— Я пойду, — моя бывшая, так и не сказавшая мне ни слова, а тихонько притаившаяся в кресле вдруг подала голос и растворилась в воздухе.

— Не обращай внимания, — не знаю, может я слишком фонил эмоциями, а может просто женская интуиция, но первой голос подала Катя. — Ей просто стыдно. Мне тут по секрету нашептали, что за Машей один из специалистов местного МАКа ухаживает, и дескать, они уже гуляют вместе.

— Да Бога ради, — мне тоже стало немного стыдно, но я почувствовал облегчение. Теперь меня точно ничего не сдерживало. А то я когда сейчас Машу увидел, внутри что-то сжалось в ожидании сцены разлучённой любви. Но теперь было глупо хранить верность, да я и изначально не собирался. Однако, получив подтверждение, что первый шаг был не мой и вовсе позволил себе расслабится. — Кать, я, собственно, к тебе. Примешь пакет?

— Давай, — кивнула фея и я отправил ей череду сжатых мыслеобразов. Всё-таки астрал позволял многое, в том числе и это. — Это… самопрялки?

— Ага, нашёл на чердаке дома при ревизии. Можешь узнать, что за резьба использовалась? — перешёл я к сути. — И по последнему пакету тоже. Собственно, меня больше именно он интересует, остальное вроде берендеи должны сделать.

— У тебя там и берендеи есть, — немного отрешённо отозвалась Фея, просматривая информацию и удивлённо вскинула на меня глаза. — Скайборд⁈ Серьёзно⁈

— Сам в шоке, — мне было приятно удивление, с которым на меня уставились остальные. — Правда рассохся, но хочу такой же сделать, все руны в порядке, скопировать будет не сложно.

— Слушай, а тебе помощник не нужен? — отложил книгу Александр. — дом, машина, теперь скайборд. Кучеряво вы там в Сибири живёте!

— А тож! — я немного надменно усмехнулся, но тут же рассмеялся. — Веришь нет, я сам в шоке. Но мне нравится. Так что будете мимо проезжать — милости просим в гости. Глядишь, ещё чего интересного найду. Ну и в целом буду рад видеть. Вы не Свят, чтобы на говно исходить. Блин, он меня заразил. Давайте лучше о чём-нибудь другом. Кать, чего там в Москве происходит? В кино была? Новое что-нибудь вышло?

Глава 22

Глава 22

Глава 22

— Поздорову, хозяева! — я пару раз стукнул в распахнутую воротину. — Позволите войти?

— Гость в дом — радость в дом! — через двор ко мне направлялся берендей, в человеческом облике — здоровенный двух с лишним метровый мужик, заросший бородой по самые глаза и такой копной волос, что зимой никакой шапки не надо. А вот в остальном он ни чем не отличался от обычного колхозника, разве что пах не потом и машинным маслом, а чем-то свежим и сладким. Мёдом и вереском. — Доброго здоровьичка, Лука Артёмович! Таким гостям мы всегда рады! Милости просим! Настя! Накрывай на стол! Гости у нас!

— Ой! — выскочила во двор хозяйка, всплеснув руками, а следом за ней четверо детей разных возрастов, с любопытством уставившихся на меня. — Ой, Лука Артёмович! Добрый вечер! Заходите, заходите, сейчас всё будет!

Уж не знаю, чем они там собирались ужинать, но стол накрыли шикарный. Тут оказалась и запечённая утка, и картошка отварная, с маслом и укропом, и салаты, и соленья, и пирогов целый поднос, и ещё куча всего, от чего текли слюнки от одного взгляда и запаха. Причём хозяйка постоянно вздыхала, что мол, не могут встретить дорогого гостя по-человечески, а всё на бегу, фактически одними объедками потчевать приходится. А я, честно говоря, в голове уложить не мог, если это объедки, то что там на праздничном столе бывает.

По жаре устроились мы во дворе, точнее в беседке, увитой чем-то типа дикого винограда или какими-то другими вьющимися растениями, я если честно в них не разбирался. И пока хозяйка накрывала, Демьян Архипович устроил мне небольшую экскурсию по своему хозяйству. Жили берендеи на самом краю села, поэтому построились широко и вольготно, не экономя на пространстве. И надо сказать, мне весьма импонировал их стиль.

Добротный, просторный дом квадратов эдак в сто двадцать — сто сорок был поставлен на высоком фундаменте, и сразу было видно, что цокольный этаж был жилым. Для берендеев это было нормой, они не особо любили лезть на высоту, зато закапываться обожали. Поэтому чаще всего строили дома именно в таком стиле, не выше первого этажа, но с обширными подвалами. Чистый, просторный двор был разделён на зоны, рабочую, проходную и игровую. В последней имелись качели для детей, какие-то спортивные сооружения, типа турника, брусьев, пара лазалок и песочница. Сюда же вела отдельная калитка, так что гости к мелким берендеям могли ходить, не мешаясь взрослым.

