обман, был, на мой взгляд, чрезмерно услужлив, по крупицам собирая для меня информацию о рунах, о роде Энтаров. И регулярно докладывал мне о лэрде Дерине всё, что удавалось выяснить.

Лэрд Дерин действительно искал способ открыть разлом, но не для того, чтобы выпустить демонов, как я предполагала сначала. Его цель была куда амбициознее — он хотел подчинить сущность из Нижнего мира своей воле, использовать древнюю силу для обретения власти. И для этого ему нужна была я, вернее, моя кровь, в которой текла сила Энтаров.

Но пока я делала вид, что ничего не подозреваю. Каждое утро мы с лэрдом Дерином изучали древние фолианты, расшифровывали значение рун, а после — восстанавливали магические символы на стенах замка. Я старательно впитывала знания, пытаясь понять природу силы, дремлющей во мне, и секреты защитного барьера, созданного моими предками.

— Лэра Эммелина, — раздался голос от входа в зал. Лэрд Дерин, как всегда безупречно одетый, несмотря на ранний час, стоял в дверях. Его серебристые волосы были аккуратно собраны в хвост, а пронзительные глаза обшаривали помещение, словно в поисках подвоха. — Доброе утро. Надеюсь, вы хорошо отдохнули? Нам предстоит важная работа.

— Доброе утро, лэрд Дерин, — с натянутой улыбкой ответила я, поднимаясь из-за стола. — Я готова.

— Отлично, — кивнул мужчина, окинув присутствующих быстрым взглядом. — Сегодня мы займёмся северо-восточным сектором. Там сохранились важные руны, которые необходимо восстановить.

— Идемте, — произнесла я. — Я захватила копии рун, которые мы нашли вчера.

Прощаясь с Базилом, я перехватила его обеспокоенный взгляд. Отец чувствовал, что что-то не так, но я не могла посвятить его в свои планы. По крайней мере, пока. Слишком многое стояло на кону.

Снаружи нас встретил пронизывающий ветер, такой холодный, что перехватывало дыхание. Небо затянули тяжёлые серые тучи, обещая скорый снегопад. Придерживая плащ, чтобы его не унесло порывом ветра, я последовала за лэрдом Дерином через замковый двор.

За эти месяцы двор преобразился — исчезли груды обломков и мусора, появились аккуратные дорожки, выложенные камнем, колодец был расчищен и укреплён новым срубом с навесом. По периметру тянулись восстановленные стены, пока ещё не полностью, но уже достаточно высокие, чтобы обеспечить защиту. В восточной части двора виднелась новая кузница, где Карим с утра до ночи ковал инструменты и оружие. А рядом с ней — навес для плотников, под которым Тарин и его ученики создавали мебель и элементы конструкций для восстанавливаемых помещений.

— Я получил сведения из столицы, — негромко произнёс лэрд Дерин, когда мы поднимались по крутой лестнице на стену. Его дыхание вырывалось изо рта облачками пара, а на ресницах уже начала оседать изморозь. — Король интересуется вашими успехами.

— Вот как? — спокойно отозвалась я, внимательно разглядывая его профиль. За время нашего знакомства я научилась читать малейшие изменения в выражении его лица. Сейчас в уголках губ залегла едва заметная складка — верный признак того, что он лжёт. — И что вы ему ответили?

— Что восстановление идёт по плану, — лэрд остановился на верхней площадке, окидывая взглядом окрестности. С этой точки открывался потрясающий вид на заснеженные холмы, уходящие к горизонту, и темнеющий вдалеке лес. — Но я умолчал о наших… магических исследованиях. Некоторые вещи лучше держать в тайне, даже от его величества. Уверен, вы согласитесь.

— Конечно, — кивнула я, доставая из-за пазухи сложенный вчетверо лист пергамента с тщательно зарисованными рунами. — Значение этой руны мы так и не смогли определить вчера. Вы обещали проверить в книгах.

— Да, я изучил несколько источников, — подтвердил Дерин, указывая на сложный символ в верхней части пергамента. — Эта руна имеет двойное значение. Во-первых, она усиливает действие соседних символов, как фокус собирает солнечные лучи. Во-вторых, она является якорем для энергетических потоков, не позволяя им рассеиваться.

Я внимательно слушала, запоминая каждое слово. За эти месяцы я научилась отделять правду от полуправды в его объяснениях. Лэрд действительно обладал обширными знаниями о рунической магии, но делился ими избирательно, утаивая ключевые детали. Однако даже частичной информации было достаточно, чтобы я, сопоставляя факты и обрывки знаний, постепенно складывала полную картину.