Он все отдал. Ради меня!!

Мысли путаются, от волнения перехватывает дыхание…

Бастиан меня любит. Настолько, что готов сгореть дотла, лишь бы мне не пришлось страдать.

А я?

Если он смог пойти на такое ради меня, то что я готова сделать ради него?!

— Он… дурак, — вслух произношу я, и слезы катятся по моим щекам. Но сейчас я могу себе это позволить, потому что в карете я одна, и до дома еще полчаса езды. — Вы безнадежный дурак, Бастиан Фоске…

Я просто не в состоянии держать это в себе, поэтому мне не терпится поделиться этой новостью с Ианом. Как ни как, он для меня единственный близкий человек, которому я могу доверить любую тайну. Или почти любую…

Но, увы, все получилось совсем не так, как я ожидала.

— Ты хочешь, чтобы здесь разгуливал какой-то чужак и решал, что мне делать? А для чего тогда здесь я?! — Глаза Иана горят таким возмущением и даже злостью, что мне становится не по себе.

Ведь я еще никогда его таким не видела. Для меня Иан был идеальным мужчиной: добрым, мудрым и всегда, всегда сдержанным! Но сейчас в его глазах горел такой огонь, который мог испепелить кого угодно.

— Иан, у меня есть и будет только один управляющий – ты! А Эдвард будет твоим помощником, твоей правой рукой. Он такой человек, на которого всегда можно положиться, во всяком случае, виконт его очень ценил, — горячо доказываю я своему другу. Не знаю, почему, но я перед ним словно бы оправдываюсь, и мне эта роль очень не нравится. — Иан, я подумала, что он нам будет очень полезен.

— Тебе — может быть, а мне помощники не нужны! Как я понимаю, ты теперь чувствуешь себя обязанной виконту. И как ты его отблагодаришь, интересно знать?

Я смотрела на Иана и не верила ни своим глазам, ни ушам.

Только что он назвал Эдварда Грейвса чужаком. Но для меня он сейчас сам был незнакомцем! Ведь я не узнавала в нем своего прежнего Иана!

Но я была уверена в том, что не должна ничего ему доказывать. Не тот случай.

— Как отблагодарю? Сделаю то же, что и он мне — дам ему тысячу золотых эловенов. Точнее, верну его деньги назад.

— Но мы же хотели расширяться!

— Значит, придется с этим подождать.

— Ты уже все решила. Теперь ты со мной даже не советуешься…— с горькой усмешкой произнес Иан и вышел из гостиной.

Опустошенная и полная отчаяния я смотрела ему в след. Причем, я не имела ни малейшего понятия, как выйти из этой ситуации.

И что за день сегодня?! Одна новость хуже другой!

Неудивительно, что на меня сразу накатило одиночество. Захотелось снова расплакаться, что я и сделала, едва на лестнице стихли мужские шаги. Но не успела я дойти до той стадии, когда слезы начинают приносить некоторое облегчение, как раздался мелодичный звон дверного колокольчика…

Я быстро промокнула лицо ладонями и словно перегруженный корабль медленно выплыла в коридор. Вышла и тут же обмерла, потому что не ожидала увидеть здесь такое оживление.

Впереди всех с деловым видом шагала Морвенна Дагтар. За ней — две пожилые, но очень шустрые женщины, которые заносили в дом какие-то корзины. За ними следовал слуга маркизы. Он тащил на себе деревянное резное кресло, которое выглядело немного жутковато.

Его сидение имело впереди выемку в виде полумесяца, а на подлокотниках красовались драконы с оскаленной пастью. Их головы были выточены с таким мастерством, что казались чуть ли не живыми.

— Не пугайся, дорогая, это наше семейное родильное кресло. На нем рожала еще моя прабабка! — кричит мне издалека маркиза. С удивительной для её возраста легкостью она подходит ко мне и смотрит на мой живот с откровенным обожанием. — Мой мальчик, мой дорогой Эсхил, тоже появился благодаря этому креслу. А сейчас пришло время для моего правнука.

— Ну, я бы так не сказала, — растерянно бормочу я. — Вам можно было не торопиться, потому что до родов осталось примерно недели…

— Какие еще недели? Пару часов, не больше! У меня было видение.

Её слова настолько меня потрясли, что какое-то время я просто стояла с вытаращенными глазами. А когда до меня наконец дошло, что скорее всего, это на девяносто девять процентов правда, я и вовсе опешила.

— Но я ничего не чувствую! Все как обычно. Вряд ли у меня начинаются… — закончить я не успела, так как ощутила на внутренней стороне бедер что-то теплое.

А уже в следующее мгновение из меня хлынуло так, что через минуту я стояла в луже прозрачной как слеза воде.

Боже мой, у меня отошли воды! Морвенна оказалась права!

Странно, но я все еще ничего не чувствовала. Никакого намека на схватки.

