При этом я бы не сказал, что обошлось совсем без крови. Как раз в это же время прошло преобразования Союза Советских Социалистических Республик в Союз Советских Социалистических Регионов. Республики, автономии, края и губернии упразднялись, на их месте вводились регионы и области. Причём первые хоть и могли включать несколько разных областей, по факту не имели никакой автономии, полностью подчиняясь центральной власти. И естественно, это очень не понравилось элитам национальных республик, уже примеривших на себя побитые молью камзолы аристократии.

Они хотели править сами, почти не обращая внимания на федеральный центр, но очень любили его деньги, так что решительно восстали против «произвола сошедшего с ума попа-недоучки». И давить их НКВД и армии пришлось со всей пролетарской ненависть. Кстати, народных восстаний после этого практически не случилось как раз, потому что были официально опубликованы результаты расследования деяний республиканских властей. Там были случаи и создания банд, для грабежей и ликвидации неугодных, и хищения в особо крупном размере, и принуждения к сожительству, а то и просто изнасилования и убийства, и даже геноцид. Этим особенно кавказские республики отличались, почти сразу начавшие этнические чистки. Так что каждый осужденный честно заработал свой срок или пулю в лоб, что бы там ни говорили вражеские голоса.

Мы подробно изучали произошедшее в рамках курса «новейшего времени», но у меня на вооружении ещё были обрывочные воспоминания альтер-эго, так что я предпочитал не сомневаться в действиях товарища Сталина, тем более что именно он подготовил страну к самой страшной войне в известной истории, когда нашими противниками стала вся Европа. Ещё с двадцатых, сразу после прихода к власти, Иосиф Виссарионович начал планомерную работу по перевооружению армии, индустриализации и электрификации страны, массовому обучению рабочих кадров и модернизации производства.

Создал условия, в которых к нам в страну эмигрировали из Германии, а затем и из Америки, где началась Великая депрессия. Лично курировал создание новых заводов, серьёзно повысил трудовую дисциплину, что дало прирост производства на несколько сотен процентов, буквально заставлял внедрять технические новинки, лично отбирая проекты и при этом ни разу не ошибся. Кто-то говорил, что он видит будущее, кто-то, что ему ворожат ангелы, ну или демоны, в зависимости от личного отношения к вождю, но все признавали, что без товарища Сталина, молодое советское государство ждало бы неминуемое поражение от двух крупнейших империй в мире и Польши, захапавшей себе производственные мощности Чехословакии и Германии.

— Правильно, что пришёл, — голос Кузьмина выдернул меня из пучины размышлений, в которую затянула так и не озвученная шутка. — Не скажу, что у нас население сильно набожное, но уж на воскресную службу выбраться не сложно. А кто знает, что ждёт нас… там.

— Всё что угодно, я особых иллюзий не питаю, — меня, как представителя редкой и важной профессии пропустили в первые ряды, так что, переговариваясь, мы никому не мешали. — но насчёт того, что лишним не будет тут согласен.

Народу было много. Не все пять тысяч, но храм был битком и снаружи тоже стояли люди. Причём кроме главы сельсовета присутствовала вся элита села. Я заметил и врача Векошкина, и Хвостова рядом с симпатичной женщиной, кутающейся в платок, судя по всему, той самой Алёной, магом второй категории. И рыжая макушка управляющего «Коопторгом» мелькала.

Даже Наташка и та присутствовала, хоть обычно ведьмы не жалуют храмы. Не боятся или избегают, просто скептически относятся к церкви, хоть зачастую используют иконы и церковную утварь в своих обрядах. С другой стороны, это может быть элементом контроля. Наталья ведьма молодая, только-только входящая в силу, а таким свойственны импульсивные поступки. В частности — контракты с бесами, значительно увеличивающим личную силу. И естественно, усиление не давалось просто так. Из природной, ведьма становилась чёрной или проклятой, ведь по контракту ей положено было творить… всякое. Ловля детей и людоедство далеко не самые жуткие поступки таких тварей. Они могли и чуму наслать на целый регион, просто потому что того требовал контрактор.

Заходить в церковь такие ведьмы весьма не любили, а от молитвы их корёжило, что с одно стороны доказывало существования ада и рая, с другой подтверждало лишь противостояние между планами, которым люди дали такие названия, но ничего не говорило о существовании Бога как такового. Впрочем, я в теологические дебри лезть не собирался. Не корёжит Наталью и ладно. Природная ведьма товарищ в хозяйстве нужный, хоть и не простой. Но кому сейчас легко. Тем временем литургия подошла к концу и народ потянулся за причастием. Я тоже подошёл, прямо после Хвостовых, получил просфору, хлебнул вина, и после благословения отцом Никодимом вышел на улицу, наконец вздохнув полной грудью. Вот вроде и не устал, но притомился. Всё-таки церковь это не моё, хотя первое время наверняка придётся ходить. Не стоит выбиваться из коллектива, особенно который так тепло меня встретил.

