— Можно спросить тебя кое о чем, Арья?

— Конечно.

Он с любопытством взглянул на меня. — Ты когда-нибудь влюблялась?

— Честно — не знаю. А как это?

— Что именно?

— Как понять, что ты влюблена?

Его мягкая улыбка стала шире. — Думаю, в тот самый момент, когда задаешься этим вопросом. Если ты кого-то ненавидишь, ты всегда знаешь точную причину. Но когда любишь…

Словно поняв всё без слов, он перевел свои зеленые глаза на своего парня, который вместе с Рутенисом и Данталианом неподалеку резался в дартс. Химена ликовала каждый раз, когда Эразм вырывался вперед, а те двое в ответ шутливо испепеляли её взглядами.

Я заметила, как Рутенис одними губами показал ей: «Ну, я тебе это припомню», отчего она густо покраснела.

Я была рада, что мои друзья счастливы, пусть сама я этого и не чувствовала. Наверное, это и есть настоящая дружба.

— Когда любишь, никогда не знаешь почему, моя милая Арья.

Я кивнула, ощущая ком в горле под воздействием внезапной пустоты, которую не могла контролировать. Я больше не видела никого вокруг и не чувствовала ничего, кроме тяжести, давившей на желудок.

— Вероятно, так и есть.

— Почти всегда мы любим еще до того, как признаемся в этом себе, просто не осознаем. Ведь если разум не знает, глаза не видят. Это как с покупкой новой вещи: раньше ты её ни у кого не замечал, а с этого момента начинаешь видеть повсюду. Мы не способны видеть, пока не знаем, но как только узнаем — это единственное, что мы видим.

Его взгляд был прикован к Эразму — он словно не мог оторваться от человека, который забрал его сердце и теперь бережно его хранил. Они были очень милыми.

— Я бы предпочла не знать до самого последнего вздоха.

— Не будет никакого последнего вздоха, Арья. — Он посмотрел на меня, и в его глазах цвета кварца скрывалось безмолвное обещание.

Избегая ответа на вопрос, на который у меня не было достойного решения, я поднялась, поправляя накинутый на плечи элегантный пиджак. Я отыскала глазами бармена в одном из моих любимых заведений, радуясь, что сегодня смена не Никетаса.

— Пойду утоплю свои мысли в выпивке! — сыронизировала я, хотя в этой шутке была лишь доля шутки.

Он хмыкнул. — Осторожнее, я не умею плавать и не смогу тебя спасти.