— Не расстраивайся, милая. Все будет хорошо. Я знаю…

Если бы мне это сказал кто-нибудь другой, то я бы не восприняла его слова всерьез. Люди частенько выдают желаемое за действительность, но передо мной стояла сама Морвенна Дагтар, а она никогда не ошибалась.

Глава 50

Глава 50

Не успела я отойти от шока, как у меня начались схватки. Мучительные и безумно выматывающие.

Они сжимали меня как тиски, вырывая из меня стон за стоном.

Казалось, будто кто-то режет меня изнутри раскаленным ножом. Отчего я цеплялась за простыни, до безумия стискивала зубы, но боль была всепоглощающей…

— Дыши, милая, — голос Морвенны звучит спокойно, но в её глазах я вижу напряжение.

— Может, пошлете за доктором? Боюсь, что я… — новый виток боли сжимает все мои внутренности с такой силой, что вместо слов из горла вырывается лишь протяжный вопль.

— Я никогда не отдам тебя на растерзание какому-то там врачу. Рядом с тобой лучшая повитуха Греордании, я искала её по всей Золотой Эловене! — Маркиза положила прохладную ладонь мне на лоб, и странное облегчение на мгновение притупило мои мучения.

К сожалению, её «немного» растянулось для меня в целую вечность.

Часы словно бы сливались в один бесконечный кошмар. Я уже не понимала, день сейчас или ночь, реальность или мой бред.

Единственное, что удерживало меня в сознании — твердый взгляд Морвенны. Она не отходила от меня ни на шаг, её пальцы сжимали мою руку всякий раз, когда я готова была сдаться.

— Поднатужься еще немного, — приказывает она мне, хотя в её глазах одна лишь мольба.

Я собираю все свои силы, все остатки воли и…

Тишина.

А потом раздался крик, пронзительный, чистый, наполненный жизнью. Такой выстраданный и долгожданный!..

Мои веки предательски слипались, тело дрожало от изнеможения и боли, но я из последних сил потянулась вперед.

— Дай… Дай мне его…

Но Морвенна держала моего малыша и будто бы меня не слышала, а её лицо озарялось трепетной нежностью.

— Он прекрасен, — прошептала она и посмотрела на меня с такой благодарностью, что у меня все внутри перевернулось.

Морвенна Дагтар не произносит пустых слов. И если она сказала «прекрасен» — значит, в этом ребенке действительно есть что-то особенное.

Она протянула мне сына и напоследок посмотрела на него так, что у меня от жалости к ней защемило сердце… Для неё мой малыш был частичкой её Эсхила, его продолжением.

Как жаль, что я вынуждена скрывать ото всех их родство. И как хорошо, что маркиза это понимала и не требовала от меня большего.

— Не волнуйтесь, это не последняя ваша встреча с правнуком. Родерик ваша плоть и кровь.

Я специально назвала сына по имени. Так, как об этом и мечтала Морвенна Дагтар. Она как-то сама обмолвилась о том, что хотела бы возвеличить это имя, потому что так звали их великого предка.

Мне захотелось добавить что-то еще. Но когда у меня на руках оказался мой малыш, все мысли вмиг меня покинули, и я буквально задохнулась от всепоглощающей материнской любви…

После появления сына дни для меня полетели один за другим, в заботе и тревоге.

К моей радости у малыша был отменный аппетит, но молока у меня хватало. Во всяком случае, пока. И все же я прилагала для этого немало усилий, в отличие от других ровейн.

В Греордании аристократки никогда не кормили детей грудью, для этого нанимали кормилец. Я же об этом даже не думала. И мне было плевать на то, что моя фигура казалось кому-то не совсем изящной. Я даже корсет надевала далеко не всегда, потому что он давил на грудь, отчего у меня начинало сочиться молоко.

Как ни странно, но Иан все еще продолжал смотреть на меня с едва скрываемым восхищением. Мой верный друг наблюдал за мной с тихой, с какой-то болезненной нежностью. Но меня радовало хотя бы то, что он от меня уже ничего не ждал. Я это точно знала, видела грусть в его глазах…

Новый Иан предпочитал ни во что не вмешиваться, если только это не касалось цветочного магазина или других чисто хозяйственных и бытовых дел. Теперь он старался держать рот на замке, так что наше общение с ним сводилось к минимуму. И меня это очень огорчало, но я ничего не могла с этим поделать.

В то же время он окружал меня своей заботой, и днем, и ночью.

Сейчас он не мог пройти просто мимо — обязательно подкладывал мне под спину подушку, если я сильно горбилась, укачивая Родерика. Или же приносил мне чашку теплого молока с медом, словно предугадывая мои желания. А когда ночью малыш плакал, Иан почему-то оказывался рядом с ним раньше меня!

— Ты не должна так изматывать себя, — однажды вырвалось у него против его воли. — Мы в состоянии нанять няньку, даже две, если ты так волнуешься за ребенка.

Его голос показался мне необычно низким, чересчур ровным от сдержанности.

— Только не сейчас. Он же еще такой маленький!..