С другой стороны, двор ограничивал просторный гараж. Машины на три, не меньше. И это не считая того, что за ним начинался хоздвор. Его было плохо видно, но личный трактор не заметить было сложно. Одним гаражом постройки не ограничивались. Была и шикарная банька, и стайка, по лету пустая и распахнутая настежь, чтобы просохла, и отдельный птичник, и весьма представительный омшарник, я даже слёту не смог бы сказать, сколько ульев в нём могло поместиться, но мне простительно, я человек не просто городской, а столичный, и название здания для зимовки пчёл узнал только что. Зато с лёгкостью угадал что в двух больших теплицах зреют помидоры и сладкий перец. Всё же в Сибири было холодновато для этих культур.

На пасеку меня не повели, так, посмотрели издали и вернулись. Не потому, что хозяевам было жалко, просто с пчёлами у берендеев особые отношения. И даже простое посещение пасеки было целым ритуалом. Я бы мог, конечно, настоять, всё же статус мага позволял мне многое, но не стал. Жалоб на медведей-оборотней не имелось, наоборот, жители радовались такому соседству, даже те, кто был в курсе о второй ипостаси семейства Урмановых. Конечно, всегда была опасность, что звериное в них возобладает, но именно медведи из всех видов оборотней всегда были самыми адекватными. И если случались эксцессы предпочитали решать их сами, быстро и эффективно, не доводя до широкой общественности. Так что ссориться с ними ради того, чтобы показать свою власть я не собирался.

— Широко живёте, — больше всего меня поразило то, что каждая постройка была любовно украшена резьбой. И баня, и стайка с омшарником. Про дом я даже не говорю, это просто произведение деревянного зодчества. Такой красоты я даже за Золотом кольце не видел. — Правду говорят, что во время войны ваша семья два самолёта купила?

— Правду, — кивнул Демьян. — Батька мой все деньги за мёд тогда вбухал. Но ни о чём не жалел, да и я тоже. Эти польские скоты брата ведь не просто убили. Замучали его, жестоко, бесчеловечно. Хоть странно это от берендея слышать.

— Ничуть, — я покачал головой. — Для меня любой, кто живёт по Правде — человек. И берендей, и кикимора, и русалки, да лешие. Если невинной крови на тебе нет, если зла никому не творишь — живи как захочешь. Я только рад буду. Поэтому и медведь, вставший на защиту родины для меня гораздо больше человек, чем ворьё разное, по зонам шкерившееся, да у людей последнее отнимающее.

— Значит, правду говорят, что новый чародей нос не дерёт и простого народу не чурается. — кивнул хозяин дома с довольной улыбкой на лице. — Тогда и мы к вам, со всем нашим удовольствием.

— А что с прежним магом у вас какие-то трения имелись? — я сумел правильно выделить главный посыл. — Мне Николай Петрович ничего такого не говорил.

— Да какие трения, что вы! — замахал руками Демьян Архипович. — Нет, конечно, нормально всё у нас было. Просто… Викентий Николаевич был человеком… своеобычным. Слишком любил себя. Считал, что его здесь несправедливо держат. Сами понимаете, что с таким отношением нормального общения у нас так и не получилось. Оставались в рамках вежливости, не более.

— И то хлеб, — я пожал плечами. — Насильно мил не будешь, так кажется, говорят. Мне вот, наоборот, интересно новые места увидеть, с новыми людьми познакомиться. До этого я особо из Москвы и не выбирался. Спецшкола, техникум, максимум летом куда-то съездить получалось, и опять по новой. Так что мне сейчас всё дико интересно. Столько нового узнал за короткое время, прям голова пухнет.

— А по вам и не скажешь! — Настасья Петровна закончила накрывать стол и пришла звать нас на ужин. — Кажется, что вы всю жизнь в деревне жили. Ой, простите, несу невесть что! Не обижайтесь только. Не зря же говорят, волос длинен, а ум короток.

— Не наговаривайте на себя, — успокоил я хозяйку. — Просто я делаю вид, что всё понимаю, а так пока кто-то не разъяснит что это и зачем, я и знать не знаю. Киваю, как дурак, а что к чему — ноль понимания.

Это не было ложью, но и правдой не являлось. Я действительно мало чего понимал в деревенской жизни, ну разве что знал, что булки на деревьях не растут. А что такое та же силосная башня понятия не имел и как она выглядит даже не представлял. Как и многое другое из быта колхозников. Но вот мой альтер-эго явно немало времени провёл на селе и прекрасно разбирался в местных реалиях. Что и передал мне, когда мы с ним стали единым целым. Так что я не таращился испуганными глазами на кур, роющихся в пыли, знал, что с гусями лучше не шутить, а то может тяпнуть так, что не каждая собака сравниться, а к лошадям нельзя подходить сзади, а спереди тянуться к морде пальцами. Откусит напрочь, паскуда такая, а руки у мага — это рабочий инструмент. Можно палочку пролюбить, но если руки в порядке, то и не страшно. Собственно, именно из-за этих знаний я не просто спокойно воспринял назначение в далёкое сибирское село, а даже с какой-то ностальгией. Словно предстояло вернуться домой после долгого отсутствия.