— Лука Артёмович! — уйти я не успел, как меня окликнул Виктор Михайлович, усаживающий в машину супругу, с которой мы так и не познакомились. Судя по брошенному на меня взгляду, это была не случайность, Хвостова явно не жаловала коллег. — Это мы удачно встретились! Сильно занят сегодня?

— Да в целом не особо, — я прикинул свои планы. — Думал зельем заняться от колорадского жука, но это лучше ближе к вечеру, ему настаиваться надо двенадцать часов. Думал в ночь сварить, чтобы утром уже готово было.

— Это дело нужное! Житья нет от этой паскуды! — обрадовался председатель. — Но раз днём свободен, давай в одно место заедем. Я же тебе обещал помочь с транспортом? Так всё готово. Я сейчас супругу увезу и за тобой подскочу!

— Добро! — новость меня обрадовала. Пусть пока я за черту села практически не выезжал, но это явно ненадолго. Так что свои колёса были критически нужны и для работы, и для жизни. — Тогда буду ждать! Спасибо!

— Заранее не благодари, — хлопнул меня по плечу Хвостов и сел в машину. — Может ещё не понравится подарок.

— Это вряд ли. — нет, конечно, у меня имелись собственные предпочтения, на ту же «Сибирь» председателя я заглядывался, с трудом сдерживая слюну, но дарёному коню в зубы не смотрят, а на приличную машину даже со своей весьма приличной зарплатой я накопил бы месяца через три, если не пить и не есть всё это время. — Интересно, что там за тачка такая.

Любопытство терзало меня всё время пока я шёл домой, обедал, а после по дороге на МТС. Оказывается, я пару раз уже проезжал мимо, но не обращал внимание, что там за бетонным забором. Нет, я догадывался, что что-то важное, но поскольку в устройстве деревенского быта мало чего понимал, то даже мысли не возникло, что именно тут находится техническое сердце села. А именно Машинно-Тракторная станция!

Если где-то есть и есть рай для фанатика-технаря, то он точно был именно тут. Десяток величественных комбайнов, ряды тяжёлых «Блиновых» моделей 150К и 700. Рядом примостились гусеничные «Катерпиллеры» и ДТ-75. За ними стоял ряд более мелких колёсных тракторов включая смешные машинки с кузовом перед кабиной. А вот грузовиков было маловато, судя по пустым стояночным местам они все были в работе.

— Попрошайки-то? — Хвостов на мой вопрос бросил взгляд на ряд техники. — Так самая ходовая машинка в моём хозяйстве. Не всегда нужна большая мощь. Понятно там сена подвезти или молоко с дойки там или грузовик или «Беларусь» заводят, а вот перекинуть что от фермы к ферме, людей перевезти, телятам корма подвезти по-быстрому. Тут Т-16 вне конкуренции.

Слава Богу, останавливаться возле тракторов мы не стали, а проехав крытые гаражи, тормознули возле ремонтного цеха весьма солидного размера. Ворота по летнему времени были открыты и внутри виднелся солидный набор станков на все случаи жизни. Слева за отдельными дверями пряталась автомалярная станция, откуда как раз выезжал легковой автомобиль. Я сразу понял, что это то, зачем мы сюда приехали, вот только внешний вид меня изрядно удивил. Впрочем, недаром Виктор Михайлович говорил, что машина может не понравиться, оно и понятно, судя по внешнему виду выпустили где-то годах в сороковых, а маги народ привередливый, привыкший к особому к себе отношению. Такой и обидится мог запросто, что ему подобную развалюху подсунули.

— Готово уже⁈ Молодцы! — Хвостов начал кричать даже ещё толком не остановившись, просто высунувшись в окно. Потом заглушил двигатель, выскочил из машины, с ходу пожав руку пожилому мужчине, судя по поведению и голубой рубахе с коротким рукавом, являвшимся тут главным. — Ну спасибо, Денисыч, удружил!

— Я же сразу сказал, сегодня будет готово, — степенно ответил на рукопожатие тот. — Как новая! Проверять будешь?

— Я не буду, не первый год тебя знаю, а вот новому хозяину технику показать стоит, — схитрил Виктор Михайлович и повернулся ко мне. — Знакомьтесь. Наш бессменный директор МТС Беляев, Константин Денисович. А это новый маг, Лука Артёмович Новиков.

— Наслышан, наслышан, — Беляев первый протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал. Ладонь у директора была твёрдой, задубевшей от въевшейся под кожу смазки. Сразу видно, что он привык не в кабинете кресло протирать, а крутить болты и гайки, возвращая в строй технику. — Маг — это очень хорошо. А то иногда машина колом встанет и хоть с бубном пляши, не поймёшь, где поломка! Лет двадцать назад мы над одним Котом, Катерпиллер который, две недели бились. Мотор полностью меняли, ходовку перебирали, не работает и всё! Вроде схватится и тут же в разнос идёт. А потом Григорьич, маг местный, не здесь, в Караганде это было, подошёл, чего-то пошаманил, и хвать, вытаскивает из нутра какого-то зелёного уродца! Это оказывается, он технику портил, понимаешь!